Добыча лорда Эндрю Грегори (СИ) - Ром Полина

Линда честно отрабатывала поездку, работая языком без остановки. Ей, пожалуй, даже льстила моя неосведомлённость в самых обычных вещах.

— Линда, я мало что знаю, но быстро учусь. Запомни, если среди прислуги пойдут сплетни, что я неопытная хозяйка... Что ж, посудомойке на кухне всегда найдётся работа.

— Да, миледи Сандра! Да я же...

— Посмотрим, Линда, что будет через пару-тройку недель. Скажи-ка лучше...

Глядя, как женщина средних лет купила девочке-подростку яблоко с телеги, где оно лежало бок о бок с чуть привядшими плодами грязной репы, и позволила сразу съесть его, я испытала не просто недоумение, а, скорее, страх.

«Если на рынке не наведут порядок — запросто можно заполучить эпидемию какой-нибудь кишечной инфекции. Медицина, насколько я помню по книгам, в средневековье была ниже плинтуса… Значит, нужно хотя бы начать изучение местных трав! Даже интересно, когда я найду время на всё это?!»

Глава 30

Я от души побродила между рядами, налюбовалась на лоток с грубыми медными украшениями и посетила крошечную тёмную лавочку, где сидел городской ювелир. Тут уже изделия были подороже, из серебра, и даже парочка — из золота, но и выбор был крайне ограничен. В этой же лавочке сэр Мальк работал и принимал заказы. Судя по печальному виду хозяина, этих самых заказов последнее время было немного.

В общем, ничего такого, что могло бы мне понравиться или что появилось бы желание купить, так и не увидела. Но хотя бы получила общее впечатление о том, насколько развит этот мир. Всё же в замке, похоже, было собрано всё самое лучшее и современное.

Надо только выяснить, является ли город зоной ответственности баронства, или же Фокстаун просто платит налоги и живёт сам по себе.

В замок мы вернулись уже после обеда, и я чувствовала себя такой уставшей, что за общий стол не пошла. Велела принести еду в комнату.

Для сэра Дилана в одной из башен я выбрала достаточно удобную комнату, где ему предстояло и жить, и работать. Вовсе ни к чему держать будущего сенешаля в крошечной комнатёнке, отобрав её у прислуги.

За эти дни комнату тщательно отмыли, очистили от наслоений копоти камин и проверили его работу, мутноватое стекло в окне тоже вымыли, удалив с него потёки от свинцовой рамы. Я лично промазала каждый квадратик стекла густой пастой из побелки, и теперь от него почти не дуло.

Перебрав кучу старого тряпья, заказала состегать толстый, пусть и не очень красивый коврик под ноги: вставать с тёплой постели на ледяной каменный пол — удовольствие ниже среднего. Мебель я частично позаимствовала из комнаты брата.

Надо сказать, что эта самая комната поразила меня больше всего, что я видела в замке. Она была обставлена даже роскошнее, чем покои покойного барона и миледи Блаунт! Во всяком случае, огромный ковёр на полу с высоким шерстяным ворсом явно стоил гораздо дороже тех, что лежали у родителей. Кроме того, каминную полку в комнате украшали не медные подсвечники и простенькие безделушки, а два весьма увесистых кубка и чаша из серебра, отделанные вдобавок ещё и камнями. В такую посудину только королю вино и наливать! Да и гардероб у Патрика оказался весьма роскошным. Один из бархатных плащей, подбитый качественным дорогим мехом, явно был дороже всего, что нашлось в моих сундуках.

У меня снова мелькнула мысль: «Если миледи Блаунт так уж обожала своего сына, то почему она не носит по нему траур?! С мужем всё понятно. Судя по рассказам служанок, барон и попивал, и погуливал, а под настроение мог и поколотить жену. Но вот на Патрика она всегда смотрела с обожанием. Я сама лично видела это. Однако кроме той единственной молитвы, произнесённой над ещё тёплым телом сына, больше она свою печаль никак не проявляет. Такое ощущение, что у неё не сын погиб, а надоедливый сосед помер. Типа отсидела на поминках и тут же забыла...»

Впрочем, выяснять ещё и эту тайну мне было совершенно некогда. Обустроив покои сэра Дилана и проследив, чтобы лакеи перенесли его туда максимально осторожно, я осталась побеседовать с ним и узнала довольно много полезного для себя.

В частности, аккуратно свела разговор к собственной поездке в Фокстаун и узнала, что город принадлежит нам полностью. То есть и бургомистр ставился исключительно волей барона, и налоги шли в баронскую казну, и даже законы в городе устанавливал лично барон. Что ж, мне эта новость существенно облегчала дело.

С сэром Диланом я оставила горничную, а сама отправилась в свои покои и наконец-то устроилась хорошенько подумать. Та куча информации, которая свалилась на меня за последнее время, нуждалась в систематизации. Требовалось решить, что именно послужит точкой опоры, когда я соберусь перевернуть этот мир.

Разумеется, мысль перевернуть мир была шуточной, и знаменитая фраза Архимеда «Дайте мне точку опоры, и я переверну землю» была упомянута мной исключительно для поддержания собственного духа. На самом деле я просто не знала, за что хвататься!

Мне не нравились система питания и грязь на кухне. Мне страшно не понравился местный рынок, который запросто мог стать отправной точкой для серьёзной эпидемии. Мне не нравилось, что замок не имел никаких доходов, кроме налогов, собираемых с крестьян. Список недоимок был просто огромен, значит, людям нечем платить. И что конкретно нужно «ремонтировать» первым, я ещё не представляла.

Впрочем, какие-то бытовые мелочи решались просто по ходу. Например, когда в комнате сэра Дилана сложили всю его военную добычу, я приказала горничным забрать его одежду, постирать что можно, а остальное почистить и привести в порядок. Неплохо было бы вымыть и его самого: от юного сэра весьма изрядно пованивало грязными мужскими носками. Но нос я морщить не стала, памятуя о том, что парень ранен, зато поинтересовалась у Бетти, кого можно послать, чтобы Дилана хотя бы обтёрли влажными полотенцами.

— Ой, миледи Сандра! Ну вы как спросите… — зарозовела и засмущалась после моего вопроса Бетти.

Это выглядело немножко нелепо, но я не хотела обижать своим смехом эту добродушную здоровячку и потому, хоть и с трудом, но удержалась.

— Может быть, отправить лакея?

— Да что вы, миледи! Разве жешь мужик этаким станет заниматься?! Толком всё равно ничего не сделает, а обиду, что бабскую работу заставили делать, — затаит. Лучше уж кого из старух выбрать. Они и покойников обмывали, и за ранеными им уже случалось ухаживать.

— Что ж, Бетти, сходи на кухню и выбери двух женщин на свой вкус. Пусть нагреют воды и тщательно протрут сэра Дилана, не трогая раненую ногу. И обязательно после обтирания поменяйте ему исподнее. Ты поняла? Чтобы и нижняя рубаха, и подштанники — всё чистое надели. А мне пришли сюда тётку Валту.

Отправив горничную, я дождалась, пока повариха робко поскребётся в дверь, и потребовала у неё огласить, какие продукты нужно докупить срочно.

— Что должно лежать летом в кладовых, чтобы не голодать?

— Миледи Сандра, ить летом продукты закупать — деньгу на ветер выкидывать. Сейчас на все крупы и на зерно цены самые что ни на есть высоченные. Вот мяса у нас маловато осталось, так ить, опять же, вы повелели расходовать поменее. А кладовые, миледи, надобно ближе к осени набивать. И уж вот тогда-то и не утерять ничего. Чтобы и солений в достатке, и масла, и сыров, и всякой овощи, и крупов разных. Сало, опять же! Сала солёного надобно будет не один бочонок. Репы поболе, ну и для господ яблоков с грушами. Ить так вот я сейчас прямо вам и не скажу, сколь чего потребуется. Сперва с нашего огорода урожай снимут, всё приберём как следовает, а там ить уж и видно станет, чего сколь докупить.

Я печально посмотрела на тётку Валту, даже не зная, что и сказать. Получается, существует ещё какой-то «свой огород», о котором я, разумеется, знать не знала. Кто должен обеспокоиться рассадой, кто, вообще, следит, что именно там сажают? Кто обрабатывает этот самый огород?

— Ступай, Валта, — я вяло махнула рукой, отпуская служанку.