Драконьи чары для попаданки (СИ) - Абиссин Татьяна

Мне нравилось это место, скрытое от чужих глаз. Слуги не заглядывали в эту часть сада, госпожа Ренси не любила неухоженные «заросли», как она их называла. А её муж тем более не интересовали постройки, находящиеся в глубине сада. Подозревая, что он ни разу не сидел в беседке, иначе её крышу, сквозь которую виднелось небо, давно бы отремонтировали.

Но я не жаловалась. В хорошую погоду беседка была идеальным местом для занятий. Тихо, спокойно, нет вероятности, что кто-то из слуг, проходя мимо, помешает или попадет под действие заклинания. Но сегодня я пришла не учиться.

Прижавшись спиной к деревянному столбу, поддерживающему крышу беседки, и прикрыв глаза, я думала о том, что ждет меня в будущем. Через несколько дней я отправлюсь в Академию. Как меня встретят другие ученики? А преподаватели? Не почувствуют ли они во мне чужестранку?

Я привыкла к тихой, размеренной жизни в доме Ренси. Родители Мирабель принимали «дочь» такой, какая есть, не задавая лишних вопросов. Но вдруг в Академии у девушки были друзья, которые хорошо её знают? Или, еще хуже, враги, которые не упустят шанса подшутить надо мной, услышав о потере памяти?

«Хватит, — приказала я себе, — ты справишься. Ты уже училась в университете, правда, в другом мире. Вряд ли Академия сильно от него отличается. И тебе осталось учиться год, к выпускникам относятся проще, чем к первогодкам. Как-нибудь закончишь».

Ветер донес до меня слабый аромат роз, придав мыслям другое направление. Поморщившись, я отвернулась. Неужели теперь я всегда буду вспоминать герцога, взглянув на розу или почувствовав её запах?

«Только не в Академии, — усмехнулась я. — Герцог давно её закончил. Разве что он вернется туда преподавателем, ради моих прекрасных глаз».

Настроение тут же улучшилось. Я ни на минуту не верила в том, что Раух увлекся мной по-настоящему. Легкая интрижка — вот всё, на что он рассчитывал, и то, что жертва выскользнула из рук, вряд ли его огорчило. Найдется с десяток красивых девушек, готовых развеять скуку родственника короля.

Аромат роз стал сильнее, и я, чихнув, открыла глаза. И едва не вскрикнула от изумления: передо мной стоял герцог Раух.

Он выглядел так же, как и на балу, в излюбленный костюм черного цвета, украшенный серебряной вышивкой. Из украшений — только кольцо на пальце, но сверкающий в нем бриллиант был достоин короля.

Я не слышала ни звука шагов по песку, ни треснувшей ветки. Он появился совершенно бесшумно и теперь с насмешливой улыбкой смотрел на меня.

— Что вы здесь делаете? — буркнула я, отодвигаясь от него.

Герцог приподнял брови.

— Как грубо. Ни «доброго дня, Ваша Светлость», ни «я рада вас видеть». Признаться, я рассчитывал на более теплый прием.

— После ваших отравленных цветов? — ехидно спросила я. — Вас спас только титул. Будь вы обычным человеком, вам бы отказали от дома.

— Возможно, — не стал спорить герцог.

Его пристальный взгляд мне не нравился. Так сытый кот смотрит на пойманную мышь: то ли придушить сразу, то ли дать еще побегать.

— И, все же, как вы здесь оказались? — я решила потянуть время в надежде, что появятся родители Мирабель или кто-то из слуг. Не могли же они оставить высокого гостя в одиночестве!

Но герцог разрушил мои надежды.

— Я выразил госпоже Ренси восхищение её садом. Она была так любезна, что предложила мне прогуляться, и подсказала, где найти её дочь.

Я мысленно выругалась. Как мило, заботливая маменька решила помочь герцогу, и оставить Мирабель наедине с ним. Настолько верит в порядочность Рауха? Или же его богатство и положение в обществе искупает нарушение приличий?

Быстро поднявшись, я поклонилась герцогу, но не слишком низко.

— Боюсь, Ваша Светлость, наш сад не достоит внимания. Слишком густые деревья и кустарники, мало цветов. И я уже собиралась уходить.

Я попыталась прошмыгнуть мимо герцога, но тот оказался быстрее. Сильная рука сжала мое запястье.

— Не так быстро, моя дорогая, — произнес мужчина, притягивая меня к себе. Я снова ощутила запах роз, от которого закружилась голова.

— Пустите, — я попыталась вырваться. — Или я закричу!

— Можешь кричать, сколько угодно. Я установил Полог тишины над беседкой. Теперь никто не услышит и не увидит того, что здесь произойдет.

Меня охватил ужас. Я вдруг поняла, что герцог не остановится, пока не сделает то, зачем пришел. И никакие мои крики и мольбы не помогут, так же как, и магия.

И все же, я попыталась. Сжав в ладони медальон, я прошептала заклятие, вызывающее воду. Оно всегда срабатывало.

Рядом с беседкой журчал невысокий фонтан. Я ждала, что водяная струя, притянувшись, окатит герцога и заставит его разжать руки.

Но ничего не произошло. В воздухе не появилось ни капли.

— Забыл предупредить, — лениво произнес Раух. Его губы коснулись моего уха, обжигая горячим дыханием. — Полог тишины очень сильное заклинание. Оно не позволяет никому, кроме меня, использовать магию. Заклятия из учебника тебе не помогут.

Я дернулась, и он тут же схватил меня за волосы, заставив повернуть голову и посмотреть в глаза.

— Тише, крошка. Не нужно меня злить. Как жаль, что розы на тебя не подействовали! Я бы предпочел нежную и покорную любовницу строптивой девчонке! Но, обойдемся тем, что есть. Я пересплю с тобой один раз. Дальше живи, как хочешь. Согласна?

Я не понимала, что происходит. Герцог хочет меня… или же нет? В его темных глазах не было страсти, только холодный расчет. Но отступать он не собирался. Я была нужна ему, но только на одну ночь.

— Я не буду вашей подстилкой, — прошипела я, протянув руку к его лицу. Длинные ногти впились в кожу, оставляя красные полосы.

— Ах, ты, — Раух с силой выкрутил мне руку, так, что я скривилась от боли. На глаза навернулись слезы.

Герцог толкнул меня на скамейку, лицом вниз, прижимая собственным телом.

— Я — разумный человек, Мирабель. Не люблю причинять боль другим людям и, тем более, брать кого-то силой. Но ты меня вынуждаешь. Была бы хорошей, покорной девочкой, этого бы не случилось.

Послышался треск платья. Холодные ладони герцога прошлись по моему телу. Меня передернуло, как от прикосновения лягушки.

— Зачем? — хрипло спросила я. — Вы же не хотите этого. Я вам даже не нравлюсь. Почему вы хотите сломать мне жизнь?

Ладонь герцога замерла на моей ключице. Он наклонился и коротко поцеловал её.

— Я бы сказал, что это — не твое дело, Мирабель. Всё, что от тебя требуется, — это раздвинуть ноги. Но, если ты хорошенько попросишь, я, пожалуй, расскажу. После того, как мы закончим.

Негромко рассмеявшись, он одной рукой удерживал меня за шею, другой принялся задирать платье.

Я ерзала и брыкалась, пытаясь задеть его ногой, но это только веселило мужчину.

— Сколько в тебе страсти, дорогая. Даже не скажешь, что ты невинна. Какой ужас, неужели мне подсунули порченую девчонку?

— Мой отец убьет вас, — выдохнула я, чувствуя, как герцог покрывает поцелуями, больше похожими на укусы, мою шею.

— Сомневаюсь, дорогая Мирабель. Дир Ренси — разумный человек, он поймет, что разбитую чашку не склеить. Он ограничится некой суммой в золоте, в возмещение ущерба, и найдет тебе подходящего жениха.

Я молчала, в глубине души понимая, что мерзавец прав. Дир Ренси промолчит о бесчестье дочери, потому что позор ляжет на всю семью. Заставить герцога жениться на мне он не сможет. А деньги ему нужны.

Герцог заставил меня повернуть голову, и впился поцелуем в губы. Болтавшийся на шее медальон мешал ему, и он сорвал его и швырнул в сторону.

— Расслабься, дорогая, — Раух потрепал меня по щеке, как животное, и я тут же попыталась вцепиться ему в палец. В ответ он с силой сдавил мое горло.

— Пора с этим заканчивать, — герцог приподнялся, расстегивая одежду.

Мой взгляд за зацепился за блестевший на солнце медальон. При падении он раскрылся, и осколок статуэтки выпал.

«А что, если… — подумала я. — Мне терять нечего. Не разрушу заклятия, так хоть оцарапаю Рауха».