Изгнанная в Академии Стражей (СИ) - Нечаева Марина

Боясь опоздать, я пришла заранее и сейчас начинала жалеть, что не одела под кожаную куртку какой-нибудь из свитеров. В столице, в отличие от моего родного городка, было намного теплее, но все же не как в южной части Тарквинии. И сейчас, в начале зимы, тут ночи становились немного прохладными. Я гадала, сколько времени осталось до появления командора, и каковы шансы успеть добежать до общежития хотя бы за шарфом.

Но вот резные двери здания передо мной бесшумно распахнулись и из них вышел капитан. Оглядевшись, он заметил меня, и, коротким движением поправив воротник кожаной куртки, легко сбежал по ступеням. Казалось, он ночную прохладу не чувствует вовсе – куртка была распахнута, а несколько верхних пуговиц тонкого трикотажного джемпера под ней были расстегнуты. Что, если подумать, было неудивительно: Мэтью Рейнс был стихийным магом, и основной его стихией был огонь. Так что, скорее всего, холода маг не действительно не замечал.

Приблизившись, мужчина скупо кивнул.

– Добрый вечер. Готова?

– Добрый вечер, командор Рейнс! Готова! – бодро отозвалась я, хотя от этого простого вопроса внутри пробежала легкая дрожь предвкушения и страха.

Мужчина кивнул и направился вперед меня, к воротам Академии. Я поспешила за ним следом, невольно рассматривая его широкую спину. Командор шагал быстро и расстояние до ворот мы преодолели за несколько минут.

Перед нами раскинулся город. Свет восходящей луны выхватывал длинные улицы, расчерчивающие город на ровные кварталы, силуэты высоких зданий, которые как грибы после дождя выросли в центре столицы за последние десятилетия, навсегда меняя ее старинный облик, и гладь реки вдалеке.

Я повернулась к командору, ожидая дальнейших указаний, и поняла, что он уже некоторое время меня рассматривает. Вдруг его строгое лицо преобразилось, став почти по-мальчишески озорным. Он улыбнулся и показал на мою куртку:

– Нет, так не пойдет.

– Почему? Что не так? –заволновалась, осматривая себя. – Я что-то упустила?

Мне казалось, я учла все рекомендации, которыми меня щедро снабдил командор Вайс во время вчерашней тренировки в черте города.

– Нет, ты молодец, – улыбнулся командор. – Неброско, практично – идеально для Охоты. Я в темноте в парке не сразу рассмотрел, но погляди, мы с тобой теперь выглядим, как Стражи в гражданском, – и он выразительным взглядом окинул наши почти что идентичные костюмы.

– А это плохо? – уточнила я у куратора.

– Для настоящей Охоты – в самый раз. Там, где приходится бегать по крышам, прятаться в подворотнях и где нужно быть готовым в любой момент отравить атаку. А у нас с тобой сегодня другая задача.

Я подняла глаза на капитана, и он ответил на мой невысказанный вопрос:

– Будем наземными наблюдателями. От Центра поступила информация о том, что сегодня вероятно появление оборотней в квартале развлечений. Так что мы отправимся туда, – он сделал паузу, будто ожидая какой-то реакции от меня, и добавил, – ты, скорее всего, по-другому представляла себе первое дежурство, но, сама понимаешь, я не могу сразу взять тебя на настоящую Охоту. Сперва я должен проверить твои навыки и понять, что могу тебе доверять.

Стало неловко, и я потупила взор. Невысказанными остались слова «после того, как ты скрыла от нас всех особенности своего дара». Упрек был справедлив. Командор Вайс рассказал, что именно Мэтью Рейнс первым обнаружил мои ночные тренировки и ясно дал понять, что мой допуск к сессии будет зависеть от отзыва капитана Рейнса.

Раз сегодня мы должны были слиться с толпой, я предложила дать мне несколько минут, чтобы переодеться, но командор покачал головой:

– Не успеем. Вот, – он достал будто ниоткуда длинный темно-бордовый палантин, – одень под куртку, будет похоже на плащ.

Я, стараясь не смущаться, быстро сняла куртку и обмотала ткань поверх короткого топа так, чтобы ее длинные концы свисали почти до пола, накинула куртку и посмотрела на командора, пытаясь понять, откуда он достал этот палантин. Ни сумки, ни даже поясного кармана у капитана не было. Он заметил мой любопытствующий взгляд и показал на небольшую молнию на куртке, коротко пояснив:

– Пространственный карман.

Я прикусила губу, чтобы не ахнуть. Как я успела узнать, это был крайне дорогой артефакт. Простым Стражам его не выдавали. Значит, либо командор Рейнс сделал что-то выдающееся, либо он столь богат, что смог приобрести его сам. Хотя это и не объясняло, откуда у мужчины, пусть даже и в пространственном кармане, явно женская вещь. Хотя, чему я удивляюсь? Капитан явно пользуется успехом у женщин. Видимо, одна из них и оставила ему этот палантин.

Застегнув куртку и поправив волосы, я сказала куратору, что готова.

– Отлично, – отозвался он и прикрыл глаза.

Я догадалась, что сейчас он будет связываться с менталистом.

– Капитан Мэтью Рейнс, – сказал мужчина как будто внутрь себя. – Портал для двоих человек от ворот Академии до пересечения набережной и Восьмой.

Через несколько секунд метрах в пяти от нас появилось сияющее окно портала, и мужчина показал на него рукой:

– После тебя, Каролина.

Я сделала шаг вперёд и, не колеблясь, вошла в портал. Его свет окутал меня, и я почувствовала лёгкое покалывание на коже. Мир вокруг словно растаял, а через мгновение сияние вокруг погасло, и я обнаружила себя у знакомой телефонной будки на углу названных командором улиц. Впереди сверкали огни прогулочной набережной, позади огромными тенями ночного города выросли высотки – центр деловой жизни столицы.

Рядом со мной появился капитан, и сияние портала стало угасать.

Я взглянула на командора, ожидая дальнейших указаний, и заметила, как преобразилось его лицо. Он стоял, внимательно вглядываясь в улицы, прищурив глаза и как-то полностью подобравшись. Плечи напряглись, руки сжались в кулаки, дыхание стало замедленным. Мужчина был похож на хищника, готовящегося к прыжку. От него будто исходили неуловимые волны опасности, но я не ощущала их. Наоборот, он был столь красив в этот завораживающий момент, что мне захотелось поднять руку и провести пальцами по рельефным скулам и выглядывающей из-за отворота кожаной куртки шее, на которой снова поблескивала в лунном свете цепочка с небольшим кулоном.

Почувствовав мой взгляд, он повернулся, и посмотрел прямо на меня своими невероятными зелеными глазами. Уголок рта приподнялся в ухмылке.

– Твое сердце стало биться так быстро. Волнуешься? – тихо спросил он, неправильно истолковав мое состояние.

– Да, – ответила я приглушенно.

Как он услышал мое сердцебиение?

– Не стоит, – так же тихо заметил командор. – Оборотни это почувствуют. Дыши размереннее. В первый раз обойдемся без погонь, помнишь? Я дам тебе время освоиться и привыкнуть. Если что-то все же пойдет не так, просто открывай портал до ближайшей безопасной точки и уходи. Помнишь, где они?

– Помню. Я выучила все точки центра города, а командор Вайс мне вчера их показал. А как же вы?

– Справлюсь, – снова усмехнулся мужчина. – Не в первый раз. Готова? Тогда пойдем.

Неожиданно он взял мою руку и положил на сгиб своего локтя. Я вздрогнула, а он заметил:

– Сливаемся с толпой, помнишь?

Я кивнула, и мы направились в сторону набережной.

Мэтью Рейнс

Этот район столицы был особенным. Некогда бывший торговый центр, через который во времена отсутствия стационарных порталов и безопасных дорог осуществлялась связь с другими городами Тарквинии выше и ниже по течению реки, он со временем утратил свое значение и стал понемногу увядать. А когда за городом построили большой порт и прямым указом градоначальника запретили грузовым судам заходить в старую пристань, чтобы избавить центр города от мазута, пробок и бедняков, которые всегда ошивались около торговых судов, район и вовсе пришел в упадок.

Рядом рос деловой центр, а по пустынному пляжу и старым причалам гуляли только ностальгирующие старики и мамы с детьми. Мэтью помнил, как он сам, ребенком, прыгал с разваливающихся остовов брошенных лодок в холодную реку. Жара была невероятная, и ему очень хотелось охладиться, но мать все равно ругалась – течение реки было слишком сильно, и она боялась, что сына, не так давно научившегося плавать, просто унесет. Он помнил мамину улыбку, и ее теплые руки, растирающие его продрогшего полотенцем, и ее мягкий, но немного сердитый голос: