С любовью, твоя злодейка (СИ) - Аэтри Виктория

– Ваша светлость, герцогиня, – с лёгким поклоном обратилась ко мне фрейлина. – Её величество императрица Агустьена соизволила пригласить вас присоединиться к дамам для партии в брейдж-ло. Игра вот-вот начнётся в Жемчужном салоне. Поспешите, пожалуйста… императрица не любит, когда кто-то опаздывает.

Я постаралась ничем не выдать своей растерянности, но… игра с императрицей? Такого развития событий в наших с Эдвардом планах предусмотрено не было. Быстро посмотрела на мужа, ища подсказки в его глазах. К счастью, мой герцог выглядел спокойным и безмятежным, и только это спасло меня от приступа неконтролируемой паники.

– Не переживай, милая, – быстро шепнул мне Эдвард, наклоняясь ближе, будто поправляя прядь моих волос. Коснувшись невесомым поцелуем моего виска, произнёс успокаивающе: – Императрица приглашает тебя присоединиться к модной сейчас при дворе забаве. Эту новомодную игру только недавно завезли из королевства Штайбург. Если коротко, то это настольная игра с фигурными фишками и картами, рассчитанная на чётное количество играющих, правила там очень простые. Обычно играют по две-три пары. Советую тебе честно признаться императрице, что с игрой пока не знакома, поэтому для начала хотела бы посмотреть, как принято играть. Не забудь восхититься изяществом игральных фигурок, и обязательно поинтересуйся о происхождении игры – наша императрица просто обожает рассказывать о всяких модных веяниях. В общем, пропустишь пару первых кругов и просто внимательно понаблюдай. Уверен, ты быстро поймёшь, что к чему, там ничего сложного.

Слова мужа немного успокоили, но не совсем. Я же лишний раз убедилась в существовании пропасти между мной и этим миром, где даже развлечения были частью придворных интриг. Ведь наверняка императрица пригласила меня не просто потому, что некому было составить ей компанию. Но спасибо Эдварду, он своевременно подсказал мне, как стоит вести себя с первой леди империи.

– Благодарю за приглашение. Конечно, с большим удовольствием присоединюсь, – с улыбкой ответила фрейлине, надеясь, что мой голос никак не выдал той бури, что бушевала сейчас в душе при мысли, что мы не можем покинуть бал немедленно и вынуждены ещё задержаться во дворце.

Эдвард отпустил мою руку, и его пальцы на прощанье скользнули по моим, передавая тёплую, ободряющую волну. «Всё будет хорошо», – словно говорило это мимолётное прикосновение. И мне очень хотелось верить, что так и будет.

А потом, улыбнувшись напоследок своему герцогу, последовала за фрейлиной и вскоре присоединилась к компании блистательных леди, разодетых в роскошные вечерние наряды и сверкающих дорогим блеском фамильных украшений.

Когда все приглашённые к игре дамы собрались, мы покинули главный зал. Шум бала постепенно стихал, сменяясь шелестом платьев и приглушённым смешком дам, которые, как и я, направлялись в Жемчужный салон. Мы шли по длинной галерее, стены которой были увешаны портретами суровых предков правящей династии.

Императоры прошлого, чьи грозные лики сохранились на парадных портретах, теперь, казалось, следили за каждым нашим шагом своими строгими взглядами. И от этих взглядов ещё больше хотелось вжать голову в плечи и постараться как можно быстрее миновать галерею, припорошенную сединой былых времён.

Но именно здесь, в этом переходе, меня настигло очередное воспоминание из прошлой жизни Флории. Картинка так неожиданно вспыхнула перед внутренним взором, что заставила нервно вздрогнуть и оглядеться по сторонам.

Не было никаких сомнений, что и эту галерею (откуда, уверена, не только мне хотелось выбраться поскорее), леди Шаввари посещала и не раз…

В памяти всплыло отчётливое видение-воспоминание как…

… крадучись, иду по этой же галерее, но не в пышном платье, а в скромном и не привлекающем внимание наряде дворцовой прислуги. На мне тёмный плащ, под капюшоном которого старательно прячу лицо. Чувствую своё учащённое сердцебиение, но не от предвкушения от встречи с тайным возлюбленным, нет…

Я спешу, опасаясь, чтобы никто не застал меня и не догадался, что в этом зале с предками правящего императора, я должна обменяться тайными посланиями кое с кем. И этот кое-кто – он вхож в близкий круг императора, и он, как и мои покровители из Золотых Лотосов, тоже мечтает свергнуть с трона императора Гилберта Второго.

Сердце всё сильнее колотится, а я тороплюсь сделать своё дело и побыстрее покинуть это мрачное место с его угнетающей атмосферой. Наконец подхожу к третьей колонне слева, той, что украшена красивой резьбой в виде виноградной лозы. Мои пальцы нащупывают в завитках рельефного узора почти невидимую впадину, нажимают… и часть каменной панели рядом с колонной бесшумно отъезжает в сторону, открывая узкую, тёмную щель. Нырнув рукой в тайник, нащупала свёрток, быстро забрала его и оставила взамен своё послание. Снова коснувшись пальцами узора на колонне, заставляю панель бесшумно вернуться на своё место.

Всё! Дело сделано. Убедившись, что в галерее по-прежнему безлюдно, быстро покинула это опасное место…

И теперь я замерла, буквально вжавшись в ту самую колонну и чувствуя, как холодный пот прошиб от внезапного осознания ещё одной не безопасной для меня тайны. Чужой тайны. И причастные к ней люди вряд ли будут рады такому свидетелю как я – ведь речь теперь шла о заговоре против Императора, а я по известным причинам теперь не состою в лагере противников Гилберта Второго. А это значит…

Я едва не задохнулась от догадки, вспыхнувшей в лихорадочно работающем разуме. И следом острой необходимостью пронзила уже вторая мысль: о новом воспоминании Флории, что так внезапно подбросила мне её капризная память, нужно немедленно рассказать Эдварду.

Пытаясь прийти в себя, ненадолго замерла у колонны. Почти не касаясь узора, с опаской провела пальцами по холодному каменному рельефу в виде виноградной лозы. К этому моменту мои спутницы, увлечённые болтовнёй, уже завернули за угол галереи, их голоса отдалялись всё дальше, постепенно превращаясь в приглушённый гул. Осознав, что отстала от приглашённых на игру придворных дам, я заставила себя оторваться от колонны и, подобрав подол длинного платья, кинулась догонять остальных.

Но не успела сделать и нескольких шагов…

Из глубокой ниши между двумя пилястрами, скрытой тенью от массивной статуи, вдруг метнулась тёмная фигура. Чья-то сильная рука, обтянутая кожей дорогой перчатки, безжалостно зажала мне рот, тут же заглушив мой крик о помощи, который так и не успел вырваться.

Одновременно, другой рукой нападающий обвил мою талию и дёрнул, поднимая над полом. Отчаянно дёргаясь и извиваясь в руках незнакомца, я пыталась ударить локтем, но была так крепко прижата к чужому телу, что не преуспела в своём высвобождении. В следующее мгновение меня с силой втянули назад, в чёрный провал ниши, в которой скрывалась узкая, неприметная дверь.

Дверь захлопнулась за моей спиной с тихим щелчком, в одно мгновение оглушая зловещей тишиной и отрезая от весёлого праздника и толпы веселящихся гостей. И от безопасности…

Я осталась в кромешной, давящей темноте, прижатая к чужому, незнакомому телу, и с бесцеремонной ладонью на моих губах. И с ощущением отчаянной безысходности, потому что в этот раз, похоже, спасения ждать было неоткуда. Ведь все вокруг, включая моего герцога, были уверены, что сейчас я в безопасности рядом с императрицей, и в окружении её фрейлин нахожусь в Жемчужном салоне за игровым столиком, где разыгрывалась партия в неведомое мне «брейдж-ло».

Глава 34. Опасное затишье

Эдвард…

С одной стороны, я был спокоен, зная, что Флория находится в полной безопасности под присмотром самой императрицы. Первая леди империи охранялась так, как никакая другая женщина. Уже одно то, что среди фрейлин императрицы присутствовало несколько высококвалифицированных боевых магов, тщательно замаскированных под хрупких компаньонок, говорило о высокой степени защищённости супруги Гилберта Второго и её окружения. Никто не осмелился бы поднять на неё руку в стенах её собственного дворца. В Жемчужном салоне моей Флории могли грозить разве что смертельная скука или проигрыш в этой легкомысленной игре-новинке.