Последний шанс (СИ) - Давыдова Ника

— Скажите, полтора года назад, когда я впал в кому после сердечного приступа, было ли расследование по этому делу?

— Что вы имеете в виду?

— Проверяли ли меня на наличие в организме каких-то неизвестных примесей, зелий, веществ?

— В самом начале вами занимался семейный штат врачей, а потом перевели в больницу, где вы очнулись. Но я не знаю… Хотите сказать, вы подозреваете, что это было покушением на убийство?! — встрепенулся секретарь.

 — Да, — ровно отозвался Нерргар, делая себе в голове пометку провести тотальную чистку среди работников не только компании, но и семьи.

— Тогда нужно звонить в полицию. Но какие у вас доказательства?

 — Вот поэтому и нет смысла никуда звонить. Нет у меня никаких весомых аргументов. Скажем так, у меня внезапно открылись экстрасенсорные способности. Поэтому не теряем ни минуты. А то доказывать еще все это…

— Вы такой сильный маг! — экзальтированно выдохнул  Хальбрехт.

Кажется, Нерргар вспомнил, почему этот мужчина так долго задержался на посту его личного секретаря. Чужое восхищение явно неплохо так гладило его эго.

Было бы чудно, конечно, обратиться в полицию, но только вот Нерргар абсолютно не хотел становиться параноидальным сумасшедшим, которому что-то там привиделось в коме, и теперь он идет крушить все направо и налево в следствии атрофии мозговых клеток. Потому что даже опытный менталист, заглянув к нему в голову, ничего не поймет.

Поэтому он как-нибудь сам разберется, тем более, что время у него было ограничено. Невозможность сию же секунду вернуть себе Алайну заставляла его потихоньку звереть. Нерргар не гарантировал чью-либо безопасность, начиная с того момента, как у него кончится терпение. А его было не то что бы сильно много, хоть он и старался. Чтобы перетащить сюда девушку, нужно избавиться от всех возможных помех, и именно на этом он и сосредоточился.

— Жена Кертца проживает вместе с ним? — спросил он коротко, садясь на переднее сиденье небольшой машины.

— Да, — секретарь занял водительское место.

— Тогда едем туда, и быстро. Кстати, Хальбрехт, вы же тоже маг?

— Верно, а что?..

Нерргар опустил руку ему на затылок, забирая часть чужого резерва и заодно поверхностно проходясь по эмоциям секретаря. Он не был менталистом в полном понимании этого слова, но  в какой-то мере мог заставить людей делать то, что он хочет, а еще прочитать  общие намерения и эмоции. Потому что подозрения в сторону Хальбрехта тоже имели место быть.

— Ох! — секретарь резко побледнел.

— Простите, — Нерргар ободряюще похлопал его по плечу. Все было в порядке. — Я одолжил у вас немного сил. Нужно помогать начальству, верно? Вдруг придется драться, и мне нужно будет вас защитить?

— Вы такой… благородный, господин Эйхнер.

— Поезжайте быстрее, у нас мало времени.

 На самом деле насчет возможной драки Нерргар немного сомневался. В момент, когда начал открываться портал в Лийсе, принц, до этого смирно лежавший на полу неприятной на вид кучей, вдруг рванул куда-то в сторону, будто бы надеялся сбежать в последнюю секунду. Ради чего — непонятно, может, побоялся, что Нерргар сейчас оставит его среди Пустоглазых, но уверенности в том, что его душа прибыла домой в полной комплектации, не было.

Машина резко взлетела вверх, и Нерргар с тоской вспомнил удобные во всех смыслах порталы. Вот уж что действительно облегчало жизнь. Сделал шаг — и ты уже там, где нужно. Без всей этой тряски, гула мотора и удушливого запаха нагретого металла. Но на Лийсе возведение порталов требовало колоссальных усилий. А его собственные резервы, даже с учётом аккуратно позаимствованных у секретаря, не позволяли тратить силы на такие прихоти.

Они летели на уровне тридцатого этажа, по широкой воздушной магистрали, почти пустой в этот час. За прозрачными стёклами мелькали огни других машин, сияние рекламных баннеров и редкие проблески настоящего неба между небоскрёбами. Секретарь, судорожно сжимая руль, изобразил деловитый тон:

— До места примерно минут десять, господин Эйхнер.

Нерргар рассеянно кивнул. На деле его внимание вертелось вокруг недавнего плаката. Ему казалось, что Пустоглазые имеют свою собственную корпорацию, затесавшуюся среди множества других похожих и не выделяющуюся. Но игра, в которую его отправили, была выпущена его собственной компанией. Значит ли это, что Пустоглазые заключили какой-то договор с Лейвальдом? Не было ли его платой за заключение Нерргара в тюрьму распространение игры среди жителей страны? Больше людей, купивших симулятор - больше еды для монстров. Выгодный обмен, если смотреть глазами чудовищ. Но слишком уж дерзкий для человека, которого он знал. Хотя, с другой стороны, кто сказал, что он знал Лейвальда по-настоящему? Он вообще особо не интересовался людьми, находящимися рядом с ним.

— Хальбрехт, — Нерргар даже не повернул головы, глядя на ряды рекламных щитов, — вы же в курсе моего денежного состояния?

— Приблизительно да, — секретарь дернулся, будто почувствовал подвох.

— Кажется, я был богат до комы?

— Это… мягко сказано, господин. — Тот кашлянул и торопливо добавил: — А сейчас вы стали ещё богаче, несмотря на всё это время без сознания. Инвестиции… ваши фонды… всё приумножилось.

— Интересно. — Нерргар чуть склонил голову набок. — Значит, если я завтра закрою компанию, то мало что потеряю?

Машина резко дёрнулась в сторону, чуть не врезавшись в угол соседнего здания. Секретарь выдал сдавленный звук, между визгом и кашлем, и едва выровнял управление.

— Вы что такое говорите?! Господин Эйхнер, вы меня пугаете!

— Веди-веди, не дёргайся, — насмешливо отозвался Нерргар, откинувшись на сиденье. — Страшного пока ничего не произошло.

«Пока» — ключевое слово.

Они едва успели приземлиться во дворе элитного жилого комплекса, как с парковки с истеричным визгом стартовала небольшая изящная машинка, явно из последней линейки «для леди».

— Кажется, это была госпожа Кертц, — флегматично заметил Нерргар, не спеша даже отстегивать ремень. А затем резко рявкнул: — За ней летите, быстро!

Секретарь ойкнул, и машина, подчиняясь нервным, но точным движениям его рук, рванула вперёд. Воздушные потоки завихрились, отбрасывая назад бумажный мусор со стоянки.

Нерргар наблюдал, как крошечная машинка петляет между небоскрёбами. Смешно. Что она собиралась делать? Куда бежать? Муж пропал неделю назад, а она сидела тихо. И только услышав его голос, сорвалась с места. Это было слишком красноречиво.

— Не упусти её, Хальбрехт.

— Я… я постараюсь! — выдохнул секретарь, цепляясь за руль так, словно от этого зависела его жизнь.

Погоня вышла тихой, почти незаметной. Госпожа Кертч сворачивала то туда, то сюда, металась между потоками машин, стараясь запутать возможных преследователей. Но Нерргар прекрасно знал: хаотичность всегда выдаёт больше, чем маскирует.

Хальбрехт вёл осторожно, умудряясь держаться на достаточном расстоянии, чтобы не привлекать внимания, но и не упускать цель.

Через полчаса они оказались у массивного здания на самом краю города. Высокие стеклянные фасады, приглушённое золотое сияние голографических вывесок, тихие дроны-охранники над входом. Элитная больница. Настолько дорогая, что простые смертные сюда даже не мечтали попасть.

Ну да, надо же где-то держать тело, которое осталось без души.

— А меня почему не сюда положили? — фальшиво возмутился Нерргар, поднимая бровь.

Секретарь замялся, аккуратно снижая скорость и опуская машину на парковку.

— Господин Эйхнер… ну, в то время… это было невозможно. Вас перевели в центральную клинику, так как там и специалисты были на месте… и условия…

— Успокойтесь, — фыркнул Нерргар.

Они вышли из машины. Воздух здесь был тише, чище, чем в центре, словно специально фильтрованный для богатых пациентов. У самых дверей их остановил высокий мужчина в форме:

— Пожалуйста, продемонстрируйте отпечаток ауры и цель визита.

Нерргар медленно вытянул руку, позволив устройству в руке охранника считать информацию.