Мастер драгоценных артефактов 4 (СИ) - Майерс Александр

Третий мешок оказался самым интересным. Наверное.

Документы, бумаги, какие-то свитки с печатями и несколько закрытых шкатулок.

Шкатулки я попробовал вскрыть шпилькой — взломщик из меня посредственный, правда, но в жизни всякое бывало.

Понял, что вскрыть можно, но времени уйдёт прилично. Отложил на потом.

Сел разбирать документы.

Несколько штук меня развеселили. Бумаги были старые, большинству лет триста-четыреста. Грамоты на право собственности на какие-то земли, в каком-то городе. Названия города я не знал.

Видимо, либо переименовали, либо его уже не существует. Ладно, разберусь.

Потом я всё-таки взялся за шкатулки. Через час вскрыл первую и присвистнул.

Внутри лежали золотые украшения. С камнями, без камней, простые и сложные. Ожерелья, цепочки, серёжки, кольца, браслеты.

Кажется, один граф только что сильно разбогател.

Хотя для меня лично украшения большой ценности не представляли. Но я знаю, что с ними сделать.

Вытащил тонкий браслет и посмотрел, как он блестит на солнце. Красивая и при этом достаточно скромная безделушка.

Положил браслет в карман, туда же добавил других украшений и пошёл к Катарине.

Она сидела на скамейке и что-то рисовала в тетрадке. Вид у неё был донельзя сосредоточенный.

— Привет, — сказал я.

Катарина захлопнула тетрадь и подняла на меня глаза.

— Привет.

— Держи, — я протянул ей браслет.

Она недоверчиво взглянула на украшение и чуть отодвинулась.

— Это что?

— Премия за хорошую работу.

Катарина медленно протянула руку, взяла браслет и растерянно покрутила его.

Чего это она? Смущается? Ну так не надо.

Мне вот нравится с ней общаться. Она простая, даже немного наивная. В моём родном мире, если бы какой-нибудь мужик столько внимания уделял девушке, дарил подарки и водил на пикники, любая давно бы решила, что он подбивает клинья, и начала бы действовать в ответ.

А Катарина, кажется, искренне не могла сообразить, зачем я это делаю.

А я делал это просто потому, что довольные люди работают лучше. Хочешь построить место, где приятно жить и при этом ничего не делать самому? Сделай так, чтобы людям самим тут нравилось. Тогда они будут стараться на совесть.

Катарина продолжала молчать.

Может, не понравилось?

— Ладно, — сказал я. — Как насчёт этого?

Достал из кармана подвеску в форме дубового листа с изумрудными вставками на тонкой изящной цепочку.

Катарина даже рот от удивления разинула.

— Ты уверен, что это мне?

— Ну конечно. Ты вон какая у нас симпатичная, а украшений почти нет. Любой девушке приятно получить украшение, разве нет?

— Это, наверное, ошибка. Я же…

— Всё нормально. Я тебе уже говорил, что очень тебя ценю. Твоя работа важна. А это — подарок. Так что не отнекивайся.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова, видимо, застряли где-то по пути.

В этот момент мимо проходил Макар.

Старик, надо сказать, в последнее время стал заметно бодрее. С тех пор как я ему дал оздоравливающий амулет и регулярно обновлял в нём камушки, он даже шаркать перестал. Мог теперь ходить бесшумно, как кот, а иногда даже бегал и даже прыгал.

Макарыч глянул на нас, на браслет в руках ведьмы, на подвеску, и улыбнулся.

— Мне кажется, вам эти украшения к лицу, госпожа. И вам стоит их принять.

— Но это же… — начала Катарина.

— Решать, конечно, вам, — мягко сказал старик. — Но мне кажется, граф это всё делает от чистого сердца.

Катарина вздохнула. Посмотрела на украшения и, наконец, кивнула.

— Хорошо. Спасибо, Леонид, — щёки у неё слегка покраснели.

А Макарыч улыбался от уха до уха. Я даже на секунду засомневался — может, я что-то не то сделал? Хотя нет, вроде все довольны.

Я развёл руками.

— Ну вот. Замечательно. Теперь я самый счастливый мужчина на свете — от меня приняли подарок.

Катарина фыркнула и покраснела ещё гуще, а Макарыч тихо засмеялся.

Ну а я пошёл обратно в мастерскую.

Раз все довольны, то и я доволен. Спокойные деньки рано или поздно закончатся — по опыту знаю. Кто-то обязательно припрётся. Что-то вдруг взорвётся. Кого-то понадобится спасать.

Но это потом.

А пока у меня есть время спокойно позаниматься любимым делом и собрать какой-нибудь очередной классный артефакт…

Силантий разбойником себя не считал.

Ну то есть как. Жил ли в лесу? Жил. С бандитами водился? Водился. Если надо, мог дубину взять и рядом постоять с грозным видом. Но по-настоящему разбойничать у него как-то не получалось.

Силантий всю жизнь проработал конюхом, и в банде продолжать делать своё ремесло.

Лошадь — существо честное. А человек может улыбаться, а сам уже думает, как бы тебе поудобнее нож под ребро сунуть.

Так что Силантий предпочитал лошадей.

Сейчас он сидел на берегу речки, чистил от ржавчины старую подкову и смотрел, как вокруг собралась целая толпа таких же лесных счастливчиков. Человек восемьдесят, не меньше. Из разных банд, из разных мест. Кто-то портки стирал и матерился, что вода холодная. Кто-то просто валялся на траве, закрыв глаза. Кто-то спорил о том, у кого атаман глупее. А Митька Рыбий Глаз сидел с самодельной удочкой и пялился на воду так, будто надеялся, что ужин сам на берег выпрыгнет.

— Слушай, — сказал ему кто-то. — Ты ещё не оставил эти надежды на рыбу? Рыба — миф.

Народ вокруг заржал.

— Рыба для господ, — добавил Вася Длинный. — Она для нас здесь не водится.

Митька насупился.

— Попробовать никто не мешает.

— Ну ты хоть наживку тогда насади! — крикнули ему.

Разбойнички снова засмеялись. Даже Силантий усмехнулся.

Со стороны тропы послышался стук копыт.

Разговоры сразу стихли. А вскоре из-за деревьев показался Леший со своими новыми дружками.

И вот это, конечно, было то ещё зрелище.

Не тот Леший в драной куртке, которого Силантий когда-то знал. Теперь это был неплохо приодетый, уверенный в себе засранец на неплохом коне. У него на пальце даже перстень какой-то блестел, с камнем. А к седлу был приторочен посох, и Силантий уже знал, что это не просто палка, а магическая штука.

Следом за Лешим ехали четверо, и тоже далеко не оборванцы. Мечи, по крайней мере, точно не дешёвые и наверняка очень острые.

Леший оглядел толпу и широко улыбнулся.

— Ну как, вы все подумали о моём предложении?

Силантий вздохнул. Предложение, да.

Этот парень каждому из них сделал предложение, от которого, как он сам говорил, нельзя отказаться.

Хотя отказаться как раз можно было. Только вот после этого предстояло вернуться обратно в лес, к пустому котлу, мокрым порткам и надежде, что ночью посреди лагеря не вылезет жук.

А предложил им Леший нечто очень странное.

Они все когда-то ушли в лес, чтобы жить свободно и никому не подчиняться. А он звал их переселяться в деревню, которая находится хрен знает где, и там к тому же правит граф.

Аристократов никто не любил. Да и за что их любить? Напыщенные индюки, налог с людей дерут, а от самих толку мало. Власти у них настоящей давно нет, аристократия — пережиток прошлого, это даже самые дремучие крестьяне знали. Но Леший говорил так уверенно, что если они туда придут, то не пожалеют.

— Слушай, — крикнул кто-то из толпы, — тут восемьдесят человек. Ты уверен, что всем рассказал? Или здесь лишние затесались?

Леший пожал плечами.

— Вообще-то я сказал большему количеству людей. Но вы — все, кто пришли.

— Да ладно, — фыркнул бородатый мужик. — Ты реально считаешь, что мы дураки? Что нас никто не будет преследовать за прошлое? Позволят жить в месте, где есть нормальная работа, кормят, жильё выдают? Ты что, детских сказок наслушался?

Леший засмеялся.

— Почему детских? Я сам такие в таверне часто слушаю. Приятно хоть пофантазировать иногда о нормальной жизни.

Народ снова заржал.

Леший дождался, пока шум уляжется, и поднял руку.