Проклятая красавица для чудовища (СИ) - Стрельнева Кира

Мита, словно прочитав мои мысли, осторожно взяла колбу.

— Я вынесу его, госпожа.

Дверь закрылась, оставив нас одних. Клэйтон обнял меня сзади, его губы коснулись виска, а руки обвили талию, прижимая к себе. Через тонкую ткань одежды я чувствовала шрамы на его груди — молчаливые свидетельства битв, которые он вёл ради меня.

— Ты свободна, Лина. Больше никто не будет диктовать тебе, как жить.

За окном метель стихла, уступив место тишине. Снежинки, словно перья, кружились в лунном свете, оседая на ветвях елей. Где-то вдали завыл волк, но его крик растворился в покое, наступившем после бури.

Я обернулась к мужчине, касаясь ладонью его щеки. Шрамы, морозные узоры на коже, алый отсвет в глазах — всё это было частью него, частью нас.

— Я выбрала нас и наше с тобой будущее.

— Ты никогда не пожалеешь об этом.

Наш первый поцелуй оказался жарким, как пламя дракона, и нежным, как первый снег. В этом поцелуе смешались боль потерь, радость возвращения и обещание, что теперь ничто не разлучит нас.

Глава 60

Наш мир

Линда открыла глаза, радостно выдыхая. Не передать словами, как же она была рада проснуться в их с Андреем постели. Любимый спал рядом, заняв большую часть кровати. Его рыжие волосы были в беспорядке и торчали во все стороны, а лицо было слегка «помятым».

Улыбнувшись, Линда нырнула в его объятия, утыкаясь носом в область шеи жениха и вдыхая самый любимый нас свете аромат — аромат ее любимого мужчины, по которому она просто безумно скучала.

— М-м-м, люблю так просыпаться, — пробормотал Андрей, прижимая ее ближе к себе. — Знаешь, мне приснился такой странный сон…

— Какой?

— Как будто ты исчезла прямо из нашей квартиры. Просто растворилась в воздухе, держа за руку постороннего мужчину. Бред. Да?

— Бред, конечно. Куда я от тебя сбегу?

— Да, я вот тоже так думаю. Никуда тебе от меня не деться. Ты теперь в моем пожизненном плену.

Линда заливисто рассмеялась, целуя любимого и уверенная, что теперь-то все будет хорошо. Она сделала верный выбор и никогда о нем не пожалеет.

Спустя полторы недели состоялся один из самых волнительных дней в жизни Линды и Андрея — их свадьба.

Белый лимузин замер у входа в собор, украшенный гирляндами из живых орхидей. Линда поправила фату, дрожащими пальцами проверяя, на месте ли жемчужная заколка — подарок Андрея на первом свидании. Платье с кружевными рукавами и глубоким вырезом облегало фигуру, словно вторя изгибам тела. В зеркальце она поймала свое отражение — глаза сияли, щеки горели румянцем.

«Совсем не та застенчивая девушка, что боялась собственной тени», — с улыбкой подумала она.

— Все-таки мой сын выбрал настоящую красавицу, да еще и с таким добрым и любящим сердцем, — с улыбкой сказала мать Андрея — Ксения Валентиновна, которая души не чаяла в своей будущей невестке. — Повезло моему оболтусу.

— Нет, это мне с ним повезло, — возразила Линда, полностью уверенная в своих словах.

Дверь лимузина распахнулись, и Линда увидела Андрея в строгом смокинге. Его рыжие волосы аккуратно уложены, а в глазах — смесь трепета и восторга.

— Ты... — он задохнулся, когда она приблизилась. — Лина, ты...

— Как видишь, я все еще не сбежала.

Обмен клятвами прошел в какофонии радостных всхлипов и вспышек фотокамер. Когда их объявили мужем и женой, Андрей подхватил Линду на руки, кружа под звуки аплодисментов.

Наутро после свадьбы Линда проснулась от запаха кофе и жареного бекона. Андрей стоял на кухне в смешном фартуке с надписью «Супермуж», пытаясь перевернуть блинчик, который упорно прилипал к сковороде.

— Эй, невеста, — он обернулся, сияя улыбкой. — Готовься к гастрономическому шедевру!

Она села за стол, укутавшись в его рубашку, и наблюдала, как он возится у плиты. Солнечные лучи играли в вазе с букетом невесты, а за окном шел дождь — редкий для этого времени года.

Поняв, что блины у ее жениха не получаются, Линда все-таки подскочила с места и начала помогать ему. Они вместе готовили их первый завтрак в качестве супружеской пары. Она ловко жарила блины, выкладывая их на тарелку, а он смазывал их маслом и аккуратно сворачивал.

— Ну вот, хотел тебя удивить шедевральным завтраком, а в итоге тебе пришлось спасать его, — усмехнулся Андрей, когда они закончили.

— Я знаю, что ты не очень хороший повар, но за старания спасибо, — кивнула Линда, целуя его в щеку. — Кстати, у меня для тебя тоже есть сюрприз. Хотела о нем тебе рассказать на свадьбе, но не нашла момента. Поэтому вот, говорю сейчас — скоро мы станем родителями!

— Ты… серьезно? — получив кивок от жены, Андрей подхватил ее на руки с радостным воплем: — Ура-а-а, я скоро стану отцом!

Линда рассмеялась, чувствуя себя самой счастливой на свете.

Нет, она никогда не пожалеет о том, что покинула свой мир и выбрала их совместную жизнь с Андреем. Конечно, она очень будет скучать по своей семье, но теперь ее жизнь здесь — рядом с любимым.

Глава 61

Мир Марфар. Ангелина

Закат окрашивал лед в нежные розовато-золотистые тона. Круглое озеро, застывшее под толстым слоем льда, напоминало блестящее зеркало, в котором отражались стройные силуэты сосен, укутанные в пушистые снежные шубы. Воздух был хрустально-прозрачным, каждое дыхание оставляло за собой облачко пара, а мороз щипал щеки, словно колол невидимыми иголками.

Клэйтон стоял на краю льда, его обычно уверенная поза выдавала смущение — пальцы вцепились в бортик из грубо сколоченных досок, ноги в коньках предательски скользили в разные стороны.

Да-да, свидание на льду, которое я так тщательно планировала еще до своего возвращения в родной мир, все-таки состоялось. В прошлый раз оно отменилось из-за убийства служанки, после которого и меня похитили, но теперь нет никаких препятствий.

— Ты уверена, что это необходимо? — спросил он, глядя на меня с подозрением, будто лед был заговором против его достоинства. Черные волосы мужчины оттеняли бледность его кожи, а алые глаза сузились, словно дракон внутри него оценивал угрозу.

Я рассмеялась, легко выписав перед ним восьмерку. Коньки резали лед с приятным шипением, оставляя за собой искрящиеся борозды, похожие на рисунок.

— В моем мире это считается романтичным! — прокричала я, разворачиваясь так, чтобы полы моего мехового плаща взметнулись от ветра. — Представь, ты скользишь, будто летишь, только без крыльев!

Он фыркнул, но шагнул вперед — и тут же едва не рухнул, схватившись за мою руку. Его ладонь, горячая даже через перчатку, сжала мою с силой, от которой я едва не потеряла равновесие.

— Летать я предпочитаю по-настоящему, — проворчал он, но в его голосе прокралась усмешка.

Мы медленно поползли вдоль бортика. Снег вокруг озера искрился под косыми лучами солнца. Я украдкой наблюдала за Клэйтоном: его брови были сведены в сосредоточенной складке, губы поджаты, каждое движение давалось с усилием, будто он сражался с невидимым врагом. Коньки, такие естественные для меня, для него стали орудием пытки.

— Расслабься, — прошептала я, прижимаясь к нему плечом. — Перенеси вес на одну ногу, потом на другую. Как в танце.

— Танцы я тоже ненавижу, — буркнул он, но попытался повторить. Его нога дрогнула, и он вновь замер, словно статуя, боясь пошевелиться.

Я не сдержала смеха. Он посмотрел на меня с упреком, но в его взгляде мелькнула искра азарта.

— Хочешь соревнование? — подзадорила я, вырываясь вперед. — Кто три круга проедет без падений, тот загадывает желание!

Он замер, оценивая условия, потом резко выпрямился, выпустив бортик.

— Ты проиграешь.

Его уверенность была обманчива. На первом же повороте он врезался в сугроб, подняв фонтан снега. Я каталась вокруг, пока он, отряхиваясь, бормотал проклятия на древнем языке драконов. Снежинки застревали в его ресницах, а щеки горели румянцем — он выглядел... живым. Таким, каким я мечтала его видеть: без груза войн, проклятий, без масок холодного герцога.