— Попробуем его разубедить?
— Разумеется.
Несмотря на опасения Асфара, в городе-дворце Йхтилла развалилось далеко не всё. Мой друг провёл следующий час, укрепляя центральную башню доступной ему магией, пока та не перестала наконец крениться. Это всё, конечно, относилось к разряду костылей. В будущем город начнёт восстанавливаться сам, откликаясь на силу нового господина, но до этого понадобится провести тонну строительных работ по старинке. Нанять цвергов, притащить специалистов из Риида — Асфар всё ещё оставался главой Высокого дома, даже без учёта нового статуса.
Мы спустились к подножию, чтобы оценить масштаб катастрофы с уровня земли — я на крыльях «Метаморфа», Асфар просто сошёл по воздуху, как будто делал это всю жизнь. Внизу обломки зданий расступались перед ним, откатывались в стороны, открывая извилистые ходы и подземные коридоры. Йхтилл уходил вниз так же глубоко, как и тянулся вверх, если не глубже. Из некоторых проходов на свет выходили люди — в основном молодые мужчины и женщины, растерянные и напуганные, но без клейма Князя. Рабы, которых взяли совсем недавно и те не успели испытать на себе полного спектра промывки мозгов. Тем не менее, почти все не помнили прошлого, не знали, где их дом. А значит, они в любом случае стали ответственностью Асфара.
Кто-то падал на колени, смотря на него, как на живого бога. Кто-то просто клялся в верности, как сюзерену. Некоторые отстранялись, бежали, пытаясь найти выход из развалин — одну группу пришлось спасать, когда их чуть не раздавило обломками очередной башни. Многие выжившие оказались ранены, со следами пыток на теле — Асфар щёлкал пальцами, погружая их в сон, и во сне их раны начинали быстро затягиваться.
Я стоял рядом и оставался настороже — поскольку подземные ходы выпускали не только бывших рабов, но и окончательно обезумевших чудовищ. Больше всего было падальщиков, которые буквально разлагались на глазах и потеряли способность к полёту, но от того отнюдь не стали добрее. Райнигун не утихал дольше, чем на пять минут, пока очередная порция тварей пыталась обглодать напуганных людей. Марионеток, музыкантов, танцоров и прочего «театрального» персонала лезло поменьше — но скорее потому, что те затаились где-то под землёй. И, разумеется, по просторам Йхтилла бродило ещё множество тварей из бывшей армии, брошенной на наступающие силы Риида.
Жёлтый знак в текущем виде перестал существовать со своим прежним владыкой, он стёрся из ткани мироздания, будто и не было. В какой-то момент Асфару понадобится собственный, новый знак, и что тот будет означать, зависит только от него.
Наступил рассвет — почти неотличимый от того, что можно было увидеть на Земле или в Полуночи. Первый рассвет Йхтилла за многие тысячи лет.
— К слову, что там с Герольдом и Гримёром?
Мы убедились, что башни и другие здания больше не порывались обрушиться, а из проходов больше не прут чудовища. Новые подданные Асфара пока что остались в безопасности, и мы с ним отправились наконец откапывать мой отряд. Можно было предположить, что под чутким руководством волшебницы и механика рыцари быстро справятся сами, но после битвы их забросило в одну из самых глубоких точек города. Выбраться из ловушки успели только драконята, а затем ещё и воспользоваться своим чутьём на магию, чтобы добраться к нам на помощь.
Остальные же сами нуждались в помощи, пусть и не самой срочной.
— Живы, — отозвался Асфар после трёхсекундного размышления. — Пусть и не в лучшей своей форме. Я едва чувствую их присутствие.
— От них не будет проблем?
— Не думаю. Большая часть личности Герольда шла напрямую из общей бездны души Князя. Того человека, кем он когда-то был, давно не осталось — лишь проклятая маска, в виде которой он и существует. С Гримёром другая история, но он сильно сдал, когда ты припечатал его на Синклите.
— Приятно слышать. Избавишься от них?
— Попытаюсь, но это может оказаться примерно так же легко, как и избавиться от ненужных внутренних органов. Они когда-то выбрали служение, выбрали добровольно — насколько это возможно — и теперь вшиты в это место. Лишённые всего, кроме некоторых способностей и ничтожных обрывков памяти.
— Ты не заставишь меня их жалеть, и не пытайся.
— Кто говорит о жалости? Просто от некоторых местных правил я не могу отгородиться стеной — они установлены слишком давно.
Знакомая ситуация, в чём-то даже слишком знакомая. Я тоже был не в восторге от многих традиций Полуночи, и часть даже благополучно удалось поменять. Но не все, далеко не все. И это при том, что сама Полночь оказалась достаточно доброжелательной, пусть и немного чуждой разумной сущностью. Йхтилл же вряд ли позволит Асфару вести диалог наравне — моему другу придётся учиться жёстко устанавливать свои порядки.
Но это всё потом — главное, чтобы прежние посланники Князя в Жёлтом не причинили новых бед.
Даже с новыми способностями и влиянием Асфара, а также моей немалой силой, нам понадобился битый час, чтобы расчистить дорогу к Гвендид и компании. Поразительней всего оказалось то, что здесь действительно находился старый театр, теперь почти полностью уничтоженный битвой и обвалом. В боковых проходах уцелело немало марионеток, но они просто висели в воздухе без движения, не пытаясь ни помешать нам, ни помочь.
— Я знал, что ты жив, брат мой. Знал, что мы одержим победу. Мы почувствовали, как тьма отступает из этого места.
Торжественные слова Мордреда нестройным хором поддержали остальные авалонцы. Кроме Гвендид — та высказалась в совершенно ином ключе.
— Опоздал. Опоздал, как обычно, это входит у тебя в привычку. Ты когда-нибудь слышал о такой вещи, как дыхание, о владыка ночи? Ты знаешь, что для него нужен воздух?
— При всём уважении, почтенная Гвендид, — сказал я предельно вежливо. — Здесь нет никого, кому бы требовался кислород. Разве что Яну и Аве, но они улетели гораздо раньше.
Не то что бы я мечтал напоминать волшебнице о её проклятии, но наезды, даже полушутливые, мне не слишком нравились. К моему удивлению, Гвендид фыркнула и покачала головой, как будто имела дело с кем-то крайне недалёким.
— Знать ты, конечно, не мог, но я надеялась, что догадаешься. Йхтилл обожает драматичные перемены, и скажи спасибо, если это будут единственные последствия.
Мне не хватило какой-то секунды, чтобы напрямую спросить Гвендид, что она, нахрен, имеет в виду.
— Вик…
Я моргнул, затем моргнул ещё раз. Голос Адель звучал примерно так же, как и раньше, но на удивление… слабо. Один в один, как звучал бы у девушки, которая осталась надолго заперта в тесном закрытом пространстве без доступа к свежему воздуху.
Знакомая фигурка показалась из-за рыцарских спин — она шла, слегка пошатываясь и держась за голову.
— Ты. Вернулся. Я тоже… знала.
Судя по округлившимся глазам Асфара, новый владыка Йхтилла ни о чём таком не догадывался. Адель действительно уцелела вместе с отрядом. Только вот в отличие от рыцарей и драконов, вернувших себе прежние облики, она так и осталась человеком.
Глава четырнадцатая
— Открой рот. Шире, шире, не бойся. Теперь повернись. Дыши глубоко. Хорошо, теперь задержи дыхание. Всё, можешь дышать… Дыши. Я сказала, дыши, Адель!
Очаровательная беловолосая девушка в чёрно-белом наряде, напоминающем костюм горничной, вздрогнула, поперхнулась и судорожно задышала. Подаренные Кас платья она носила по торжественным случаям, обычно предпочитая комбинезон механика или походную одежду, но поход в Йхтилл не пожалел никого, кто не был закован в полную броню. С телом автоматона это не играло существенной роли, а вот новое, человеческое, понадобилось срочно во что-то переодеть.
Пусть сама Адель ещё не до конца понимала, как это тело должно функционировать.
— Осмотр окончен, — вздохнула Терра, разворачиваясь ко мне. — Поздравляю, Вик, у вас на руках абсолютно здоровый экземпляр человеческой женщины, хоть бери за образец и отливай в бронзе. Заново.
