Кстати, если вспомнить о рыбе — то перед отъездом я заказал Илье живую рыбу. Это был уникальный товар, чуть ли не контрабанда. Живую рыбу перевозить сложно, дорого, и многие города вообще не любят, когда такие вещи уходят за стены.
Потому что еда — это тоже власть.
Было бы неплохо устроить пруд с рыбой рядом с моей деревней. Свежая рыбка — это всегда вкусно. Да и солёная тоже неплохо.
Я поднялся, подошёл к воде и присел у берега. Опустил ладонь к самой поверхности и дал небольшой магический импульс.
Невидимая волна прошла по озеру, ушла в глубину.
Я удивлённо хмыкнул. Рыба здесь всё-таки была, но очень мало. Семь-восемь особей на всё озеро, если я правильно понял отклик.
Одну взять можно.
Я сформировал простенькое заклинание-гарпун. Тонкая энергетическая игла ушла в воду, а через пару секунд я дёрнул рукой, и из озера вылетела серебристая рыбка длиной с ладонь.
Катарина вскочила.
— Это что⁈
— Рыба.
— Ты её поймал магией⁈
— А ты думала, у меня есть удочка в кармане? — усмехнулся я.
Рыбка трепыхалась на траве, сверкая чешуёй. Я быстро её прикончил, почистил ножом, посолил, натёр травами и положил на решётку.
Катарина села рядом и смотрела так внимательно, будто я готовил не рыбу, а создавал редчайший артефакт.
Я поджарил рыбу до золотистой корочки, аккуратно снял с костей кусочек и протянул Катарине.
— Осторожно, горячая.
Она подула и попробовала.
— Ну? — спросил я.
Ведьма медленно прожевала, потом посмотрела на сковородку.
— Можно ещё?
— Нужно!
Она ела с таким выражением лица, будто только что открыла новый смысл жизни. А я смотрел на неё и понимал: раз рыба Катарине понравилась, придётся искать её в большом количестве.
С другой стороны, от Катарины сейчас зависит многое. Очень удачно мне подвернулась такая сильная ведьма.
Но больше всего меня в ней удивляло другое. А именно то, что она была максимально бескорыстная.
Катарина могла бы ставить условия — требовать золото, отдельный дом, служанок, охрану, драгоценности. Могла бы сказать: «Без меня вы все тут загнётесь, так что пляшите». И в чём-то была бы права.
Но нет, она действительно пыталась всем помочь. Заряжала камневарку, подпитывала все мои камни и артефакты. Тренировалась, чтобы защищать людей, которые ещё недавно шарахались от неё, как от чумы.
И ведь многие до сих пор относились к ней настороженно. А она всё равно здоровалась, улыбалась и ни на кого не злилась.
И это, конечно, удивляет…
Глава 14
Леший ехал в деревню донельзя довольный собой и жизнью.
Полномочия получены, рекомендации выслушаны, перстень с красным камнем сидит на пальце. Граф пообещал дополнительный этаж в доме и баню. А значит, отступать некуда.
В деревне он первым делом нашёл главного каменщика. Звали его Павел — здоровенный мужик с седой бородой и потерянным взглядом. Будто он понятия не имеет, как его вообще в каменщики занесло.
— Здорово, мастер, — Леший подошёл уверенно. — Граф меня к тебе послал.
Павел без особого восторга оглядел его с ног до головы.
— И зачем тебя послали? Я вижу, у тебя перстень графа, конечно, но…
Леший слегка опешил.
Он, конечно, знал про перстни. Граф выдавал их доверенным людям, и все в имении понимали, что это значит. Перстни артефактные: снять можешь, а вот надеть обратно — уже только с разрешения графа. Подделать никак. Так что человек с таким кольцом — точно свой.
А этот Павел смотрит на кольцо и сомневается.
— Я теперь ответственный за строительство, — с достоинством сказал Леший. — Должен ускорить его в два-три раза. А может, и в пять.
Павел заржал так, что аж за бока схватился.
— Попал ты, парень! Серьёзно попал!
— Это почему ещё?
— Потому что никак тут не ускорить, — смахнув слезу, ответил каменщик.
— Почему не ускорить?
Павел вздохнул и принялся объяснять:
— Смотри. Рабочих рук не хватает. Нормальных мастеровых тоже. Не в людях дело — люди есть, работать хотят, только все уже при деле. Кто в шахте руду добывает, кто в деревне дома строит, кто стены, кто на других объектах. О них тебе, кстати, рассказывать не буду. Извини, у тебя перстень только с красным камнем. Был бы с зелёным — другое дело. Уровни доступа разные, понимаешь?
Леший кивнул. Понял. Запомнил. Значит, зелёный камень — его следующая цель.
— А вообще, конечно, ситуация сложная. Думаю, ты облажаешься. Но желаю удачи, она тебе пригодится, — закончил Павел.
В итоге он всё-таки позвал строителей, которые как раз должны были отправляться возводить стену вокруг поля.
— Парни! Вот ваш новый начальник, — объявил главный каменщик.
Строители посмотрел на Лешего, и едва ли кто-то обрадовался.
— Это ещё кто такой? Морда разбойничья.
Леший кивнул:
— Да, я был разбойником. А теперь видали что у меня есть? — он поднял руку с перстнем.
Строители сразу как-то изменились в лицах.
— А, ну раз граф кольцо дал, значит, нормальный человек. Нормального человека издалека видно.
Леший улыбнулся, хотя внутри было кисло.
Наговорил он графу с три короба. Теперь хоть из кожи вылези, нужно всё сделать. А как — пока непонятно.
Впрочем, он не унывал. Хочешь хорошо жить — умей вертеться. Будь возможность — он снова выбрал бы тот же путь. Из грязи просто так не выбираются.
А у графа здесь вообще золотая жила. Пробиться можно. Просто делай больше, делай лучше или ищи умный подход — как он сам сделал с посохом, набрав людей для спецотряда графа.
Тогда будет тебе и дом, и баня, и зелёный камень в перстне.
Леший присел на бревно и прикинул, с чего начать.
Чтобы ускорить стройку, нужны мотивированные люди. А таких в деревне сейчас не выцепишь — все уже при деле. Не баб же набирать, это глупо. Работа физически тяжёлая, вот сейчас надо очень много копать, чтобы фундамент для стены вырыть.
Хотя инструмент здесь, надо признать, отменный. Лопаты железные, нормальные, не деревянные, как в иных деревнях.
Блоки вообще Лешего удивили: ровные, как по линейке нарезанные. Раствора чуть-чуть добавил — и держатся между собой намертво.
Граф точно знает, что делает.
Леший подумал ещё немного, и тут его осенило.
Идея пришла такая, что он аж привстал. Жирная идея, просто гениальная.
— Парни! — сказал он строителям. — Вы идите, работайте, а я через день-два вернусь.
— Сбегаешь, что ли? — хмыкнул один.
— Не-не, — Леший широко улыбнулся. — Я за подкреплением! Знаю, где его взять.
Он рассмеялся и бегом направился к коню.
Графа он не подведёт.
И своё, само собой, получит.
* * *
Я сидел под навесом во дворе, без рубахи, с резцом в руках, и думал, что жизнь порой бывает удивительно хороша.
Вот как сейчас. Солнышко светит, прохладный ветерок обдувает тело. А мои друзья-гуси устроили во дворе полноценный парламент, чтобы меня развлечь. Гоготали без конца, будто что-то горячо обсуждали.
В общем, благодать.
Передо мной лежала здоровенная штуковина, работу над которой я уже заканчивал. Деревянный щит два на два метра. Тяжеленный — потому что сделан из массива древесины. Следопыты, бедолаги, неделю по лесу лазили, искали подходящее дерево.
Нашли. Молодцы.
С одной стороны я обил щит жестью и теперь старательно гравировал руны. Мне нужно было девяносто девять штук, ни больше, ни меньше. Каждая — на своём месте, иначе вся конструкция превратится в очень дорогую крышку для колодца.
Я выгравировал последнюю руну, обвёл её замыкающим кольцом и удовлетворённо выдохнул.
— Готово.
Гусь со шипением подошёл поближе и поглядел на артефакт с подозрением.
— Не лезь. Тебя сюда не звали, — сказал я ему.
Гусь посмотрел с таким видом, будто это меня не звали в его двор.
Щит погрузили на телегу и потащили его к шахте. А там нас уже ждали.
