Путь Строителя. Книга 3-8 (СИ) - Ковтунов Алексей

Нет, так делать не будем. Пусть Сурик сидит дома и обжигает черепицу, от него там больше пользы, а я как-нибудь справлюсь своими силами.

Вариантов, если подумать, не так уж много. Почва мягкая и ненадёжная, наступать на неё нельзя, а значит нужно просто установить мостки и желательно на безопасной высоте. Вбить сваи, на них закрепить половинки брёвен, по ним продвинуться вперёд и повторить процедуру, пока не доберусь до стволов. А уже на мостках соорудить крышу, чтобы листва не посекла, и спокойно рубить. Открыть, так сказать, шахту по добыче особой древесины. Ну, звучит даже почти легко, разве что гвозди бы не помешали, чтобы как-то ускорить работу.

Первым делом занялся сбором материала, все-таки времени до вечера не так много и рассчитывать на окончание работы сегодня не приходится. Но начать-то с чего-то все равно стоит. Стволы сосен, которыми мы когда-то завалили лиственницу, до сих пор лежат на поляне, где торчит знакомый пень.

Сосенки подсохли снаружи, хотя внутри наверняка ещё сырые, но для свай и мостков это роли не играет, прочности хватит с запасом. Нарубил подходящих по толщине, подготовил метровые колья и заточил каждый с одного конца, а другой подрубил в форме чаши, чтобы уложить туда поперечину. Чаши, конечно, разобьются, пока буду вколачивать колья в грунт, но какое-то подобие углубления всё равно останется.

После кольев занялся настилом. Остановился на полутораметровой длине прогона, и каждый будет лежать на трёх сваях, для устойчивости. В ширину настил получится сантиметров сорок, может чуть больше, но так, чтобы не пришлось балансировать и постоянно рисковать свалиться на корневые иглы. Узко, конечно, но для одного человека с топором достаточно, а шире делать означает вдвое больше материала и вдвое больше времени.

Пока нарубил достаточно толстых брёвен, пока перетаскал их к рощице, пока наковырял корней лиственницы, чтобы сплести крышу и не возиться с тяжёлыми половинками, солнце уже потянулось к горизонту. Ну и ладно, сегодня не успею в любом случае, но завтра обязательно к этому вернусь. Ушёл со спокойной душой, потому что материал заготовлен, план ясен, а торопиться некуда, железные деревья никуда не денутся и ждать меня будут ровно столько, сколько понадобится.

Собрал инструмент, аккуратно сложил заготовки для мостков у границы рощи и покатил обратно в деревню. По пути только и думал, какая невероятно огромная область применения может быть у такого материала. Дерево, которое принимает форму и держит её даже без термической обработки, пластичное и при этом твёрдое, а еще, так как это все-таки дерево, не подвержено ржавчине! Или всё-таки подвержено?

Память Рея на этот счёт молчит, старик подробностей не выдал, а лезть с расспросами к нему сейчас означает получить порцию навоза и ноль полезной информации. Но так или иначе, применение материалу найдётся, в этом сомнений нет. Как минимум один беспроигрышный вариант точно есть, и почти уверен, что он выгорит.

Вернулся, поставил тачку у дома, а там Сурик сидит, подкидывает дрова в горн. Хороший мальчишка, исполнительный, с ним хоть какая-то уверенность, что огонь не потухнет и не устроит пожар, пока меня нет. Он настолько увлечен процессом, что даже не обратил никакого внимания на мое появление. Только смотрел на огонь, затем переводил взгляд на дым и так по кругу, полностью сосредоточившись на процессе.

Так что не стал его пока отвлекать и первым делом поднес ладонь к пышущей жаром стенке горна, параллельно вызывая анализ.

[Анализ процесса… ]

[Анализ завершён]

[Объект: Печь для обжига (вертикальный горн, глинобитный)]

[Состояние: активный обжиг, фаза максимального нагрева]

[Температура в камере: высокая (оценка: 520–580°)]

[Содержимое: 22 заготовки (черепица с Основой)]

[Повреждения: не обнаружены]

[Рекомендация: вложение Основы целесообразно. Материал на пике восприимчивости, стабилизация снизит вероятность термического боя.]

Ну, процесс уже отточен и всё идёт как надо. Температура на пике, заготовки целы, ни одна не лопнула, и система прямым текстом рекомендует вливать Основу. В прошлые разы вливание именно на этой фазе давало лучший результат, потому не вижу смысла сейчас что-то менять, не время для экспериментов.

Дал пару медяков Сурику и отправил его за едой, а сам уселся у горна и принялся за дело. Положил обе ладони на землю рядом с основанием, сосредоточился и пустил Основу знакомым маршрутом, через грунт, в поддувало, вверх сквозь раскалённые угли к черепице. Поток пошёл тонкий, ровный, и заготовки внутри камеры отозвались мягким внутренним теплом, уже знакомым по прошлым обжигам. Глина на пике нагрева впитывает Основу как губка, и с каждой единицей вложенной энергии вероятность трещин падает, а прочность готового изделия растёт.

Влил столько, сколько посчитал достаточным, и поднялся, разминая затёкшие колени. Ночь впереди, огонь ещё нужно поддерживать до фазы остывания, но с этим справлюсь по привычке, а завтра утром достану готовую партию. Но это после ярмарки, потому что ярмарку пропускать нельзя, там и торговцы городские, и покупатели, и вообще единственный день, когда деревня оживает по-настоящему.

Кстати, о ярмарке. Надо бы проверить корзины перед продажей. Две обычных, сплетённых из веток и корней лиственницы, и одна дамская сумочка, та, что получилась случайно из тонких и гибких обрезков. Обычные, скорее всего, покажут то же «малое сохранение», что и первая корзина, которую продал Гвигру, свойство полезное, но для ярмарочного покупателя незаметное без длительной проверки. А вот сумочка… форма у неё другая, материал подобран иначе, и кто знает, вдруг система выдаст что-нибудь неожиданное? Не помешает проанализировать все три и уже потом думать над ценой.

Ну и, конечно же, не стоит забывать про гвозди. Городские так и не притронулись к своим кучам строительного мусора, которые остались после сноса старых вышек. Трухлявые брёвна, обломки жердей, щепа, и всё это валяется без дела, потому что по контракту сортировать и вывозить ничего не надо. А в этих обломках наверняка сидят гвозди, ржавые, кривые, но вполне пригодные для работы, если выпрямить и подточить. Я не гордый, могу и покопаться в чужом мусоре, тем более что мусор этот никому не нужен, а мне пригодится.

Глава 8

Сурик вернулся минут через двадцать, запыхавшийся и довольный собой. В одной руке лепёшка, горячая, с подрумяненной корочкой, а в другой луковица размером с кулак, причём явно не самая свежая, но и не из тех, что стыдно положить на стол.

— Вот, — протянул он добычу и тут же полез в карман. — И ещё медяк остался. Я подумал, может, лучше вернуть?

Оторвал от лепёшки кусок, сунул в рот и прожевал, прежде чем ответить. Хлеб оказался неплохим, с лёгким привкусом золы, что для местной пекарни скорее комплимент, чем жалоба.

— Оставь себе. Завтра на него купишь что-нибудь пожевать и притащишь сюда, будешь обедать на месте.

— А можно так? — Сурик уставился на медяк в ладони как на что-то по-настоящему ценное.

— Нужно. — похлопал его по плечу, — Мне завтра некогда будет бегать за едой, и тебе тоже, дел навалом. Так что приходи сытым, понял?

Мальчишка кивнул и спрятал монетку так быстро и глубоко, будто боялся, что передумаю. Ну вот и славно, один вопрос решён, помощник обеспечен завтраком за свой собственный бюджет, а у меня на одну заботу меньше.

Доел свою долю лепёшки, подхватил топор и зашагал через деревню. Луковицу сунул за пазуху, пригодится позже, а пока руки заняты более насущными делами. Вечер уже опустился на крыши, но темнота ещё не загустела окончательно, и в этих сумерках деревня жила непривычно бодрой жизнью. У трактира толпился народ, чей-то смех доносился из-за забора, мимо протрусил мужик с двумя корзинами яиц, придерживая их локтями так бережно, словно нёс не яйца, а хрустальные кубки. Завтра ярмарка, и все об этом помнят, от бабок, которые перетирали последние сплетни на лавках, до собак, которые бегали с удвоенной энергией, будто тоже собирались торговать.