Рыжая Акула для черного ворона (СИ) - Леденцовская Анна

Только судьба, как всегда, внесла во все их планы свои коррективы.

Уже после обеда на подъездной аллее раздался стук колес, и к дому подкатили три экипажа. Не успели приехавшие высадиться, как двор накрыли крылатые тени снижающихся драконов.

Алина во все глаза рассматривала странного хромающего старика, который отдавал распоряжения блондинистому красавчику в мундире. Шустрый дедок углядел любопытного Лемушкинсона и, цапнув паренька за рукав здоровой рукой, велел показать ему «вон тот сарай и остальное».

Акула на миг отвлеклась, радостно обнимаясь с Иитеа, по подруге она, как оказалось, очень соскучилась, а потом мимо в слезах прошмыгнула Кася, за которой поначалу кинулся высокий мужчина с армейской выправкой и тонкой ниткой шрама на щеке, но вопли «Еще летит!» его задержали.

На двор грузно приземлялся еще один, четвертый дракон. С него ловко спрыгнул седой мужчина в очках и, бережно подхватив смутившуюся, слегка испуганную даму, помог ей спуститься. Последним с мощной крылатой туши слез крупный бледный молодой мужчина, который растерянно озирался по сторонам и беспрестанно похлопывал гигантскую рептилию по чешуе.

Иитеа негромко рассказывала Алине о каждом из появившихся, включая драконов. Реплики леми-эр отличались емкостью, краткостью и весьма четко характеризовали новых посетителей приюта попаданок. За выслушиванием этой важной информации Акуличева даже умудрилась пропустить, в какой момент рядом появилась Кейтса.

Двуликая ведьма была сильно измотана и крепко прижимала к себе неряшливо сплетенную корзину, накрытую куском грубой рогожки. От ее ноши неприятно пахло чем-то напоминающим давно не стиранные носки, а еще руки мантикоры, как и бока плетенки, были все в засохших бурых пятнах.

— Где ваши феи? — Голос Кейтсы был хриплый, а глаза мутные. — Мне уже сложно их держать. Надо срочно разместить где-то. Шустрик говорил, что они знают...

Иитеа, достав с пояса фляжку, стала бережно поить измотанную ведьмочку, а Алина не придумала ничего лучше, чем крикнуть Бритту. У светлокосой коротышки была какая-то поразительная связь с мелкими крылатыми существами. Ее не обижали их порой язвительные комментарии, и она всегда находила с ними общий язык.

— Феи? А тут... О-о-о! Я есть мигом! — Выпученные глаза мисель Межизульяни, после того как она, отогнув рогожку, узрела содержимое корзинки, заставили и Акулу полюбопытствовать, что же там такое.

Лучше бы она этого не делала.

Крупные, слабо мерцающие, похожие на шишки чешуйчатые яйца выглядели, с точки зрения Алины, совсем не тем подарочком, с которым на порог вашего дома следует приходить гостям.

— Драконьи?

Вопрос рыжеволосой директрисы был скорее риторическим, ответ и так был ясен.

Кейтса кивнула.

Появившиеся рядом фейки всем семейством уцепились за корзинку, освободив дочь графа от ноши.

— На, поешь, ведьма! Сильная, но глупая, — пропищал кто-то из крылатой компании, почти силком запихав в рот мантикоре что-то липкое и сочащееся сладко пахнущим соком.

Семейство феек, вспыхнув искрами, исчезло вместе с корзинкой, а устало осевшую на траву Кейтсу заботливо подхватили огромные мохнатые лапы запыхавшегося, еще не до конца обернувшегося в человеческий облик мужа.

— Алина! Али-ина! — внезапно рыкнуло над ухом у Акуличевой голосом мейссы Сейфилы. — Зову, зову! Надо срочно расселить хотя бы дамочек, пока мужчины занимаются драконами. Мейссе Суслозимник я велела накрыть в столовой, а еще стоит как-то подготовиться к знакомству и разговору.

Незаметно скривившись, лиса покосилась в сторону, где, громко и визгливо причитая на скамеечке в тени пышного цветущего куста, полулежала мадам Хордингтон, опираясь на испуганных дочерей.

Понять, что это именно она, было совсем несложно. Дамочка громогласно вопила про свою вдовью долю, родословную, неблагодарного сына, завезшего ее непонятно в какую богадельню и бросившего бедную мать не иначе как на растерзание всем местным оборотням. Впрочем, Иитеа уже успела просветить Алину по поводу всех прибывших.

— Да к ней ни один двуликий близко не подойдет. Даже бабка из Гнилогадовых-Змеекамников с наговых болот лучше этой тетки во сто крат! Хотя бы потому, что оттуда не вылазит, — пробурчал, не выдержав, Берт, баюкая уснувшую Кейтсу и обеспокоенно глядя жене в лицо.

А мадамка заливалась соловьем, пока другая женщина, прилетевшая на драконе, вместе со своими попутчиками помогала заносить вещи из экипажей и знакомилась с девушками.

Мадам Сайледина, мать того крупного парня с бледным лицом, согласно характеристике леми-эр была уравновешенной здравомыслящей женщиной, единственным слабым местом которой был ее сын. А сам парень, Осеррий, прпежде находился под влиянием каких-то гадостей, и каков он настоящий — Иитеа сказать затруднялась.

Мамаша Хордингтон в дом без сыночка идти отказывалась, а ее дочери, которым она вцепилась в руки, были вынуждены сидеть рядом с ней.

— Вот ведь зараза. — Алина наблюдала за престарелой скандалисткой. — Целый хоровод из мужиков вокруг себя собрала! И где этого полковника носит?

— К столу сейчас позовут. Мьест Мохнатый, вы бы жену у меня в спальне устроили. Поесть я вам туда сама принесу. — Сейфила повела носом, проводив взглядом темную точку, взлетевшую над парком. — А этой мейссе сейчас не поздоровится. Думается мне, что мьест Хежичак в выражениях стесняться не будет, да и нам, мисель Акуличева, надо прекратить уже это безобразие. Пойдемте...

Не особо рвущаяся разбираться со скандальной теткой Алина, впрочем, тоже считала, что что-то предпринять стоит, и желательно показать дамочке ее место.

Уже подходя к лавочке, они услышали хриплое и насмешливое:

— Никогда не думал, что мадам Хордингтон так равнодушна к удобствам. Предпочесть скамейку, чтобы не стеснять бедных обитательниц приюта, — это похвально. Там вот дальше по дорожке на кустике я видел несколько ягод. Думаю, объедать бедняжек вы тоже не будете. Пойдемте, господа офицеры и вы, мьест Суслозимник, я слышал, нам обещали недурной ранний ужин или поздний обед...

Глава 22

Оставшись без внимающих ей кавалеров, мамаша просверлила разгневанным взглядом спины удаляющихся с облегченными вздохами мужчин и надменно уставилась на подошедших дам.

— Где мой сын? Отвечайте! И надеюсь, вы подготовили мне апартаменты с отдельным входом? Еще не хватало, чтобы у меня на пороге валялась чья-то линялая шерсть, — манерно и громко рявкнула мадам, даже не пытаясь быть вежливой и понизить голос, хоть и знала, что у оборотней прекрасный слух, а группа мужчин только-только поднялась на крыльцо.

— Эй, девка! Мало того что рыжую в прислуги наняли, так еще одета непотребно, глуховата и, по-видимому, глупа. — Ее злобно прищуренные глазки презрительно осмотрели Алину с ног до головы, как мешок подсунутой на рынке мелкой гнилой картошки, выдаваемой за высший сорт. — Еще и жрет небось прорву, вон какая упитанная, а я...

Договорить окончательно распоясавшейся дамочке не дала Сейфила. Обычно спокойная и выдержанная лисица еще на фразе про линялую шерсть начала закипать, а потом просто плавно скользнула к мамаше Хордингтон и склонилась к ней в полуобороте с обросшей черно-бурой шерстью лисьей мордой, оскалив внушительные клыки.

— Отдельный вход и отсутствие шерсти будет вам в сарае с драконами. Входов там два на выбор, хотя, учитывая аппетит ящеров, даже четыре. Ну и от шерсти вы будете избавлены. У летающих рептилий чешуя, — рыкнула она прямо в лицо противной тетке.

— Да как ты... — не желая сдаваться, просипела та, хоть и побледнела от ужаса. — Да ты знаешь, кто мой сын?! Да я...

Алина поняла, что тоже не стоит отмалчиваться, тем более стоящая за их спинами Иитеа пару раз аккуратно ткнула ее в бок, побуждая обозначить свой статус.

— Давайте начнем сначала, дамы, — храбро сжав кулаки, встряла в диалог Акуличева, стараясь, чтобы голос звучал громко и четко, без предательской дрожи. — Я директриса приюта попаданок и отвечаю за адаптацию оказавшихся в этом мире женщин. Поскольку мы на территории графства Нейрандес, то вам следует обращаться ко мне «мисель Акуличева». А это вторая директриса, которая обеспечивает управление данным поместьем и заведует комфортом проживающих здесь дам. Мейсса Сейфила Ойлени, урожденная баронесса Норхитр. Если вы все же планируете воспользоваться нашим гостеприимством, пока мы не передумали, то рекомендую вам на совместной трапезе принести всем присутствующим публичные извинения.