Спрячь меня в шкафу! (СИ) - Яковец Элла

И достаточно. А теперь нужно поиграть в занимательную мозаику…

Мы этот метод написания эссе придумали уже давно. И применяли в тех случаях, когда особо напрягать мозг не хотелось. Суть была в следующем – нужно было взять две или три книжки и открывать на случайных страницах.

Открываешь.

Кладешь обе раскрытые книги перед собой.

Читаешь.

Придумываешь важную философскую мысль, которая могла бы объединить эти два текста между собой.

Переписываешь своими словами.

Профит.

Может, получится и не особо гениально, но все равно возникнет иллюзия, что ты во-первых, читал хотя бы эти две книжки. А во-вторых – умеешь думать своей головой, даже если выводы сделал какие-то дурацкие.

А времяпотери минимальны – прочитать две страницы текста и сыграть с ними в чепуху.

Я открыла “боевые приемы” на случайной странице. Открыла “зельеварение и алхимию”.

Так, что тут у нас?

“Так называемые “орды нежити” в других исторических источниках превращаются в “группы”. Но давайте допустим… бла-бла-бла… масштабирование некромантических практик… бла-бла… сочетание чар и ритуалов…”

Ага, примерно поняла, о чем он.

Теперь что там пишет Грэм Костичер… Интересно, автор мужчина или женщина? Имя “Грэм” может носить кто угодно, а Костичер… Незнакомая какая-то фамилия…

“...таким образом, мы легко сложим эти загадочные два плюс два, если примем за аксиому, что на переговорах имело место примененное зелье. Иным способом… бла-бла… историческая загадка перестает быть загадочной… бла-бла… Однако не стоит сбрасывать со счетов… бла–бла… согласно шестому закону алхимической свадьбы…”

Ага, тоже, в принципе, ясно. Грэм топит за то, что исход очень многих исторических процессов был бы другим, если бы не скрытое влияние зелий. А конкретно на этой странице рассматривает шестой закон алхимической свадьбы, а это что-то про жребий. Точно не помню, но что жребий всегда кажется неуместным или что-то в этом роде.

Хм… Теперь надо как-то это все увязать в одну кучу – масштабирование при помощи ритуала и жребий, который в начале выглядит какой-то фигней… Если я правильно помню этот закон, конечно…

Тут внешняя дверь библиотеки скрипнула.

Да блин!

Я же почти все придумала, а тут кто-то явился. От входа мой стол было не видно, я забралась в довольно темный угол. Но и мне не видно было, кто там пришел.

– Я же говорила, что тут никого нет! – прошептал женский голос. Только я не поняла пока что, чей.

– Тогда давай запрем дверь, – прошептал второй голос, мужской. И тоже я пока не поняла, чей.

– Ты дурак? Нельзя закрывать библиотеку по правилам! – зашипела девушка.

Дальше началась какая-то возня. Недвусмысленная такая.

Кажется, кто-то пришел в библиотеку как раз затем, чтобы заняться тем самым непотребством, из-за которого то и дело вспыхивают скандалы в попечительском совете.

Интересно, кто на этот раз? Я выбралась из-под стола на четвереньках и посмотрела в щель поверх книг.

Глава 45

Подождите, что?!

Мне захотелось потереть кулаками глаза, чтобы убедиться, что мне не приглючилось спросонок.

А ещё я немедленно пожалела о том, что не умею ни одно из маскирующих заклинаний. Потому что сейчас мне совершенно нечеловечески захотелось стать невидимкой.

А все потому, что на одном из столов читального зала библиотеки Бутч трахал Марту Шерр.

Мял ее сиськи, вывалившиеся из сползшего бюстгальтера. И двигал задом вперёд назад с грацией механической куклы. А она лежала на спине и держала себя за разведённые в стороны коленки.

– Быстрее шевелись! – чуть задыхаясь, сказала Марта.

– Заткни фонтан, шлюха, – очень романтично ответил ей Бутч.

Меня от этого зрелища чуть не затошнило. Это было ещё хуже, чем в тот раз, когда Марту трахал Арьяда. Это было пошло и развратно, но тогда всё-таки была какая-то эстетика. И страсть что ли.

А тут…

Бутч пялил нашу старосту, как будто делал скучное спортивное упражнение. У него даже на лице было такое же тупое выражение, как на разминке перед тактическими полетами. И на носу капля пота повисла. Словно он уже час интенсивно двигает задом вперёд-назад.

– Если ты кому-нибудь проболтаешься, то вылетишь из Индевора как пробка, понял? – сказала Марта и подтянула колени к груди.

– А что у нас для попечительского совета твои дырки – это что-то священное? – пыхтя, огрызнулся Бутч. – Заткнись давай. Сама же захотела.

– Сам заткнись! – зашипела Марта. – Или я заору, что ты меня насилуешь!

– Все спят все равно, – Бутч навалился на Марту, придавливая ее к столу.

Честн говоря, я не знаю, кто именно из них победил бы, если бы они взялись драться. Не факт, что у Бутса были бы шансы. Он, конечно, задира, и все такое. Но Марта ещё до колледжа была чемпионкой по каким-то там боям.

– А в жопу дашь? – спросил Бутч.

– Заткнись! – зашипела Марта.

Мне хотелось закрыть уши.

И отвернуться.

Но я сидела неподвижно и продолжала смотреть.

“Кошмар какой, мне после этого зрелища навсегда расходуется заниматься сексом!” – мысленно простонала я, когда Марта громким шепотом ругалась на Бутча, когда тот пытался “сменить отверстие”.

“Надо было сразу сказать, что я здесь, до того, как они начали…” – подумала я, когда Бутч наконец-то справился с задачей, и раздалось его самодовольное ворчание.

– Кто это тебе задницу так хорошо разработал? – прокомментировал Бутч через некоторое время.

Кажется, я покраснела как рак.

Мне захотелось провалиться сквозь землю. Коленки заныли от напряжения, но пошевелиться я боялась, чтобы не выдать себя. Это был тот компромат, который мне ну вот вообще не хотелось знать!

И не хотелось верить своим глазам.

Потому что это же… ну… Марта. Наша староста. Оплот целомудрия и всего такого.

И если тот раз, с Арьядой, ещё можно было как-то объяснить… Ну, там, он почти темный, его же эта Бельфлер в ученики выбрала. А она по колледжу ходит без трусов, сверкая направо и налево всеми своими нежными местами. У парней от нее стояк начинается, когда она просто мимо проходит. Мало ли, чему она там Арьяду научила, может у темных есть какая-то особенная техника соблазнения. И он Марте запудрил мозг и все такое.

Но Бутч…

При всей отвратительности открывающегося мне зрелища , никаким насилием или принуждением тут и не пахло даже. Это явно был секс добровольный, по обоюдному согласию.

И от этого становилось ещё тошнотнее.

Бутч и Марта.

Трындец.

Кто следующий в ее списке?

Аарон Карли, по прозвищу Кака?

Я чуть не захихикала, представив себе зрелище, как Марту трахает толстый заика с факультета Чащи.

“А что, с ее стороны это было бы даже благотворительностью… – подумала я. – Тогда, по крайней мере у Каки был бы секс хотя бы раз в жизни…”

Тем временем Бутч ускорил темп, как Марте и хотелось. А она развела ноги широко-широко и заставила его засунуть внутрь себя пальцы.

– Давай-давай, шевели задницей! – подгоняла Марта.

Бутч тяжело дышал, пыхтел, как паровоз и капал на Марту потом со лба и носа.

“Это настолько же скучно, насколько мерзко!” – подумала я.

Интересно, любой чужой секс со стороны так выглядит?

В мыслях тут же всплыл образ одного рыжеволосого старосты. И мое собственное отражение в зеркале в его душевой. Них живота моментально отозвался сладким напряжением.

Я разозлилась и захотела себя ущипнуть или дать самой себе подзатыльник. Ну вот какого хрена, а? Почему, стоит мне только подумать о Блейзе Хантере, я вспыхиваю вся, мои трусики тут же промокают, и я готова сразу же раскинуть колени или выгнуть спину, в зависимости от позы. В любом месте, где Блейзу приспичит!

Это было иррационально!

И нечестно, потому что я никак не могла это контролировать.

Даже сейчас, когда передо мной было самое дурацкое зрелище трахающихся Бутча и Марты, мое тело при мысли о Блейзе охватила сладкая истома. И если бы он сейчас подобрался ко мне сзади и задрал юбку, я была бы совсем даже не против…