Последний шанс (СИ) - Давыдова Ника

Нерргар широко улыбнулся. Ну, конечно.

 — И где же он сейчас? Наверное, в поте лица трудится на благо компании, встав в ее главе?

Из-за того, что аватар Остэша изменился не так сильно, как его собственный, который полностью подстроился под его внешность, сказать, кто там за маской принца, однозначно было нельзя. Но у Нерргара в памяти было всего два человека, похожие внешностью на него — троюродный брат и господин исполнительный директор, Лейвальд Кертц. Последний начинал работать еще с предыдущим владельцем компании, но был не намного старше самого Нерргара. Кажется, лет на пять или шесть… Но он совершенно не помнил, чтобы Лейвальд относился к нему с какой-то враждебностью.

 Но тут, конечно, дело не в ненависти к его личности, а к тому, какое место он занимал. Безалаберный лентяй у руля крупной корпорации… наверное, как-то так?

— Он… очень старался во благо компании, — осторожно подтвердил секретарь, не понимая странной смены настроения начальника. Потом свалил все на нестабильностью в связи с недавним пробуждением и зачастил: — Он и совет директоров старались поддерживать стабильность в ваше отсутствие! Но…

— Но?

Хальбрехт сглотнул.

— Эм, уже неделю нет от него известий. Он выехал в командировку и… не выходит на связь.

В палате повисла пауза. Секретарь беспокойно ёрзал, а врач настороженно переводил взгляд с одного мужчины на другого.

Нерргар молча смотрел перед собой. Улыбка на губах превратилась в откровенно акулью, заставив присутствующих напрячься.

Врач выпрямился, словно почуяв угрозу.

— Мистер Эйхнер, — его голос был резким и твёрдым, — если вы сразу после пробуждения думаете взяться за рабочие дела, то настоятельно рекомендую вам отказаться от этой идеи. Вы только что пришли в сознание после полутора лет комы. Ваш организм в тяжёлом состоянии. Необходимы полное обследование, анализы, наблюдение. Я категорически запрещаю…

Нерргар его не дослушал и щелкнул пальцами, переодевая себя из больничной одежды в темно-серую рубашку и брюки. Ткань легла идеально, будто сшитая заранее по его фигуре.

Одновременно с возмущенным вскриком врача по голове ударила мигрень. Магия отзывалась неохотно, туго, как давно не смазываемый механизм. Она, как и мышцы, как будто атрофировалась после долгого неиспользования. И это было весьма непривычно, учитывая то, что еще час назад он спокойно пользовался заклинаниями направо и налево.

Но рубашка сидела на нём идеально. И этого было достаточно.

— Видите? — он шагнул к двери, игнорируя стук молотков в голове. — Со мной всё прекрасно.

— Господин Эйхнер! — взвыл врач, преграждая путь. — Это крайне безответственно! Вы сейчас черпаете силу из запасов организма, а не из резерва! Успокойтесь, вам не нужно никуда торопиться!

Нерргар наклонился к нему чуть ближе, заставив мужчину инстинктивно отступить назад.

— Я буду хорошим мальчиком, доктор. Обещаю, — произнёс он с той самой спокойной издёвкой, от которой мурашки побежали по коже у обоих свидетелей. — Ни во что не ввяжусь.

Секретарь Хальбрехт судорожно пытался вспомнить, была ли у его начальника настолько пугающая аура раньше. Возникал ли раньше при виде Гаррена странный иррациональный страх и бежали ли от его взгляда мурашки по коже? Нет, определенно что-то с ним случилось, пока он был в коме. Ни в коем случае нельзя отпускать его из больницы, иначе он может навредить сам себе

Глава 17

Нерргар шагал по улице, оставив далеко позади белоснежное здание больницы. Повезло, что угрожать врачу не пришлось — тот как-то резко сдулся, стоило чуть-чуть на него надавить. И хорошо: буйным пациентом он становиться не хотел. Плохо для имиджа. О, он должен был позаботиться о нем, ведь в голове уже примерно рисовался будущий план действий после того, как он разберется с гадом, что отправил его в игру.

Воздух в городе был другим — не как в привычном Грайне. Тяжелым от гудящих машин, нагретым от стекол огромных небоскребов. Здесь было мало зелени, много металла и ярких голограмм. Раньше его это все, кажется, не особо раздражало, а теперь руки буквально чесались снизить громкость всего города минимум на десять пунктов. И побольше деревьев понатыкать для разнообразия ландшафта. Нерргар хмыкнул. Что там нужно для становления настоящим мужчиной? Точно что-то с деревьями было связанное. Надо у Алайны потом уточнить, это же она специалист по всей этой дребедени.

Секретарь семенил рядом, отставая на шаг, и то и дело поправляя дипломат, который явно отяжелял ему руку и жизнь.

— Погодите!.. — выдохнул он, но, разумеется, Нерргар не собирался ждать.

Сосредоточенно и молча он перебирал варианты, где можно было найти господина Лейвальда. Исполнительный директор не относился к числу близких людей, но исчезновение столь важной фигуры казалось подозрительно удачным. Слишком уж кстати. Разумеется, его адрес был в базе сотрудников, в доступе компании. Но если тот пропал неделю назад, первым делом должны были проверить дом. А значит, надежды на банальное объяснение почти не оставалось.

— Хальбрехт, — лениво бросил он через плечо, даже не снизив шаг. — Навещали ли господина Кертца по месту жительства?

— Да-да, конечно! Его дом проверяли. Но его там не оказалось. И… его жена тоже ничего не знает. Она… очень обеспокоена.

 Нерргар мгновенно зацепился за одно слово. Жена.

— Дайте её номер, — потребовал он ровно, останавливаясь.

Секретарь облегченно выдохнул, восстанавливая дыхание, а потом торопливо полез в карман пиджака и вытащил телефон. Быстро нашел контакт и протянул его начальнику. Нерргар взял в руку металлический прямоугольник толщиной в миллиметр, удобный и непривычный одновременно. Приложил его к уху. Гудки.

Слушая их, он рассеянно оглядывался по сторонам.  Отовсюду взгляд атаковала реклама: яркая, липкая, слишком настойчивая. Одна из голограмм вдруг захватила его внимание:

"Игра года! Покори злодея в новом симуляторе свиданий!"

На пяти метрах над землей, прямо перед толпой пешеходов, сияло его собственное лицо. Только нарисованное и сильно стилизованное. Но себя-то он всегда узнает. В придачу рядом с ним была изображена Алайна. Она тянула его на себя за воротник рубашки в явном стремлении поцеловать. Интересно.

В левом углу голограммы был логотип его собственной компании.

Ну да, пока он пытался выбраться из игры, на его лице неплохо так зарабатывали, видимо.

Гудки смолкли.

— Алло?.. — раздался женский голос. Нервный, чуть дрожащий.

Нерргар молчал, позволяя паузе потянуться.

— Я слушаю?..

— Госпожа Кертц? — его голос прозвучал мягко, почти вкрадчиво.

— Д-да. Кто… это?

— Гаррен Эйхнер, — ответил он лениво, словно представлялся официанту, — ваш муж в курсе, что я снова в строю?

На том конце провода повисла тяжелая тишина, едва прикрытая её сбивчивым дыханием. Секретарь рядом судорожно сглотнул и ещё сильнее прижал к груди свой дипломат.

— Этого не может быть… — наконец, прошептала она, и в голосе звучало не облегчение, а скорее недоверие, приправленное страхом. — Вы… ведь…

— Я, — коротко подтвердил он. — Ваш муж дома не появлялся неделю. Где он?

— Я… я не знаю, — голос сорвался. — Он уехал в командировку, сказал, что это срочно, и… больше не звонил. Я пыталась… я…

Он слушал не слова, а дыхание, интонации, дрожь в голосе.

Врала. Определенно.

— Вот как, — протянул Нерргар, — Что ж, простите, что потревожил. Если вдруг станет что-то известно, позвоните по этому номеру. — К-конечно, господин Эйхнер! — заверила женщина тут же. — Обязательно… обязательно вам позвоню!

— Она сейчас явно понесется к мужу. — он отдал телефон секретарю. — Вы говорили, до вашей машины недалеко осталось?

— Да-да, она буквально за углом, я оставил ее на бесплатной парковке, — затараторил Хальбрехт, — Но… простите, я не совсем понимаю, что вы собираетесь делать? Почему вас так беспокоит господин исполнительный директор? Не лучше ли сейчас просто поехать домой?