Рыжая Акула для черного ворона (СИ) - Леденцовская Анна

Ей, в отличие от Риек, еще повезло — она попала в амбар почтенной вдовы, которая, сообразив, что девушка не воришка и не опасна, просто сдала попаданку городской страже. Мужчины впечатлились акцентом и воплями про «фажный персон», вели себя вполне учтиво и постарались поскорее избавиться от докучливой мисель, привезя ее в приют.

— Я буду учить закон этих мест и быть... могу полезной, — утерев слезы и старательно выговаривая слова, обещала девушка, преданно глядя на Алину. — Я покинуть приют с высший балл или стать твой лучшей правой рука, хороший помощник фуа директрис.

Впечатление Бритта своим поведением произвела на Акуличеву неоднозначное. Алина, конечно, списала все ее предыдущие выходки на стресс от попадания, но пообещала себе не доверять чужачке до тех пор, пока та не покажет себя в какой-нибудь непростой ситуации с лучшей стороны.

— Законы — это отлично. Мы хотели проводить консультации для местных жителей, — поделилась Акула еще одним планом попаданок. — Правда, бесплатные для нуждающихся, но под графским протекторатом. Мейсса Сейфила всех консультировать не сможет, она крайне занята. Поэтому помощь любой из нас, изучившей данный вопрос, будет очень кстати.

Их разговор прервали раздавшиеся взволнованные голоса и тихий стук в дверь.

Оказалось, Бритты обыскались отвлекшиеся на разные дела остальные обитательницы приюта. Руи даже решила, что новенькая удрала искать дворец, чтобы требовать аудиенции. Только мейсса Суслозимник, пользуясь чутьем двуликой, подсказала остальным, что гномочка в комнате Алины.

— Раз все здесь, — оглядела Акуличева сгрудившиеся вокруг любопытствующие женские фигуры, — то у меня есть для вас несколько объявлений.

Пересказ информации, полученной от мейссы Мохнатой, много времени не занял, и восприняли ее все обитательницы приюта по-разному.

Бритту неожиданно заинтересовали феи, Юльтенга надулась, что пококетничать с двуликими не выйдет, а Гарти обрадовалась дополнительным охранным чарам вокруг приюта попаданок.

Неизвестно было только мнение Риек. Вторая новенькая, впервые за столько времени ощутив себя в безопасности, спокойно и крепко спала в выделенной ей комнате.

Глава 18

На следующее утро мейсса Сейфила не вернулась, как и в ближайшие несколько дней.

Девушки волновались, но навести справки было негде. Кейтса тоже не появлялась, что рождало в их душах чувство тревоги и непонимания. Самым неприятным в этой ситуации для Акуличевой стало то, что Алина перестала получать подарки от Кайра. Ворон исчез внезапно, словно его никогда и не было в жизни рыжей попаданки.

Впрочем, тревога тревогой, а дела в приюте шли своим чередом. Жейль с мьестом Суслозимником чистили прудик. Мальчишка крепко сдружился со стариком, который стал воспринимать бывшего вредителя почти внучком. Зато его сестрица в эти дни практически не появлялась. Марейка, по словам брата, вместе с женихом разбиралась с унаследованным имуществом. Жить в старом доме опекуна никто не хотел, так что следовало позаботиться не только о жилье для будущей молодой семьи, но и о местообитании самого Жейля.

Попаданки дружно чистили дом, разбирали ставшие доступными для них гардеробные, учились готовить местные блюда и с интересом ухаживали в огородике за здешними овощными культурами. Бывший графский особняк их усилиями стал симпатичным коммунальным домиком для всех обитающих в нем барышень.

Ни приютом, ни временным пристанищем он никем из девушек теперь не воспринимался. Конечно, кто-то из них, как Юльтенга, мечтал быстрее уйти в свободное плавание, выйдя замуж, кто-то собирался долго здесь жить и налаживать бизнес, не ища лучшей доли где-то еще, а кто-то, как Лигона или Пыженика, вскоре покинул эти стены, решив обустраивать свою жизнь самостоятельно.

В этот же конкретный момент наша рыжая Акула была ужасно занята. Прилипшая к ней как банный лист Бритта и правда засела за книги. Память у светлокосой гномки оказалась на удивление цепкой, и законы двуликих, которые без пояснений тетушки Сейфилы совсем не приживались в девичьих головах, у мисель Межизульяни, казалось, прорастали в мозгу корнями, как сорняковые семена.

Потребовав экзамен, Бритта блестяще сдала его консилиуму из обложившейся сводами законов Алины, четы Суслозимников и мьеста Рицтека, которого специально выдернул из объятий невесты отправленный за ним Жейль.

— Надо открыть контора. Печатать объяфлений нам, — сияя от гордости, требовала девушка у Алины. — Я есть фсем помочь!

Акуличевой потребовалось не меньше получаса упражняться в красноречии, объясняя вундеркинду по законодательным дисциплинам, что без мейссы Сейфилы и его сиятельства графа вот прямо сейчас они ничего организовать не могут.

Надутую и расстроенную гномку утешил только один факт. Алина все-таки нашла ей дело, чтобы Бритта была полезной, как и собиралась. Пришлось для их же пользы «пожертвовать» Жилькой, Литешей и Жейлем и организовать своеобразный учебный класс для подрастающего поколения. Преподавателем «фажный персон» оказалась замечательным, и то, что прежде у того же Жейля влетало в одно ухо и вылетало из другого, мисель Межизульяни вбивала в юные умы намертво.

В чем с удивлением убедилась мейсса Сейфила, когда вернулась.

Пожилая лиса прибыла в приют через неделю, казалось бы, с хорошими новостями. Но по ней было видно, что это время она провела совсем не весело. А еще двуликая привезла с собой ту самую картину-шулаву. Живое полотно было окутано многочисленными видимыми потоками мерцающей магической ткани, в которую вцепились крошечные тощие фейки. Оно с трудом поместилось в экипаже. Мейссе Ойлени пришлось ютиться на козлах вместе с кучером, а выделенная для сопровождения ценного груза охрана, казалось, была собрана из отъявленных головорезов.

Вот тут-то, впервые за это время, Алина смогла украдкой выдохнуть с облегчением. Среди наемников охраны ее взгляд моментально уловил знакомый мрачный профиль и непокорную, падающую на глаза черную челку исчезнувшего без объяснений ворона. Впрочем, вида она не подала, захлопотав вокруг Сейфилы и руководя разгрузкой.

В холл шулаву заносили дюжие двуликие, а дальше феи сказали, что сами справятся.

— Мы только выберем место, где наше гнездо должно располагаться в этом жилище, и дождемся вашей ведьмы, — проскрипел слепой патриарх, похожий на сморщенную засохшую ветку с крыльями.

Фей Алина разглядывала со смешанным чувством жалости и недоверия. Как-то не походили эти измученные, замурзанные тощие малютки на прекрасных волшебных существ из детских сказок. Они скорее напоминали насекомых палочников, которым прицепили стрекозиные крылышки и придали человеческий облик настолько, насколько хватило фантазии их творца.

Зато Бритта, похоже, не видела в феях ничего удивительного, ей они были не в диковинку. Пока все обсуждали, где можно поместить столь необычный и громоздкий артефакт, низкорослая девица торопливо сбегала в кухню и вернулась, с трудом таща в руках здоровенный горшок теплого молока. На поверхности желтыми озерцами расплывались золотистые пятнышки добавленного гномкой сливочного масла.

— Ох, сколько ж ты туда меда бухнула? — повела носом мейсса Суслозимник, неодобрительно покачав головой. Она посчитала, что одуревшая от вида магических малюток «фажный персон» сдуру испортила уйму ценных продуктов.

Как оказалось, совершенно напрасно.

Заморенные голодом феи непонятно каким чудом мигом опорожнили содержимое горшка, в котором, судя по их габаритам, спокойно могли бы поселиться всем семейством. Причем сделали это прожорливые крылатики за какие-то секунды. Вот было молоко — хлоп... и нет его. Пусто.

У Алины даже на миг мелькнула мысль, что они, пожалуй, таких квартирантов не прокормят, но, словно почувствовав это, единственная среди мелюзги женщина-фея прозвенела голосом-колокольчиком слова благодарности, после чего заметила:

— Этого нам достаточно, чтобы набраться сил на неделю. Дальше мы сможем сами найти пропитание в саду, если нам позволят. В благодарность мы поможем растениям лучше плодоносить и изгоним с территории поместья всех вредителей.