Злодейка не хочет развода! (СИ) - Лебедева Ива

Граф Веймар довольно хмыкнул, пригубив бренди.

— На редкость изящная комбинация, Маркус. Признаю, твоя хватка меня восхищает. Значит, амулет Грейвиса все-таки будет нашим?

— Обязательно, — хищно сощурился Веррон. — Не думаю, что Юэль отдала секретарю все деньги. Дадим девчонке пару дней, чтобы она успела потратить свои «честно заработанные» и расслабиться. А когда Грейвис окончательно увязнет в проблемах с южной сетью благодаря этим самым чертежам, я ласково напомню нашей дорогой Юэль о существовании этой записи. Она сама принесет мне его личный амулет на блюдечке с золотой каемочкой, лишь бы не отправиться на эшафот.

Оба заговорщика дружно рассмеялись, невероятно гордые своей колоссальной победой над доверчивой дурочкой. Они звенели хрустальными бокалами, делили в уме еще не полученные миллионы от зарубежных покровителей и чувствовали себя истинными хозяевами положения.

Только не учли одну маленькую, но очень существенную деталь. В этот самый момент под плотной обложкой папки едва заметно пульсировал крошечный, размером с булавочную головку, синий огонек. Механический кристалл-мнемоник исправно фиксировал каждое слово, каждый циничный смешок и каждую шпионскую тайну заговорщиков.

Более того, через парные резонансные контуры этот магопоток в режиме реального времени транслировался прямо в рабочий кабинет ректора Главной королевской магической академии. Где Милад и Корвин, удобно устроившись в креслах, пили отличный кофе и с огромным, просто эстетическим удовольствием слушали этот потрясающий сеанс саморазоблачения.

— Ну надо же, — прошептал Милад, лениво крутя в пальцах перьевую ручку и глядя на Корвина, чьи плечи снова мелко тряслись от беззвучного смеха. — Какая восхитительная, многоуровневая жадность. Дорогой тесть взял у Маркуса шестьдесят тысяч, и я уверен, что этот ушлый проходимец тоже не остался внакладе, запросив гораздо более крупную сумму у заказчика. Моя Юэль на их фоне просто кристальной чистоты слезинка. Наивная девочка, всего пятьдесят тысяч, и те честно поделила. Корвин, запиши: при аресте Веррона изъять кристалл с его версией записи. Нам для суда пригодится и то и другое.

Юэль

Да-да, я прямо заранее представляю, какая рожа будет у Маркуса, когда он поймет, где я видела его шантаж. До чего ж противный тип! Что вообще в нем могла найти оригинальная Юэль? Не понимаю.

Он же насквозь фальшивый, а еще сладкий и зализанный, как просроченный леденец в мусорной урне. Не спорю, вроде как фигура ничего, плечи там, талия, бедра узкие, глаза большие. Но в целом-то, в целом тошнотик он и есть тошнотик! Фу!

У этой дуры прямо под боком в постели был такой шикарный мужик! Чем надо было смотреть, задницей? Чтобы между Миладом и Маркусом выбрать второго. Да я бы и задницей не задумываясь повернулась в правильную сторону!

Ладно, с этими уродами временно покончено, пора заняться более интересными делами. Например, забрать свекровь из клиники, она там так со вчерашнего дня и зависает. Чего это? Неужели всерьез какую-нибудь болячку нашли?

Так что я со спокойной совестью оставила мужа разбираться в шпионских делах и поехала в клинику Святого Луки. Выковыривать свекровь из лап-эскулап, так сказать. Нам еще благотворительный фонд организовывать, зачем время терять, тем более двадцать тысяч вот они, приятно позвякивают в кожаном банковском мешочке. Увесисто лежат в сейфе, аж посмотреть приятно. И еще приятнее будет тратить на хорошее дело!

М-да, когда я мчалась в клинику Святого Луки, я примерно представляла, как застану там свекровь. Всю из себя обследованную вдоль и поперек. Но не думала, что застану в ее шикарной отдельной палате доктора Блэквуда в позе на одном колене с губами, прижатыми к тыльной стороне руки Лилиан. Э… Упс как бы.

— Ой! Извините!

Нет, ну вот это темпы. Хотя… все прилично. Молодой доктор только кончики пальцев дамы осмелился лобызнуть, в современном мне мире свекровь с ним хоть взасос могла бы уже целоваться, никто не осудил бы. А тут они оба та-ак покраснели! Наивные, блин, и невинные голубки!

— Я ничего не видела! Можете продолжать, я подожду в коридоре!

— Юэль! Что ты такое говоришь!

— Леди Грейвис! Это не то, что вы подумали!

— Да ладно, я разрешаю. У моей свекрови и вторая рука красивая, доктор Блэквуд, можете проверить!

— ЮЭЛЬ!!!

Глава 34

— Молчу-молчу! — Я вскинула руки, с трудом сдерживая рвущийся наружу хохот, и попятилась к дверям. — Доктор Блэквуд, только не делайте такое лицо, будто вас поймали на краже королевских артефактов. Мама, я буду ждать на крыльце и дышать свежим воздухом, пока вы приводите в порядок… эм… медицинские показатели!

Я пулей выскочила в коридор и плотно прикрыла за собой дверь, за которой тут же раздалось возмущенное, но одновременно смущенное шипение Лилиан и сбивчивые оправдания Даниэля.

Опершись спиной о прохладную стену, я все-таки не выдержала и тихонько прыснула в кулак. Ну надо же! Наша «темная королева», гроза светских салонов и эталон ледяного аристократизма, покраснела как гимназистка из-за невинного поцелуя в пальчики! А молодой доктор-то каков? Судя по всему, мамочка Грейвис нашла себе не просто «компетентного лекаря», а самое настоящее лекарство от многолетнего одиночества. И плевать на разницу в возрасте. В конце концов, Лилиан выглядит так, что любая двадцатипятилетняя красотка обзавидуется. С ее новым дрыно-боевым характером они составят прекрасную пару.

Ровно через пять минут дверь палаты отворилась. Первым оттуда буквально вывалился Даниэль Блэквуд. Уши у парня пылали так, что на них можно было кипятить чайник.

— Леди Грейвис… Юэль… то есть герцогиня! — заикаясь, выдавил он, не зная, куда девать глаза. — Медицинский осмотр… кхм, завершен! Ваша свекровь абсолютно здорова. Процедуры… окончены. Я пойду, у меня там… ампутации. То есть плановые перевязки!

— Да-да, господин целитель, верю, — обрадовалась я. — Вы вполне способны перевязать всех ампутированных пациентов! Бегите, я вас не держу. Дайте только ваш домашний адрес — и можете быть свободны.

Малиновый целитель споткнулся на полушаге и вытаращился на меня большими голубыми глазами мужской модели с заглавной страницы какого-нибудь модельно-модного сайта:

— Мой адрес? Зачем?!

— А куда я буду, по-вашему, мою свекровь на свидания возить? — удивилась я.

— А… на… на сви…

— Так, погодите! — Я уперла руки в боки. — То есть вы тут мне честную маму целуете в пальцы, а от свиданий отказываетесь? Не ожидала, что вы такой ветреный, господин лекарь!

— Нет! Я не!.. Я… я только хотел сказать, что на первое свидание очаровательную даму следует приглашать в хорошую ресторацию, а не в берлогу холостяка. — Ишь ты, на удивление быстро оклемался. И прямо по делу ответил.

— Ах вот как. Ну, тут я не могу с вами не согласиться, господин Блэквуд. В таком случае запишите наш адрес, чтобы знать, куда следует отправить цветы и приглашение.

— Большое спасибо, леди Грейвис! — оживился лекарь, неизвестно откуда как по волшебству доставая блокнот и карандаш. — Внимательно слушаю вас!

Я с готовностью продиктовала адрес нашего особняка, наблюдая, с каким благоговением и скоростью Даниэль выводит буквы. Если бы он с таким же рвением заполнял медицинские карты, клиника Святого Луки давно бы стала передовым центром всего королевства.

— И помните, доктор, — я заговорщически понизила голос, придвинувшись к нему поближе, — Лилиан обожает белые лилии, но терпеть не может слишком приторные ароматы. И никаких полевых ромашек, мы же не в пасторальном романе. Только утонченная классика.

— Лилии… не приторные… записал, — пробормотал Блэквуд, прижимая блокнот к груди так, словно в нем была зашифрована формула вечной молодости. — Огромное вам спасибо, герцогиня. Я… я ваш должник.

— Сочтемся, господин целитель, — подмигнула я ему.

Даниэль кивнул, отвесил мне церемонный, но слегка дерганый поклон и быстрым шагом припустил по коридору, едва не запутавшись в полах собственного халата.