Фальшивая жена для Архимага - Алексеева Ирина Сергеевна

Светофор впереди мигал желтым. Прекрасно зная, что это означало, я посмотрела на дорогу. Ни одного автомобиля поблизости не было, только где-то далеко, почти на следующем перекрестке, маячили фары. На всякий случай скинув с головы капюшон, потому что в нем, как в танке, практически ничего не было видно, я шагнула на переход.

Смартфон, зажатый в руке, едва заметно дрогнул, сигнализируя о входящем сообщении. Я практически машинально разблокировала его и усмехнулась – подруга вдогонку отправила мне ссылку на товар с маркетплейса, который мы обсуждали перед тем, как я засобиралась домой.

“Спасибо” – написала я поспешно, потому что пальцы без перчаток нещадно мерзли, и снег крупными каплями оседал на экране.

Я не услышала ничего.

Ни шороха шин по мокрой дороге, ни визга тормозов, ни пронзительного гудка. Просто что-то огромное, ослепительно белое врезалось в меня справа, и на несколько мгновений я в прямом смысле взлетела в воздух. За это время я увидела все происходящее сверху: влажный асфальт, свой телефон, вылетевший из моих рук, темный внедорожник с разбитой фарой. А потом дорога с силой ударила меня в спину, в голове что-то щелкнуло, словно бы выключаясь.

Боли не было.

Мелодия в одном оставшемся наушнике звучала как будто со дна колодца, а меня медленно затапливал холод. Страшный, колючий, пронизывающий до самых костей. И темнота, густая и липкая, как разлитые чернила, обрушилась на меня с тяжестью бетонной плиты, ставя точку в моем существовании.

***

Я очнулась от того, что кто-то тер мне виски чем-то холодным, влажным и резко пахнущим лавандой, полынью и чем-то еще незнакомым, горько-сладким. Голова раскалывалась так, словно по ней проехал тот самый внедорожник, причем дважды. Да, воспоминания о том, что произошло, были свежи, и я почти не сомневалась, что, открыв глаза, обнаружу себя в палате реанимации.

Но чего я точно не ожидала – что вместо размеренного пиканья приборов услышу мягкий женский голос.

— Леди Тесса? Леди Тесса, вы меня слышите?

Меня настойчиво встряхнули за плечи.

Похоже, я все еще на дороге, и помощь мне никто не вызвал. Неужели водитель внедорожника решил скрыться с места преступления, оставив меня на милость случайных прохожих?

Я хотела было ответить, что никакая я не леди, и уж точно не Тесса, но с губ сорвался только слабый стон.

Зато получилось открыть глаза.

Надо мной склонилось лицо, круглое, румяное, обрамленное белоснежным платком, из-под которого не видно было ни единого волоска. Женщина лет сорока смотрела на меня с облегчением и тревогой одновременно.

— Хвала Богине-Матери, – выдохнула она, оглядываясь куда-то назад. – Неси воды. Быстро.

Я медленно моргнула, пытаясь оценить обстановку. Мы с незнакомкой были в помещении. Потолок надо мной был вроде бы каменный – точно не бетонная плита больничной палаты, а настоящий камень, серо-золотистый, покрытый резными узорами. В резьбе переплетались лозы, цветы, какие-то фрукты и птицы. Я бы даже решила, что потолок очень красивый, если бы он не был таким странным и непривычным.

Откуда-то сбоку на меня лился свет. Тусклый, желтоватый, едва заметно подрагивающий. Похоже, что свечи или керосиновая лампа.

Нет, это точно не больница.

Паника, мгновенная, обжигающая, словно кипяток, поднялась откуда-то из середины живота. Я дернулась и попыталась сесть, чтобы выяснить, наконец, что произошло и где я оказалась. Мир поплыл перед глазами, закручиваясь спиралью, от которой к горлу подкатила тошнота.

— Тише, тише, дитя мое, – женщина мягко, но крепко прижала меня к подушкам. – Вам нельзя сейчас вставать. Вы упали в обморок и неизвестно сколько пролежали без сознания. Лекарь сказал, это от волнения. Ничего, бывает. Многие невесты…

— Невесты? – мне все же удалось справиться с собственным голосом и, наверное, ничего удивительного, что после всего произошедшего он прозвучал хрипло и вообще показался мне чужим. – Какие еще невесты?

Женщина, склонившаяся надо мной, моргнула, и на ее широком, гладком лбу вновь появились хмурые складочки.

— Леди Тесса, – уже более холодным тоном произнесла она. – Вот только не надо говорить, что вы ударились головой и все забыли.

Ничего подобного я говорить и не собиралась.

Но меня явно принимали за кого-то другого, ведь никакая я не Тесса. По крайней мере, до того, как повстречаться с бампером внедорожника, я вполне себе отзывалась на имя Катя. Катя Ветрова.

— Что вы помните, леди? – щеки женщины покраснели, а взгляд стал еще более мрачным. – В любом случае, это не отменяет того факта, что вы все еще Божественная Невеста.

Какая невеста?

Звучало так, будто я попала в какую-то секту. Чего стоили только эти узоры на потолке, свечи и травы, запах которых еще ощущался на коже.

— Вы ошибаетесь, – твердо уверенная в своей правоте, сказала я. Если кто из нас и сошел с ума, то, скорее всего, это была моя собеседница. – У меня нет никакого жениха.

— Да? – тонкие брови изогнулись. – А это тогда что?

И, схватив меня за руку, женщина сунула мне под нос мои же пальцы, на одном из которых было тонкое колечко, очень похожее на золотое.

Паника вновь накрыла меня тошнотворной волной, потому что руки с изящными тонкими пальчиками были чужими. Где, черт возьми, мой свеженький маникюр, на котором я позавчера просидела целых два часа? Где шрам от старой травмы на среднем пальце? Где, в конце концов, мой собственный перстень, подаренный бабушкой на совершеннолетие? Меня что, еще и обокрали?

Но стоило лишь на миг прикрыть глаза и сделать глубокий вдох, чтобы осознать – просто это были не мои пальцы. Не мои руки. И, вероятно, не мое тело.

— Зеркало, – прохрипела я, сделав очередную попытку подняться, и на этот раз женщина не стала меня удерживать. – Принесите мне зеркало.

— Леди Тесса, вам нужно лечь.

— Зеркало! – твердо потребовала я.

Кто-то сунул мне в руке овальное зеркало в тяжелой серебристой оправе. Я заглянуло в него, и в ответ на меня уставилось совершенно чужое лицо. Молодое, даже юное, не больше восемнадцати лет, с огромными серо-зелеными глазами, прямым тонким носом и пухлыми, но очень бледными губами. Светлые волосы крупными локонами рассыпались по плечам, а ведь я всю жизнь была брюнеткой с темными, практически черными глазами.

Зеркало выскользнуло из моих ослабевших пальцев и едва не грохнулось на пол. Одна из женщин – только сейчас я заметила, что их поблизости было несколько – успела его подхватить.

— Это сон? – спросила я, посмотрев на обладательницу белого платка. – Мне снится кошмар? Я сейчас проснусь?

Иначе как еще объяснить то, что я из-под колес внедорожника угодила в обстановку средневековья и обрела новую внешность?

Под изумленными взглядами собравшихся я с чувством ущипнула себя за предплечье, так сильно, что на коже осталась белая отметина от моих пальцев. Боль была самая настоящая, и комната никуда не делась. Меня все так же окружали каменные стены, свечи в кованых подсвечниках и женщины в одинаковых серых платьях. За узким стрельчатым окном чернело ночное небо.

— Где я? – мой голос опустился до слабого шепота.

Женщины переглянулись.

— Дитя, вы в храме Богини-Матери, – медленно, словно разговаривая с ребенком, произнесла та, что постарше.

Храм. Богиня-Мать.

Я нахмурилась, силясь найти хоть какое-то объяснение. Может, Маринка решила меня разыграть? Нет, вряд ли, потому что столкновение с внедорожником было более, чем реальным. Подруга не смогла бы такое подстроить.

— Леди Тесса, вы ничего не помните? – нахмурилась одна из женщин, и они снова многозначительно переглянулись.

Я приложила пальцы к вискам, мучительно соображая.

Думай, Катя, думай. Как так вышло, что у меня чужая внешность? Может, я сошла с ума? Может, не стоило мне два года пахать без отпуска, как какой-то бессмертный пони?

Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох, потом выдох, потом снова вдох. Обычно это помогало мне успокоиться и взять себя в руки. Но не в этот раз. То, что со мной произошло – не сон. Я знала это с абсолютной уверенностью. По крайней мере, раньше мне никогда не снились такие сны – с запахами, текстурами, болезненными ощущениями. Все было реально: и каменная комната, и чужое тело, и женщины, что смотрели на меня с нарастающей тревогой.