Феодал. Том 3 (СИ) - Рэд Илья

Достигнуто ½ предельного уровня развития. +½

Фух. Это что же получается? Я смогу своих людей ещё больше улучшать? Показатели Склодского и так не слабенькие, но теперь он может дополнить их какой-нибудь новой боевой профессией.

— Что ты сделал? — спросил он меня, сжимая и разжимая кулаки. — Странное ощущение, как будто вернулся в юные годы. Я даже думать стал быстрее — ты повысил мои умственные способности?

— Не совсем, — уклончиво ответил я, — У тебя были когда-нибудь мысли попробовать себя в чём-то другом? В смысле не в целительстве.

— Другой вид магии? — уточнил он.

— Ага, подумай на досуге и попробуй освоить что-то новое.

— Бесполезно, я уже давно топчусь на месте, — возразил Леонид. — Каждому отведён свой лимит. Кроме исцеления, я ничего не умею — сколько ни пробовал.

— Считай, что я этот лимит сломал.

— Ну раз настаиваешь…

Склодский подлечил меня, и я опять вернулся в алхимическую лабораторию, где Гио, затаив дыхание, чтобы не дышать на поверхность клинка, читал книжицу Аластора.

— Как успехи? — устало спросил я.

— Кхм, — оторвался старик и несколько раз ткнул пальцем в книгу. — Ты не должен никому про неë рассказывать, понял?

— До этого и без тебя догадался.

Гио прошёлся по лаборатории туда-сюда с заложенными за спину руками.

— Кто ещё знает, кроме меня?

— Про книгу? Пока только ты, я ещё никому…

— Да нет, — раздражённо отмахнулся он. — Я про наш разговор ранее.

— А, — протянул я и загнул пальцы на одной руке. — Нобуёси, Склодский и… И, возможно, ты.

— Чем этот лекаришка тебя взял?

— Бывший герцог, богатая семья и много связей. Хочет вернуть титул.

— Вот оно что, — потряс Гио головой, решение давалось ему сложно.

С одной стороны, столько интересного — мощные артефакты, новые открытия миров, возможность творить и участвовать в чём-то великом, а с другой — опасность забвения и отречения от империи. Цена высока.

— Решай сейчас или уходи, — ответил я, забирая меч и книгу, лицо Джанашия вытянулось, как у младенца, внезапно лишённого соски.

— Ты так ничего и не понял, дай сюда, — вырвал он у меня фолиант и указал на стол, — Ещё на час оставь. Завтра дел много, некогда будет. А теперь сделай одолжение, — красноречиво показал он взглядом на дверь.

Я поставил обратно клинок и ушёл. Рано или поздно народ поймёт, что я затеваю, но такие люди как Джанашия — это опора, столпы моей будущей империи. Важно заручиться их поддержкой сразу, чтобы не менять коней на переправе. Теперь у меня трое сообщников. С этой мыслью я и заснул, стоило голове коснуться подушки.

На следующее утро я вышел на осмотр владений и увидел выходящего из леса Лёлика. Он вместо лошади тащил за собой телегу, полную трупов. Вчерашние налётчики. Вытряхнув умерших, магзверь потопал обратно за новой порцией, а этими занимались Мефодий и Нобуёси. Всё более менее сносное снаряжение и трофеи откладывались в сторону, а сами тела обёртывались в белую ткань.

«Сегодня надо будет их сжечь».

Мы, кстати, обогатились табуном лошадей. Охотники пригнали в поселение сто с лишним особей вместе с сёдлами и прочей сбруей. Наскоро построили им загон, но места катастрофически не хватало, у нас же лес, а не степная местность. Потому я сразу приступил к вырубке.

Восемьдесят комплектов брони, клинковое оружие (мечи, сабли, кинжалы), древковое (копья и алебарды), стрелковое (метательные топоры, луки и хороший запас стрел). Всё это добро отправилось в недавно построенный склад.

Также с собой у врагов во вьюках был запас провизии на два дня — это мы отдали Лукичне. Всякий инструмент для ремонта сбруи и оружия, точильные камни и т.д. пошло в кузницу.

Денег гридни много не взяли, но пару тысяч рублей мы с них наскребли, плюс различные украшения с ценными камнями и золотом. У командира Смольницких обнаружилась весьма неплохая карта Ростовского графства с любопытными обозначениями.

— Это их заставы, — сразу же догадался Драйзер, едва бросив на неë взгляд.

Ко всему прочему к трофеям можно прибавить шесть перчаток-линз. Не слишком-то нас боялись, раз посылали так мало магов. Расслабились бароны и хорошенько так потеряли в живой силе.

«Вырастить» гридней непросто, а наёмники не всегда отличались дисциплиной. Нам как раз и «скормили» часть основных войск, сборную солянку: как молодых воинов, так и ветеранов.

К обеду патруль охотников передал, что в нашу сторону движется процессия из тележек, во главе которой была карета барона Кислица. Сопровождение по минимуму, а возница размахивал белым флагом. Я приказал пропустить.

— Наталья Антоновна? — удивился я, когда увидел сначала прелестную ножку, а потом и саму бойкую наследницу проштрафившегося барона.

Глава 12

Ответные меры

Одетая в чёрное траурное платье девушка бросила на меня странный взгляд со смесью просьбы, страха и вынужденной серьёзности. Прикрывавшая лицо тëмная вуаль с мушкой раздвинулась, и я воочию увидел это когда-то игривое прелестное лицо. Кислица-младшая приехала не флиртовать, у неё важное поручение от отца.

— Барон Черноярский, я здесь не для того, чтобы оспаривать итоги честного боя и не для того, чтобы искать виновных. Позвольте мне забрать тела воинов моего отца и предать их земле, как подобает христианским обычаям. Прошу вас об акте милосердия и взываю к вашему благородству.

Она отвесила лёгкий реверанс и застыла в ожидании, опустив глаза в землю. За последними событиями у меня вылетело из головы, что за телами могут приехать. Как хорошо, что мы вчера не сожгли их и отложили всё на сегодня.

— Конечно, господа Кислица, я прикажу своим людям помочь с погрузкой. Незачем вам за этим наблюдать, пройдёмте со мной.

Баронесса ухватилась за локоть и зашла со мной внутрь свободной обустроенной тёплой избы. Усадив её за стол, я велел подать нам горячий шоколад, который я припас как раз для таких визитов.

— Да уж, не при таких обстоятельствах я надеялась с вами увидеться, — горько сокрушалась Наталья, прикладываясь губами к тёплой кружке.

— С вашей стороны это похвальная смелость. Не беспокойтесь, здесь вас никто не тронет и проводят как положено под охраной. Я не позволю даме вашего положения испытывать неудобства.

Она легонько улыбнулась.

— Папенька так не думал, я еле его уговорила на эту поездку.

— Так это не он приказал? — удивился я, по-новому посмотрев на ветреную интриганку.

— Нет, конечно, — фыркнула дочь барона. — Он заверял, что вы воспользуетесь моментом и возьмёте меня в плен. Глупенький, — вздохнула она.

— Антон Павлович всего лишь переживает за своего ребёнка — это простительно, — ответил я ей.

— Вот, возьмите, — она передала мне конверт с гербовой восковой печатью. — Послание от него.

Я сломал сургуч и пробежался глазами по строчкам.

— Господа бароны согласны предоставить вам перемирие в десять дней с условием, что захваченные ими земли перейдут во владение «де-юре». В это время они обязуются не нападать на ваше… — она обвела взглядом простенькую избу, — на ваш феод.

— Таленбург, — поправил я её. — Это поселение теперь имеет название.

— Как необычно, — она поставила наполовину отпитую кружку на стол, сохраняя на лице неловкость и сомнение.

Я встал и кинул конверт на растопку в печь.

— Передайте баронам, я согласен — это мой официальный ответ.

— Но вы же потеряете всё наследство! — нахмурила красивое личико Наталья.

— Мне казалось, вы приехали уговаривать меня сделать это, — усмехнулся я её реакции. — Считайте, у вас всё получилось.

— Владимир, я… — она сделала паузу, отведя глаза в сторону. — Я не приветствую то, что творится между вами и моим отцом. Этот конфликт… — она тщательно подбирала слова, наблюдая, как я сажусь рядом с ней. — Он не должен был произойти. Я всей душой против него. Папенька — ведомый. Вы поймите — он ни в чём не виноват. Иван Алексеевич его заставил пойти на это.