Вперед рванул и Ли Бо, и Лянг, который выскочил из кувшина, резко увеличившись — он уже выплеснул из себя достаточно воды, чтобы закручивать ее в мощные потоки и держать сам себя на них.
Как только цзянши получил три удара от Ли Бо, он бросился в атаку. И это было неожиданно. Он был очень быстр, но я успел отшагнуть в сторону, а дальше в дело вступил Лянг, который плетьми придержал мертвяка.
Я был готов.
Малый Символ из десяти бусин ударил его в бок, потом ещё один в плечо. Монеты из меча полетели веером, и каждая несла Символ Очищения.
Я видел, что Символы Фу выстрелили из пола и из стен, заблокировав часть монет. Вот как — защищают, значит?
Я закрутил четки еще быстрее, а монеты выстрелили одна за другой, и пока символы Фу перехватывали их, два Символа Очищения с двух сторон врезали в цзянши. Все это время Лянг его удерживал струями воды. Я видел, что ему тяжело, но он справлялся.
Вжух-вжух-вжух!
Четки врезались в тело нефритового и он зашипел от боли. Ещё несколько знаков Фу на его теле выгорели, превратившись в мёртвые татуировки.
— Ты… не победишь… — прохрипел он. — Это МОЙ храм!
— Был твоим, — ответил я и сделал Шаг Восьми Триграмм, заключая цзянши в клетку из радужных нитей.
Он их тут же порвал, и рванул ко мне. Точнее, попытался рвануть.
Все мои четки заколотили по нему, но этого было мало — на его теле было еще несколько десятков Символов Фу, которые поглощали силу моих ударов.
А сам он только вошел во вкус. Лянгу становилось с каждой секундой все тяжелее удерживать цзянши, который начал наступать. Один удар. Второй.
Цзинь!
Ли Бо закрыл меня от удара.
Еще один удар.
Цзинь!
И снова Бессмертный прикрыл меня от стремительного удара, на который я не успел среагировать.
— Вот и всё, — зашипел цзянши, — Ты слабеешь, и твои уловки не помогут.
Я вдруг понял, что несмотря на то, что каждый мой удачный удар выжигал Символ на теле цзянши, я не мог нанести такие же мощные атаки, как там, в эпицентре своих Триграмм.
Я уклонился от еще одного удара, следующий заблокировал Ли Бо и я отскочил к стене.
Только сейчас я заметил, что некоторые Символы Фу выстреливают в тело цзянши, когда он движется. Значит, он всё равно успевает восстанавливаться, благодаря этой небольшой подпитке от самого храма.
Нужно закончить всё одним ударом… но как?
Я посмотрел на зажатый волос со Святой Ци в руке и вдруг понял. Вот оно — решение!
Мне не нужно брать Святую Ци и восполнять свое Радужное Основание, ведь получается я из энергии более высокого ранга делаю, тем самым, более слабую, пусть и в большем количестве — это глупость полнейшая!
Я вложил всю энергию волоса в один-единственный Символ Очищения, созданный из четок. Мое тело и мои Меридианы не могли еще в полном мере раскрыть силу Святой Ци, но четки…четки могли!
Десять бусин собрались передо мной, но вместо обычной радужной Ци их наполнила Святая энергия — чистая и ослепительная. Они еще никогда так не сияли. И едва они соединились, Символ засиял так ярко, что осветил весь зал Храма.
Я почувствовал, как виски сдавливает напряжением — удерживать подобную мощь было очень тяжело.
— Лянг! Держи его всем, чем можешь!
— СДЕЛАЮ!
В ту же секунду вся вода, что была в зале, собралась в два могучих водных хлыста, обвивших ноги цзянши.
Я толкнул Символ вперед и цзянши от этого сияния зажмурился.
— Что… что ты делаешь⁈ — в его голосе был самый настоящий страх.
Ну надо же! А я думал, что он…бездушный.
— Заканчиваю, — ответил я.
Всеми силами я толкнул Символ прямиком в грудь цзянши. Благо, Лянг справился со своей задачей: он ревел, но удерживал рвущегося то в одну, то в другую сторону цзянши.
Казалось, Символ движется вечность, так медленно он двигался вперед. Святая Ци была тяжелая и медленная (в моих руках, во всяком случае), и я чувствовал, будто толкаю вверх груженую углем повозку.
Я стиснул зубы и надавил.
— Давай, Ван! Я не могу его держать!
Бам!
Это Ли Бо обрушился прямо на голову цзянши, но того лишь пошатнуло.
Метр…полметра…
Как же медленно двигался Символ, но чем ближе он был к цзянши, тем больше был страх этого существа, которое лихорадочно хотело быть Бессмертным.
Ладонь…
Пол ладони…
Перед тем, как Символ врезался в тело цзянши, казалось, всё вокруг, весь мир застыл на долю секунды, а потом…потом прозвучал даже не удар, а странный звук. Чистый и звонкий, будто кто-то ударил в хрустальный колокол.
Символ из бусин только чуть коснулся тела нефритового, чуть замедлился, а потом прошёл сквозь нефритовую грудную пластину как раскалённый нож сквозь масло.
Тело цзянши забилось в истерике, но Лянг его держал.
— Не пущу! — взревел он, — Эта рыбка попалась в мои сети!
Иронично, конечно, слышать такое от карпа, но с другой стороны…он ведь и не карп, а будущий дракон, так что ему позволительно.
Еще через секунду Символ, наполненный Святой Ци, добрался до того места, где находилось «ядро» цзянши — главный источник его силы, — одновременно выжигая символы Фу один за другим.
Я выдохнул и отпустил его.
Сил его держать больше не было.
Всё остальное он доделал сам.
Цзянши издал звук — не крик, не рык, а что-то между стоном и всхлипом. Почти… человеческое.
— Нет… — прошептал он. — Нет… я не могу… столько лет…я не умру…я хочу жить…
— Разве это жизнь? — по-философски спросил Ли Бо, — Это существование… и довольно жалкое, надо сказать.
Хотелось, конечно, заметить Бессмертному, что у него тоже не лучшая оболочка, и он довольно ограничен, но я промолчал.
А потом тело цзянши с хрустом раскололось на крупные части, после чего, рухнув на пол, разлетелось тысячами осколков. От нефритовой оболочки цзянши не осталось и следа.
Зеленые глазницы погасли.
А внутри…внутри был скелет — простой, человеческий. Но и он не остался нетронутым: очутившись без защиты, он начал буквально рассыпаться пылью.
Я стоял и смотрел на это с легкой грустью в сердце: эти кости — всё, что осталось от существа, которое называло себя бессмертным.
И не было никакой радости от того, что цзянши уничтожен.
— Ван? — голос Ли Бо был непривычно мягким. — Ты в порядке?
— Да, — сказал я. — Просто… думаю.
— О чём?
— О том, что из-за страха смерти люди готовы пойти на что угодно. И вот к чему это приводит… Его ведь никто не заставлял, как тех, других цзянши. Не отрывал от семьи, не принуждал — он сам это выбрал. И почему-то грустно от того, что этот выбор погубил кучу жизней, и не только Праведников, но и обычных людей.
Ли Бо молчал.
Лянг тяжело пыхтел: удерживать нефритового ему далось тяжело, но он был доволен тем, что справился. Да уж, тут не хватает Хрули и Джинг с их беспокойным характером.
Я стоял, смотрел на останки нефритового цзянши и слышал как капает то тут, то там вода, словно отсчитывая время. Кому? Мне? Или этому миру?
Символы Фу все еще вспыхивали то тут, то там своей синеватой Иньской Ци.
Треск, прозвучавший в этой тишине, был совершенно неожиданным. Но за первым, последовали другие.
Я сначала не понял, что происходит, но Ли Бо меня быстро просветил.
— Бежим, Ван! Храм рушится! Он видимо был полностью завязан на цзянши, и теперь эта конструкция рушится.
— Но… — хотел я возразить, но мне не дали. Прямо передо мной упала небольшая колонна, подпиравшая потолок. А потом следующая
Тут уж думать не было времени, и я рванул обратно, по тому же коридору, через который добрался сюда.
— ПОГОДИТЕ! МЕНЯ ЗАБЫЛИ! — заорал Лянг.
— Прыгай! — подлетел к нему Ли Бо и карп, тут же уменьшившись, плюхнулся в кувшин.
Я же бежал, используя технику передвижения, и на ходу отмечал, что-то тут, то там в стенах прохода появляются трещины одна за другой.
А я ведь думал, что в этом храме найду вещи того Праведника, да и не только их!
