Силы были категорически неравны!
Оставался только побег.
— Эмилия!
Сделала вид, что не услышала и развернулась. Первые несколько шагов я ещё пыталась сохранить достоинство и просто очень быстро шла.
— Эмилия, стой!
Пришлось перейти на бег.
Первым препятствием на пути оказалось уже знакомое крыло феникса. За те несколько минут, что мы не виделись, его успели частично активировать, и теперь золотисто-алые перья вспыхивали одно за другим, заставляя студентов радостно орать, а преподавателя — совсем наоборот. Я пригнулась и проскочила под деревянной балкой как раз в тот момент, когда над головой с гулким хлопком вспыхнул очередной ряд перьев.
— Куда?! — заорал кто-то из студентов.
— Простите! — чистосердечно покаялась я.
— Там огонь! — прилетело мне громким предупреждением.
— Я заметила! — успокоила всех, как смогла.
В конце концов, обручальное кольцо лорда-командора, имеющее все шансы никогда не сняться с моего безымянного пальца, в данный момент казалось намного опаснее, так что я выскочила с другой стороны выставочной площадки, едва не врезавшись в прибывшую делегацию Северной академии. Пришлось лавировать между незнакомыми студентами в синих мантиях, один из которых шарахнулся от меня так резко, что наступил на мантию товарища.
— Добро пожаловать в «Талисман»! — выдохнула я на бегу.
Надо же было как-то поддерживать репутацию родной Академии.
— Эмилия Алисента Кроу! — услышала следом и вздрогнула.
Если дедушка обращался ко мне по полному имени, значит, всё обстояло гораздо серьёзнее, чем я предполагала. Люми тоже быстро это поняла, крепче вцепилась лапками в мои волосы, а я ускорилась, хотя где-то глубоко внутри уже начинала шевелиться совесть. Дедушке всё-таки было далеко не девятнадцать. Заставлять его носиться по всей Академии только потому, что я не желала обсуждать собственную помолвку, было некрасиво.
Я даже немного замедлилась в какой-то момент.
Но потом вспомнила о кольце и его основном свойстве — не сниматься без воли его дарителя. И совесть тут же умолкла. К тому же впереди показался знакомый фасад библиотеки, и настроение мгновенно улучшилось.
Вот теперь у меня появился шанс!
Конечно, прятаться от Арчибальда Кроу в библиотеке, которой Арчибальд Кроу заведовал последние несколько десятилетий, могло показаться не самой блестящей идеей. Однако библиотека была не только его территорией. Я же выросла среди этих стеллажей. Ещё ребёнком сидела под дедушкиным столом, пока он разбирал каталоги, знала служебные лестницы, закрытые секции, старые переходы и коридоры, куда большинство студентов никогда не заглядывало. Мне были известны даже несколько потайных проходов, сохранившихся ещё со времён перестройки старого корпуса.
Так что пусть дедушка знал библиотеку превосходно, я знала её не хуже.
По крайней мере, именно этим я успокаивала себя, взлетая по ступеням, распахивая тяжёлую дверь и ныряя в спасительную прохладу библиотечного зала. И только свернув между высокими стеллажами, поспешив в сторону дальних секций, я подумала, что прятаться от заведующего библиотекой в его собственной библиотеке всё-таки было несколько самонадеянно.
Но возвращаться было уже поздно.
Нет уж, не будет в моей судьбе никакого обручального кольца!
И замуж за лорда-командора я не выйду.
Глава 2
В дальнее крыло библиотеки я свернула лишь после того, как перестала слышать за спиной дедушкины шаги. Для надёжности миновала основной читальный зал, поднялась по узкой винтовой лестнице на второй ярус, прошла мимо секции сравнительной лингвистики и нырнула в старую часть книгохранилища, куда обычные студенты заглядывали разве что по ошибке.
Здесь хранились труды по ранним руническим системам, вышедшие из употребления словари и исследования древних языков, названия которых отпугивали случайных посетителей надёжнее охранных чар. За три года учёбы я встречала здесь посторонних всего несколько раз, поэтому добралась до самого дальнего ряда, прислонилась спиной к стеллажу и наконец позволила себе перевести дыхание.
Люми выбралась из моих растрепавшихся волос и перелетела на ближайшую полку. Золотые крылышки мягко блеснули лиловым, когда она повернулась ко мне.
— Даже не смотри так, — предупредила я, всё ещё пытаясь успокоить дыхание. — Я не сбежала, всего лишь перенесла разговор на более подходящее время.
Люми медленно раскрыла крылья, задержала их на несколько секунд и сложила обратно.
Удивительно, насколько осуждающе могла молчать бабочка.
— Кроме того, это было необходимо, — добавила я вынужденно. — Ты видела письмо.
На этот раз золотые крылышки дрогнули уже с явной насмешкой, и я решила не продолжать спор с собственным фамильяром, который всё равно рисковала проиграть.
В библиотеке царила привычная прохладная тишина.
Где-то далеко, за несколькими рядами стеллажей, едва слышно шелестели страницы, изредка потрескивали охранные чары, а из высокого окна под самым потолком падал узкий солнечный луч, в котором лениво кружилась книжная пыль. Можно было провести здесь минут десять, дать дедушке убедиться, что внучка бесследно растворилась среди нескольких тысяч стеллажей, а затем воспользоваться служебной лестницей и перебраться в другое крыло.
После этого мне останется решить сущую мелочь, то есть придумать шестой способ не получить обручальное кольцо.
В запасе были целые сутки.
Предыдущие пять раз я справлялась и за меньшее время, поэтому основания для оптимизма определённо имелись. Я даже уже начала прикидывать, куда именно можно исчезнуть на весь завтрашний день, когда из-за соседнего стеллажа донёсся приглушённый мужской голос:
— …если заклинатели покажут на конференции то, о чём узнал Роуэн, нам с обычной схемой там делать нечего.
Я замерла. Люми тоже.
— Я видел расчёты своими глазами, — отозвался второй голос, принадлежащий, судя по всему тому, кого назвали Роуэном. — Они собираются развернуть защитный купол на весь демонстрационный полигон. Возможно, захватят ещё трибуны.
— А наш контур начинает рассыпаться, как только радиус превышает двести шагов.
— Сто восемьдесят семь, — спокойно поправил третий.
— Спасибо, Дамиан. Теперь мне гораздо приятнее проигрывать.
Кто-то негромко рассмеялся. Я же осторожно выпрямилась, потому что, пусть и не знала этих студентов лично, но сразу поняла, кому принадлежали голоса. Каждая команда, допущенная к основной программе конференции, заранее подавала краткое описание разработки, а неделю назад список участников вывесили на общем стенде, и я его мельком видела. Что, конечно же, не помешало мне всё запомнить. Четверокурсники с факультета тёмной магии собирались представить адаптивный защитный контур — систему, способную определять характер направленного на неё магического воздействия и перестраивать защиту непосредственно во время атаки.
Идея была хорошая. Я бы даже сказала — великолепная. Настолько, что я собиралась посмотреть демонстрацию. Правда, до этого момента я не знала, что при увеличении радиуса контур начинал рассыпаться.
— В пределах нынешней площади система работает без сбоев, — продолжил первый голос. — Но кого этим удивишь, если заклинатели накроют куполом весь полигон?
— Значит, увеличим площадь, — предложил тот, кто до этого жаловался на ограниченный радиус.
— Мы уже увеличивали, — сухо отозвался Дамиан.
— И едва не разнесли лабораторию, — напомнил Роуэн.
Судя по голосу, последствия прошлого эксперимента до сих пор задевали его сильнее, чем остальных.
— Один стол, — возразил четвёртый участник разговора.
— И две стены.
— Стены восстановили.
— Тебя это утешает? — поинтересовался Роуэн.
— Меня утешает, что третья устояла.
