Рыжая Акула для черного ворона (СИ) - Леденцовская Анна

Конечно, как и везде, не обошлось без парочки скандалистов, желавших пробраться поближе к заветной цели, но их возмущение и крики сыграли с ними злую шутку. Щелчок — и вот недовольные уже в самом хвосте озираются по сторонам.

К тому же местная ведьма в облике мантикоры еще и рявкнула, предупреждая особо ретивых, что новые склоки и продолжившееся возмущение лишит их права на участие в этом заманчивом мероприятии. Возразить грозной дочери графа дураков не нашлось, тем более ее присутствие окончательно убедило местных жителей, что все будет справедливо.

По наблюдениям Акуличевой, покупателями были в основном двуликие среднего класса, хотя и скромно одетые фигуры в надежде, что удача им улыбнется, тоже мелькали то тут, то там в сформированной чарами цепочке.

Больше всего Алину умилил голоногий карапуз в штанах с лямками, зажавший в кулачке мелкие монетки и объяснявший кому-то, что у сестренки скоро именины, а мамка давала денег на леденцы, и он копил. Двуликая мелкота сияла надеждой на чудо, и Акула изо всех сил пожелала, чтобы мальчишке повезло получить подходящий подарок.

Благодаря Кейтсе народ быстренько без скандалов обилетился, по одному в руки, как и хотело большинство. Оставшиеся немногочисленные бумажки, которые были заготовлены ровно по количеству предметов торга, Алина, вспомнив реалии своего мира, предложила разыграть на аукционе, партиями по три штуки.

— Это, возможно, повышает шанс, но несколько вещей не означает, что все ценные. Иногда достаточно одного билета, удача — дама капризная. — Акуличева проказливо улыбнулась выпятившему объемное пузо бородатому коротышке, пробившемуся в первые ряды и готовому делать ставки.

Гном — а это, скорее всего, был именно он — почесал крупный, похожий на картофелину нос, что-то посчитал про себя, загибая пальцы, и в итоге купил лишь один лот из трех билетов, мудро решив не искушать судьбу.

— А теперь, — ликующий голос Бритты разнесся над головами окружающих, как пронзительный гудок маленького паровозика, — феи закрутят вихрь. Подошел, схватить — и вау! Вещь чуять и лететь. Все видеть, как вам повезти, и хлопать. Феи делать, чтоб все-все увидеть мелкий-мелкий деталь. Шоу! Да!

Девушка сияла начищенным медным тазиком, из светлых кос выбились пряди, руки махали, как у дирижера, и казалось, что сама Бритта, крошечная на фоне огромных ворот поместья, была сейчас лучшей иллюстрацией, изображающей возможность счастливого выигрыша.

— Ах... — По толпе собравшихся пошла волна шепотков, когда дородная высокая мейсса с кустистыми бровями и взбитой из кудрявых прядей прической первой опасливо сунула руку в большущий вращающийся шар радужной пыли, ловя светящийся огонек. Купленный билет она перед этим отдала феечке, зависшей рядом с магическим лототроном.

Ловко ухваченный комочек света, вытащенный ей, оказался моментально развернувшимся в узкую бумажную ленточку рулончиком.

— Э-э-э... — Мейсса озадаченно читала написанное. — «Облачение номер девять»? Что это?

Пока Бритта не запутала бедную женщину окончательно, Алина первой поспешила дать пояснения:

— Просто некоторые комплекты одежды были так красиво и гармонично составлены, что нам жалко было разбирать их на отдельные вещи. Вам очень повезло!

— Да? — Мейсса все еще с сомнением повертела в руках лотерейный билет, но тут ее взгляд остановился на развернувшемся перед воротами магическом зрелище.

Растянувшаяся в воздухе пленка не перекрыла обзор на ворота, за которыми несколько попаданок суетились, упаковывая выигрыш. На этом своеобразном экране было прекрасно видно каждую вещь, все шовчики и детальки. Потрясающей красоты тяжелая шелковая юбка в пол, сливового цвета, бледно-лиловая блузка в тон с широким воротником из воздушного кружева и к ним крошечная вышитая сумочка тех же оттенков.

— О-о-о... — томно простонала дама, не сводя взгляда с доставшегося великолепия. — Я как раз недавно купила подходящие туфли.

По замершей толпе прокатился дружный завистливый вздох ожидавших своей очереди двуликих барышень всех возрастов. Женщины в любом мире прекрасно понимают, как непросто подобрать подходящую обувь к наряду или наоборот, а тут кому-то так повезло.

Накал страстей и азарт нарастали. Зато все теперь пошло куда быстрее. Никто больше не боялся просовывать руку в фейскую сферу и ловить светлячка. Причем получившие свой выигрыш не расходились. Всем было безумно любопытно, что же вытянут остальные.

К огромному ужасу Акуличевой, шелковые, с кружевными оборками панталоны нежнейшей расцветки сливочного масла достались крупному седовласому мужчине брутальной наружности, у которого за пояс был заткнут поблескивающий вороненым лезвием небольшой топорик.

Алина лихорадочно думала, как исправить ситуацию, но двуликий вдруг просиял клыками, как будто ему достался графский замок вместе с титулом.

— Ну теперь-то она за меня замуж выйдет, не отвертится, — прижимая к груди аккуратный бумажный сверток, перевязанный ленточкой, ликующе рыкнул он.

Толпа захохотала, кто-то засвистел подбадривающе. А дядька, наткнувшись взглядом на ошарашенное лицо Акулы, счел своим долгом пояснить:

— Сказала, что выйдет, если подарок ей принесу, какого только графиня достойна. А тут вот же ж. И размер-то аккурат ее. Шелк эльфийский, и куплено было для графини.

Бельишко, которое было продемонстрировано фейками всему честному собранию, было и правду роскошным и новеньким, а еще впечатляющего размера. Как сказала Гарти, откладывая его для лотереи:

— Вполне можно нарядное платьице малышке какой сшить или еще чего. Материал-то по пять золотых, наверное, да еще кружева...

Довольный оборотень удрал с выигрышем под летевшие от приятелей в спину ободряющие возгласы:

— Давай, Морти! Мы свидетели! Зови на свадьбу! Вот Паулье повезло...

Розыгрыш шел бойко. Оборотни радовались, как дети, получившие подарки к празднику, и никто не был разочарован доставшейся на его долю вещью.

Ни хрупкая, как былинка, белокожая мисель, оказавшаяся обладательницей массивных напольных часов почти с нее ростом, ни сморщенный старичок, которому досталась затейливая дамская шляпка в комплекте с сумочкой и перчатками. Дедуля оказался местным антикваром, а перчаточки — старинным, давно вышедшим из употребления артефактом, позволявшим мейссам тех времен выпускать когти, не оголяя руки. Так сказать, в рамках принятых тогда правил хорошего тона.

Мальчугану, жаждущему получить за скопленные деньги подарок сестре, досталась небольшая ажурная шкатулка с вензелями-монограммой на крышке. Этот затейливый узор украшали несколько поблескивающих голубеньких кристалликов и скромненькая окантовочка из мелких жемчужин. Ребенок был счастлив и, демонстрируя выигрыш приятелям, заверял, что лучшего для именинницы и желать нельзя, потому как она сама недавно у отца такую просила.

Когда очередь дошла до подозрительного гнома, обладателя аж четырех лотерейных билетов — одного как у всех и трех, купленных на аукционе, — Алина невольно напряглась. Серебряное блюдо и супница с гербом уже нашли своих счастливых обладателей, и бородатый коротышка был довольно мрачен, но возмущаться пока не рисковал.

Первый выигрыш заставил мужчину досадливо крякнуть. Дамский веер, конечно, был красивой вещицей, и многие присутствующие здесь девицы были бы счастливы его заполучить, но ценным он едва ли являлся. Легкие деревянные, украшенные резьбой пластинки и расписной шелк ткани, разве что кристалл, вделанный в рукоять, мог что-то стоить, да и то вряд ли.

За веером последовали дамские туфельки с бантами, новенькие и изящные. За спиной гнома кто-то хихикнул. Насупившись, коротышка сунул руку в магическую сферу еще раз и, прочитав на бумаге описание, озадаченно почесал нос.

— «Ящик, закрытый. Тяжелый. Из хознерии, с инкрустацией. Ключа нет. Не пахнет», — прочел он и уставился на магический экран, демонстрирующий вышеупомянутый ящик.

Выглядело изделие из неизвестной Акуличевой хознерии как маленький сундучок или очень большая шкатулка. Кейтса заверила, что никаких драгоценностей или артефактов там нет, и предложила вскрыть ящик магией, однако предупредив, что потом закрыть его уже не получится.