Ты вправе сказать, что и до возрождения магии артефактора могла наделять питомцев новыми способностями, но это все мелочи, потому что силы ты тратила мало, и способности были слабые. Сейчас ты сможешь наделять крупных животных особенностями, которые нужны тебе, а не спонтанно, как раньше. И самое главное, ты сможешь создавать связь между животным и магом. Стать создателем фамильяров — каково, а⁈
Кстати, могу предположить, когда начала просыпаться твоя магия артефактора. Как думаешь, угадаю? А сама можешь выдвинуть версию?
Я сглотнула вязкую слюну и отрицательно покачала головой, хотя в глубине души уже знала ответ. Та девушка, Каита-Катастрофа, совершенно не причем, вернее, может, она и поспособствовала тому, что наш портал открылся в Кронстоне, а не в Кротштоне, но вот точно не она была виновата, что в этой академии начали менять размеры две мантикоры. Надеюсь, что только две.
Моя магия проснулась…
— Твоя магия начала пробуждаться из-за пересечения границы между королевствами! Только, пожалуйста, не слишком далеко забредай в своем путешествии — сначала привыкни к тому, что уже есть, ведь не обязательно быть королевских кровей, чтобы способствовать появлению аномалий. И самое главное — не злись, не бойся, не тоскуй — все это отрицательно влияет на твой магический фон, а значит, и на окружающих.
Хороший совет, но что делать, если я уже пересекла не одну границу, а целый океан? И как взять в узду те эмоции, от которых магия выходит из-под контроля?
Глава 55
Эмоции под контролем
Эдера
С того момента, как Итан предположил, а Ягель из письма деда подтвердил, что проблемы мантикор в изменении размера связаны с моими отрицательными эмоциями, прошло две недели. Кажется, яуподобилась виасерской нимфе лэс Маршелин, всегда собранной, сдержанной, холодной до истерики.
Эмоции во мне бурлили, кипели, нагнетали давление, словно в закупоренном со всех сторон котле с медленно подогревающемся внутри зельем, и, кажется, грозили взорвать меня изнутри, словно фаербол в неопытной руке адепта-огневика. Снаружи я была кремень: неподвластная давлению извне тысячелетняя глыба, но меня раздражало буквально все — от радостного лица Долли, прибежавшей с очередного свидания с Лочем, до довольного лица ректора, неожиданно для всех получившего в фамильяры моего лемура.
Последнее, вообще, случайно получилось, ведь не считать же специальным мой нелогичный всплеск, когда ректор Такстен сообщил, что хотел бы пригласить Нери в семью ректора, чтобы к лемуру привыкли домочадцы. Подумаешь, немного не сдержалась, заявив, что будь Нери фамильяром ректора, никому бы в голову не пришло, что к лемуру нужно привыкать. Фамильяр — это же часть мага, как рука, нога или голова, все рассматривается в комплекте, а не по частям.
Долли раздражала свои метаниями: то она хочет продолжать отношения с Лочем, то своим поведением предает доверие жениха — определилась бы что ли окончательно.
Мантикоры раздражали своим непостоянством, вернее, постоянством в изменении размера. И дня не проходило, чтобы эти двое не поменяли размер раза два или три.
Итан порой бесил, вот честно. То просил к мантикорам не походить, то наоборот, предлагал позлиться, чтобы Руффи приняла свой крупный размер и позанималась в ним воздушным боем в команде таких же самоотверженных на всю голову боевиков. Спрашивается, чем ему не угодил грифон? Видите ли, не тот боевой опыт и нет лидерских качеств. Вот как можно понять про лидерские качества, если он на грифоне летал от силы полтора раза, в остальное время Руффи заявлялась на полигон и требовала к себе внимания. Дошло до того, что вся команда на меня взъелась и заявила, чтобы я не появлялась на тренировках, потому что Итан становится дерганый, магические животные не слушаются и выходят из-под контроля, а Руффи вовсе саботирует тренировки. И вот почему во всем этом обвиняют меня, если я всего лишь тихо сижу на трибунах и никого не трогаю, даже не комментирую, даже советов не раздаю, как эта противная Пени.
О, боги, эта рыжая Пени раздражала больше всех. Вроде делает вид, что смирилась и не вешается на Итана, но кто ей поверит? Ну, вот точно не я. Эта девица просто притворяется, что все осознала, приняла и идет дальше. НЕ ВЕРЮ!
— Эди, ну что ты дергаешься на эту рыжую, а? — Клар кокетливо улыбнулась мимо проходящему адепту, а тот едва не растерял свой завтрак, споткнувшись на ровном месте. Я даже с интересом посмотрела на соседку по комнате, чтобы понять, что в этом оскале хищного иноземца так сбивает парней с ног. Вроде ничего устрашающего сверх меры — к такому в боевой академии должны получать иммунитет еще на первом курсе.
— Действительно, Эди, она — прошлый век, — вступила в разговор Долли, уже целых пять минут сканирующая столовую хмурым взглядом в поисках Лоча. — Я слышала, что эта девица категорически была против проживания в гарнизоне Шаяг после окончания академии. А у Итана это семейное призвание: один член семьи сменяет другого в гарнизоне после получения диплома. Я смотрела на карте — это где-то в северных горах, где аномальные порталы. Не представляю, кто туда согласится отправиться добровольно — это же зад…кх-м, задворки королевства. Поговаривают, что эта Пени специально закрутила роман в прошлом году с адептом из Сваренена, чтобы на летнюю практику ее отправили к якобы жениху, а не в этот Шаяг.
Подруга сделала многозначительную паузу, намекая на некоторые обстоятельства, при которых обычный адепт по обмену превратился в «жениха», а мне стало неловко, ведь я еще помнила тот разговор в библиотеке, что мог в дальнейшем испортить репутацию мне, хотя там были сплошные фантазии четырех недалеких девиц.
— Не стоит распространять сплетни, Дол, если ты не держала свечку, — излишне грубо оборвала я подругу, чем вызвала недоумение во взглядах не только за нашим столом, но и за соседними.
К слову, за одним из соседних столов, как оказалось, сидела эта Пени и внимательно нас слушала. Мы встретились взглядами, и к моему удивлению я в ответ получила учтивый кивок и благодарную улыбку. Даже тряхнуть головой захотелось, отгоняя наваждение.
За нашим же столом зависла напряженная пауза, потому что Долли явно обиделась, Клар пыталась понять, что из всего сказанного необходимо запомнить, а остальные сокурсницы просто не знали, чем заполнить паузу, потому что до нелепого хотели узнать, правда ли то, что рассказала Долли.
— А вы знаете, что сегодня вывесят списки тех, кто отправится на летнюю практику в гарнизоны? — попыталась сменить тему Ада, поправляя на носу сползающие окуляры.
— Нам-то это зачем? — фыркнули вместе Долли и Клар, обозначая простую истину, которую мы все на курсе знали: наша практика пройдет в Соверене либо в одном из корралей, либо в мастерской артефактора. Кстати, совершенно не важно, какое у нас направление магии, ведь в обозначенных местах с распростертыми объятиями встретят и бытового мага, и зоомага, и артефактора.
— Вы разве не в курсе? — к столу подошла рыжая Пени, рядом с идеальной красотой которой все девочки за столом почувствовали себя неуютно. — Ваш курс же зачислен на обучение в Кронстон до нового академического года, а значит, практику вы будете проходить тоже в нашем королевстве на общих основаниях со всеми. Кстати, не помните, какой у вас рейтинг по итогам обучения здесь?
И кинув этот чрезвычайно взрывоопасный «фаербол» в нас, рыжая злюка пошла дальше, а парни вокруг принялись сворачивать голову ей вслед, чем окончательно расстроили Клар, пытающуюся строить из себя роковую красотку.
— Вот точно грымза! — скрипнула зло Клар и повернулась ко мне. — Ты совершенно права, Эди, что не доверяешь ей — такая пройдет по головам и не споткнется.
В ответ ей была полуночная тишина погоста, потому что абсолютно все, и даже я, достали из сумок свои рейтинговые листы и принялись их изучать.
Кто-нибудь скажет, каким должен быть рейтинг, чтобы попасть в гарнизон Шаяг?
