Неуловимая невеста лорда и канцлера (СИ) - Тонева Таша

В этот момент матрас с другой стороны от меня мягко, но ощутимо прогнулся под новым весом. От прикосновения чужого, но уже знакомого тела за спиной я вздрогнула, оторвавшись от поцелуя.

Нетерпеливые мужские ладони бесцеремонно нырнули под край одеяла и легли на мою талию, на бедро. А потом к самому уху прильнули горячие губы.

— Оказывается, я тут много чего пропустил… — его пальцы сжали мои бедра чуть сильнее, заявляя права. — Но, кажется, еще не все потеряно. Метка проснулась окончательно. Я чувствую ее… и она очень, очень голодная.

Аврон нахмурил брови, и его рука легла поверх руки Руго.

— Руго, ей нужен отдых, — твердо сказал он. — Посмотри на нее. Она еле глаза открывает.

Руго лишь фыркнул, и его губы скользнули по моей шее к самому чувствительному месту у основания.

— А сам? — проворчал он с язвительной насмешкой. — Видимо, обстоятельства были более чем убедительными.

Аврон не стал отрицать.

— Да. Это было… оправдано обстоятельствами. Метка требовала подтверждения после долгого подавления.

— У меня тоже обстоятельства. И тоже метка… — парировал Руго, и его руки сомкнулись на моей талии еще теснее, властно прижимая к его твердому, возбужденному телу. — Целый день возился с той тварью, выбивал из него правду. Мне положена награда. А еще я принес интересные новости. Ручаюсь, ты не догадаешься, о чем речь.

Аврон, кажется, уже смирился с неизбежным и лишь тяжело вздохнул.

— Даже пытаться не буду. Говори уж.

Я, между двумя источниками жара и напряжения, не выдержала и прошептала:

— Что там?

Но Руго ответил не сразу. Сначала он зарылся лицом мне в плечо, оставляя на коже пылающий след поцелуя, а потом начал медленно, почти лениво целовать и покусывать кожу на спине, пока его хриплый голос вибрировал у меня за ухом.

— Оказывается Храминг вовсе не за даром охотился. Для него он был просто приятным бонусом. А охотился он за наследством покойного герцога Ройнеци. Ты у нас богатая наследница, Эльга, — ошарашил он меня.

— Но… как такое может? — вырвалось у меня.

— Все просто, — продолжая целовать, ответил Руго. — Ты внебрачная дочь герцога. Он умер полгода назад от какой-то внезапной хвори. Храминг был его душеприказчиком и юристом. Герцог прямых наследников не оставил… официально. Но у него была дочь. От одной короткой интрижки с твоей матерью. Герцог знал о тебе, но тогда не признал. А Храминг вычислил это случайно, роясь в его старых бумагах. И решил действовать. Он планировал жениться на тебе, объявить тебя законной наследницей, а потом… оформить как недееспособную и слабоумную. Для этого он и давил, пугал и насылал кошмары. Хотел свести с ума по-настоящему. Такие планы… р-р-р…

Рука Руго скользнула между моих бедер. Как в таких условиях можно хоть что-то понять?

— А еще… он взял твою кровь, когда был у вас в гостях. И кровь сработала. Родовая магия герцогского дома признала тебя. Тогда он и начал действовать, надел тот браслет, чтобы ты не сбежала, пока он все оформляет.

Я испуганно вздрогнула. Вспомнила слабый укол, когда мы были с Храмингом в библиотеке одни. Так вот, что ему было от меня нужно. Не только дар.

Взглянула на Аврона. Тот опасно прищурил глаза, впитывая каждое слово, сказанное Руго таким беззаботным тоном.

— Про наши метки, — усмехнулся тот за моей спиной — он не знал. Просто так совпало. Но теперь его ждет не каторга, а полная конфискация имущества в пользу законной наследницы и… особое внимание Тайной службы за попытку сокрытия наследника и намерение причинить вред драконьей паре. Я уже отправил доклад королю.

Ох…

Шокирующие новости обрушилась на меня тяжелым, неподъемным грузом. Дочь герцога? Наследница? Весь этот кошмар только из-за денег и титула?

Голова закружилась, но странным образом шок не погасил то, что разгоралось внутри под мужскими ладонями.

Наоборот. От его слов, от его голоса, от его прикосновений новый, еще более острый голод проснулся где-то в самой глубине. Он пульсировал в такт сияющей метке, отзывался жаром в низу живота, заставлял кожу под нетерпеливыми жадными губами гореть. Я растерянно выдохнула, пытаясь понять этот противоречивый хаос чувств:

— Почему… почему так? Я… должна быть в шоке, а мне…

Аврон, все еще лежавший передо мной, мягко положил ладонь на мою щеку.

— Тебе не нужно этого бояться, Эльга. Это естественно. Твоя сущность, твоя магия… они тянутся к нам. К тем, кто тебя отметил. А у тебя нас двое. Эту связь ослабили насильно браслетом, и теперь она голодна после долгого подавления. И она знает, кто может ее насытить и укрепить.

Его слова звучали как разумное объяснение, но они лишь подлили масла в огонь.

Руго, почувствовав мою возбужденную дрожь и издал низкое, одобрительное урчание прямо мне в ухо.

— Видишь? Она уже понимает. Понимает, где ее место. С кем она должна быть…

Шок от услышанного ещё витал где-то на периферии сознания, но его вытеснило нечто более мощное, древнее и неумолимое.

Голод. Жгучий чувственный голод, исходивший из самой глубины, из того места, где теперь навсегда проросла их метка.

Аврон, видя мою растерянность, смешанную с пробудившейся жаждой, не стал мешать неизбежному. Вместо этого он властно развернул меня к Руго.

Одеяло было сброшено на пол, открывая мое обнаженное тело для прохладного воздуха спальни и для их горящих взглядов. Но стыда давно не было. Он растворился в жадном предвкушении.

Это была странная, головокружительная симфония ощущений. Два источника жара, две пары рук, два рта, преследующие одну цель — растопить последние льдинки страха и насытить тот самый, разбуженный ими же голод. И мое тело отзывчиво трепетало между ними, отвечая на поцелуи Аврона и выгибаясь навстречу ласкам Руго.

— Вот так… Медленно, — прошептал Аврон, отрываясь от моих губ, его бирюзовые глаза были тёмными. — Теперь мы никуда не торопимся. Сегодня всё для тебя.

— Да, сегодня мы не будем спешить, — подтвердил Руго.

Его губы и язык сменили курс, оставляя влажные, горячие следы по моей груди, животу. Властные руки плавно раздвинули мои бёдра.

Дракон вошёл в меня медленно давая каждой клетке тела прочувствовать этот момент соединения. Ощущение заполненности, правильности, на этот раз было лишено тени боли или неловкости. Только глубокая, всепоглощающая гармония.

Только жаркое, невероятное удовольствие, что уже гуляло по венам.

Я застонала, и этот стон был подхвачен губами Руго и его мощными бедрами, которые начали свое неумолимое движение.

Пока он задавал медленный, глубокий ритм, Аврон не оставался в стороне. Его руки продолжали ласкать мою грудь, живот, он целовал и покусывал шею, шепча на ухо откровенные, и местами неприличные слова, от которых кровь снова приливала к лицу, но это лишь сильнее разжигало огонь внутри.

Мои драконы окружали меня, заполняли, не оставляя места для страха, для прошлого, для мыслей вообще. Было только это: плавное движение, нарастающее удовольствие, жар меток на коже, сливающийся в одно золотистое сияние, и чувство абсолютной, безоговорочной принадлежности.

Второй оргазм пришёл плавной нарастающей волной. Он подкрадывался медленно, с каждой сдвоенной лаской, с каждым глубоким проникновением, с каждым нежным поцелуем. И когда он накрыл меня, это было похоже на долгое, протяжное, бесконечно сладкое парение, в котором растворялись границы моего тела.

А оставалось одно бесконечное наслаждение и единство.

И впервые за всю жизнь я чувствовала, что нахожусь именно там, где должна быть.

32. Свадьба

В салоне, в который мы вошли, было намного уютнее и и все дышало домашним теплом. Мадам Флора, владелица, была немолодой женщиной с умными глазами и спокойными манерами. Здесь не было показной роскоши, но каждая ткань, каждый эскиз дышали подлинным мастерством.

Я намеренно выбрала другое место, подальше от того, куда водил меня Храминг.