Боярский сын Дружинник Часть третья (СИ) - Калинин Алексей

Остатки големов тут же рассыпались серой пылью, а вода, поддерживаемая Владой, ушла в дренажные стоки.

Мы стянули защитные шлемы костюмов. Мизуки подошла ко мне, вытирая лицо полотенцем.

— Елисей-сан, — спросила она. — Вы уверены, что этот обман сработает? Вдруг они поймут, что мы играли?

Я усмехнулся, глядя на японку:

— Это всего лишь человеческая психология, Мизуки. Глеб Долгополый считает себя умнее всех. Он уверен, что мы его боимся. А так как у них нет на нас никакого влияния в стенах Академии, то им остается только делать подобные вещи — шпионить, подсматривать, искать слабости. Чтобы иметь хоть какой-то небольшой плюсик в своей подготовке. Когда человек видит то, что хочет видеть, его критическое мышление отключается. Глеб поверит своему шпиону, потому что эта информация неплохо ложится в его картину мира.

Мизуки задумчиво кивнула.

— Путь обмана — это путь ниндзя, — произнесла она. — Вы мыслите как синоби, Елисей-сан.

— Я мыслю как человек, который хочет выжить и победить, — ответил я.

И тут…

Снаружи, со стороны восточной стены базы, раздались крики.

— Внимание! Вторжение! Стой, гад, стрелять буду! Куда полез? Стой, кому сказано!

А затем ночную тишину разорвал грохот.

Захлопали выстрелы из автоматов. Бахнул гулкий выстрел. Судя по звуку, Степан пустил в ход свой любимый «Слонобой». Во как, даже дорогого патрона не пожалел ради шухера!

Шум, гам, треск ломающихся веток за забором. А потом парочка взрывов, видимо, Гордей не пожалел светошумовых гранат для создания атмосферы тотального хаоса.

Мишка вздрогнул.

— Ого… Нормально они его там провожают.

Я улыбнулся.

— Надеюсь, что тот, кто за нами наблюдал, ушел без особых повреждений. Ну, может, пару седых волос заработал и штаны испачкал. А если и зацепило… Ну что же, он сам виноват. Знал, куда и зачем шел. На территорию Ярославских без приглашения не суются.

После этого я хлопнул в ладоши, привлекая внимание команды.

— Всё, народ, закругляемся! Идем в душ, переодеваемся и марш в столовую. Матрёшка обещала сегодня царский ужин.

При упоминании имени Матрёшки у меня на душе стало немного теплее. После того кошмара, который девчонка пережила под ментальным контролем Чернобая, когда чуть не застрелилась из автомата, я очень боялся за её рассудок. Но человеческая психика — удивительная штука. Матрёшка отлежалась, поплакала, а потом… потом её деятельная натура взяла верх. Она снова начала шуршать по хозяйству, гонять кота Задиру и командовать на кухне.

И сегодня она расстаралась на славу.

Когда мы ввалились в столовую нашей базы, запахи стояли такие, что у меня аж засвербело в животе. И должен признаться — подобного изобилия никогда не наблюдал на нашей базе!

Длинный стол застелен белоснежной скатертью. В центре возвышалась огромная супница с наваристым борщом, от которого поднимался густой пар. Белые кружечки со сметаной ждали возле каждой тарелки. Рядом с супницей стояли блюда с запеченным мясом, покрытым румяной корочкой, горы пирожков с мясом, капустой и яблоками, соленья, грибочки, и кувшины с домашним морсом.

Такого ужина я давно не ел. Даже в хороших ресторанах вроде «Мясного Инквизитора», куда ходили аристократы, не подавали ничего подобного. Там была высокая кухня, микроскопические порции на огромных тарелках. А здесь домашняя еда, приготовленная с душой.

Мы расселись по местам. Я кивнул Матрёшке, которая, раскрасневшаяся от кухонного жара, в чистом фартуке, стояла у двери, теребя полотенце.

— Ну, приятного аппетита, — сказал я, берясь за ложку.

Первые десять минут за столом стояла абсолютная тишина, прерываемая только стуком ложек о тарелки и нашим довольным мычанием.

Даже я, старый ведарь, повидавший на своем веку всякое, ел так, будто не видел нормальной еды неделю. Мясо таяло во рту, борщ обжигал и согревал изнутри, наполняя тело новыми силами.

Когда первая волна голода была утолена, Влада промокнула губы салфеткой. Она посмотрела на Матрёшку.

— Девушка, — произнесла Владислава.

Матрёшка вздрогнула и вытянулась в струнку.

— Да, Ваша Светлость?

— Я должна признать, — Оболенская чуть заметно улыбнулась. — Что это, пожалуй, лучший борщ, который я пробовала за последние лет десять. А мясо запечено просто безукоризненно. Вы обладаете невероятным кулинарным талантом.

Матрёшка охнула, прижала руки к щекам, которые стали еще краснее.

Да что там говорить! Если придирчивая Оболенская, которая знала толк в хороших блюдах и потчеваниях, похвалила прислугу, то это был высший пилотаж.

Мизуки отложила ложку и поклонилась Матрёшке.

— Я полностью согласна с госпозой Оболенской, — сказала японка. — В насем клане Сато готовят луцсие повара, но я никогда не ела ницего подобного. Это очень вкусно. Спасибо вам, Матрёна.

Матрёшка засияла от гордости. Её глаза заблестели, она засуетилась и начала хватать то пустые тарелки, то хлеб, то сырные колечки.

— Ой, да что вы… Да кушайте на здоровье! Я вам сейчас еще пирожков горяченьких поднесу! И чайку на травах заварила, как Елисей Святославович любит!

Она умчалась на кухню, чуть не сбив с ног Егорку, который тащил в руках самовар.

Я откинулся на спинку стула, обводя взглядом свою команду.

Мишка о чем-то спорил с Густомыслом, доказывая преимущество льда над камнем. Влада с улыбкой слушала их. Мизуки с интересом разглядывала процесс раздувания самовара. Это я приказал Егорке порадовать такой редкостью, ведь в самоваре чай завсегда вкуснее, чем на газу или на электричестве.

А где-то бежал шпион Долгополого. Бежал, чтобы принести хозяину неточную информацию. Ну что же, он принесёт то, что ему показали.

И пусть Глеб думает, что знает о нас всё.

Когда придет время, я покажу ему, что значит перейти дорогу Елисею Ярославскому.

Глава 15

Маленький мальчик лет десяти, одетый в изрядно помятый костюмчик, немигающе смотрел на хозяина кабинета. Глаза ребенка представляли собой два провала в бездну — сплошная чернота без белков и радужек.

Князь Долгополый сидел в кресле и то и дело бросал на гостя мрачные взгляды.

Чернобай заметно сдал. Мальчишка катастрофически похудел, осунулся. Бледная кожа приобрела землистый оттенок, а под черными глазами пролегли такие синюшные мешки, будто этот пацан неделю не жрал, не пил и не спал. Его тонкие пальцы, покоящиеся на подлокотниках гостевого кресла, чуть подрагивали.

— Чего смотришь? — голос Чернобая нарушил тишину. — Не нравлюсь таким?

Фрол Терентьевич сглотнул вставший в горле ком, но постарался удержать на лице маску спокойствия.

— Выглядишь паршиво, — констатировал князь, и не удержался от легкой шпильки. — Что, столичный климат не пошел на пользу? Или какая-то пища оказалась не по зубам?

Мальчишка криво ухмыльнулся, обнажил ряд пожелтевших зубов.

— Так это всего лишь небольшое переутомление, князь. Пришлось, знаешь ли, пообщаться по душам с младшим Ярославским. Мальчишка вновь оказался с сюрпризом. С неприятным для тебя сюрпризом.

Князь чуть подался вперед. В его груди шевельнулась тревога.

— В смысле? Ты что-то узнал? — в голосе Долгополого прорезались рычащие нотки. — Мы договаривались, что ты будешь действовать аккуратно!

— Да хрен там плавал, ничего особо сделать я не успел, — отмахнулся Чернобай и поморщился, словно от головной боли. — Я залез в его пустую башку. Хотел вытащить его страхи, заставить пожрать самого себя. И знаешь, что я там увидел, князь? Я увидел, как чья-то очень красивая женушка с перламутровыми ногтями отравила жену боярина Ярославского. Капнула яду в водичку, пока та пеленала Елисейку. А потом еще и влила в глотку младенцу запрет на дар. Знакомая ситуация? А?

Князь Долгополый вздрогнул, словно получил пощёчину. Краска схлынула с его щек, оставив лишь серую бледность. Желваки на скулах заходили ходуном.

— Вот на этом я и хотел сыграть, — продолжил Чернобай, не обращая внимания на состояние собеседника. — Думал, покажу ему, как дохнет его мамочка, и пацан сломается. Истерика, сопли, пуля в лоб — всё как я люблю. Но Ярославский… Хм, сопляк оказался на редкость крепким орешком. Он перехватил инициативу! Вцепился в меня так, что чуть меридианы не выжег своей ярью. Если бы я вовремя не сыграл на прислуге, то мог бы и остаться там. Лежал бы сейчас кучкой пепла. А так… Он узнал что было и… в общем, если узнал княгиню, то вряд ли это хорошо для вашего рода.