Лесная фея (СИ) - Вайз Мариэлла

- Тёмных вихрей больше нет. И светлых тоже. Всё хорошо, - это шоршик, прелестное магическое существо, матушка моего Лапочки.

Лапочка прижался к своей матушке и смотрит на меня счастливо сверкающими глазками.

- Они превратились в звёзды? - спрашиваю я.

Я не знаю, откуда во мне знание сие. Про звёзды. И про вихри, светлые и тёмные, про страдания их. И про огонь... Я вспоминаю всё!

- Тихо, тихо, - это уже батюшка моего Лапочки, - огонь подшутил над тобой, посмеялся...

Тихо, всё хорошо, это шутка была, гм. Шуточка...

- Да как ты объясняешь, отец! Я чуть с ума не сошла, пока слушала тебя! - это матушка.

Лапочки..- Огонь силу твою призвать хотел, деточка, дабы силу Этона приумножить и свою собственную. Сила требовалась великая, дабы вихри могли мир наш покинуть, соединившись навек. Сила твоя требовалась вся до капельки. А до капельки лишь в гневе великом. Вот и подшутил безобразник магический.

=

Ах, огонь... Я вспоминаю вдруг величие стены красоты невиданной. И как оберегала стена эта милого моего. Как слепа я была... Словно в ответ на воспоминание сие вдруг все краски радуги огнём вспыхивают, освещая нас светом алым. Напоследок.

Гаснет радуга. Последние блики, мигнув, исчезают. Существует поверье в народе нашем.

Ежели загадать желание при лицезрении радуги брачной, непременно сбудется желание сие...

А кое желание могут загадать девицы? Молодые и красивые. Желание получить мужа достойного.

О Триединая! Мечется душа моя, выход ища. Выход, нет которого.

Я смотрю на чистые невинные лица девиц, защитить мою честь явившихся, не допустить нахождения наедине с мужчиной более двадцати минут разрешённых. 0, какой позор грядёт на свадьбах их! О, что же делать мне?! Помоги, Триединая сестра! Помоги рабе твоей недостойной!

Глава 68

Этон.

Весь мир один праздник. Люди ликуют, веселятся. Временно отменены преграды на государственных границах. Вино льётся рекой и плохое, и хорошее. Удержать людей в рамках в этих условиях не под силу, да и незачем. Всеобщая любовь воцарилась на земле нашей. Потом, понятно, эйфория пройдёт, и покатится жизнь чередой своей.

На земле гермесов праздник не прекращается ни днём ни ночью. Напротив, по ночам ни одного гермеса не застать в стенах дома его. Все как один высыпают они на улицу и жадно смотрят в небо звёздное, на колени падая и простирая руки свои к небесам.

Вся страна ждёт рождения первого ребёнка, кой родиться должен после начала жизни новой, жизни без вихрей, жизни небес безопасных. При будущей матери постоянно дежурят несколько гермесов из тех, кои ипостась имеют крылатую, дабы сопроводить малыша в небеса и дать навыки полёта первые малышу беспомощному.

Гермесы, имеющие ипостась крылатую, это те, коим пришлось в своё время преодолевать стену огненную на границе с королевством нашим. Соответственно, нашлись и все наши похищенные в своё время подданные. Все счастливые, весёлые и довольные.

Все, прожившие жизнь, по словам их, прекрасную.

Все имеют крепкие семьи, любящих мужей, детей. Есть даже те, кто имеет и внуков, то бишь, уже бабушки. Кстати, как раз невестка одной из наших бывших подданных и собирается в ближайшее время осчастливить народ сей.

Несколько дней была сущая кутерьма с воссоединением семей. Очень помог мой почти тесть.

Господин Зэйниц обладает поистине незаурядными организаторскими способностями.

Конечно, первые пару часов он не мог наслушаться, как говорит дочь его, любовался на дитё своё на выпуская из своих рук её нежную ручку. Мицариэлла плакала. Потом улыбалась. Потом они смеялись чему-то. Я отчаянно завидовал.

По сохровым законам нашего королевства я имею право всего лишь на половину часа в день общения со своей милой, и то в присутствии её верных стражей, всей толпы спасённых ею девиц.

Но Роттенвальду ещё хуже. Он пока не обручён со своей Алисией и имеет право всего лишь на четверть часа.

Но я постоянно смотрю на милую свою издали. Что-то гнетёт её, что-то тревожит.

Попросила милая моя отсрочить день свадьбы нашей, попросив верить ей и не спрашивать причины просьбы сей. Удивила тем самым даже отца её, господина Зэйница. Удивила и мою тётушку, и мою матушку, кои примчались порталом, к свадьбе готовые.

Тётушка взбудоражена до крайней степени, вся в ожидании торжества в нетерпении.

Отец мой, моей милой представленный, сказал, что серьёзная девица она, нашей семьи достойная и что одобряет он выбор мой и безмерно рад ему. И что раз Мицариэлла хочет отсрочить день свадьбы нашей, значит, на то есть причина достойная.

Посему и Роттенвальду отказала в обручении с Алисией моя милая. Отсрочив сие событие в связи с причиною тайною. Удивив тем самым и отца Алисии, барона де Брюхенденда, кой, обретя радость воссоединения с дочерью, был бы рад вновь расстаться с ней, отдав в супруги наследному принцу гермесов. Роттенвальд получил согласие барона без проблем.

А вот с моей милой, как с госпожой Алисии, неожиданно получил сильнейшее разочарование. Но госпожа Майрони, крёстная Роттенвальда, говорит, что причины у великих волшебниц, коей является моя милая, могут быть самые различные и не нам пытаться вникнуть в них. Я согласен с ней. Кто я такой, чтобы противиться решениям милой моей. Правда, Роттенвальда мне жаль. Не обладай моя милая авторитетом столь великим у вассалов своих, уверен, преступил бы запрет Роттенвальд, не думая.

Моя милая постоянно шепчется о чём-то с шоршиковской девчонкой, прогнав мужика шоршика и даже своего Лапочку, кой крутится около неё постоянно, частенько изображая пушистый шарфик на нежной шейке моей милой. Я ему отчаянно завидую в моменты сии...

Глава 69

Этон.

Моя милая вместе с шоршиковской девчонкой создали коалицию с моей матушкой.

Началось с того, что моя милая в сопровождении шоршиков подошла к моей матушке и смиренно попросила об аудиенции.

После чего теперь уже они втроем горячо обсуждают что-то. Моя милая даже плакала один раз. А матушка обнимала её и улыбалась при этом. Тётушка находится просто в невероятном возбуждении, желая узнать тему бесед их. Но к моей матушке как подъедешь, так и отъедешь. В этом смысле моя матушка, конечно, кремень.

Я спокойно отношусь к ситуации сей. Я вижу её, она любит меня, я знаю, она будет моей.

Если хочет она, я подожду столько, сколько моя милая скажет. А пар спустить можно и в тренировочных боях. Роттенвальд ожидаемо оказался более чем достойным противником.

Он, оказывается, тоже с детства рубится на магических мечах.

Так что мы с ним довольно-таки неплохо проводим время, когда выдаётся свободная минута. Счёт у нас равный. Стабильно один раз побеждает он, один я.

Но сегодня лёд наконец-то тронулся. Секретная коалиция подошла ко мне в полном составе и попросила сопроводить их в небольшую рощицу, что находится невдалеке от поместья Роттенвальда. 0, да я с радостью! Я использовал уже сегодня мои пятнадцать минут и не ждал такого подарка от дня сегодняшнего.

Одной из лучших была в жизни моей прогулка сия. Моя матушка авторитетом своим заменила толпу девиц преданных. И мы идём втроём! Всего втроём! Вернее, вчетвером, конечно. Ещё шоршик. Девчонка. Они с моей матушкой подарили мне лучший подарок в жизни моей. Матушка с шоршиком идут чуть впереди, и мы словно вдвоём с милой моей.

Мы смотрим, улыбаясь, друг на друга и насмотреться не можем. Нам не нужны слова. Всё говорят глаза наши...

Но всё хорошее когда-то кончается. Сколь короток оказался путь наш. Слишком быстро достигли мы цели нашей сей небольшой солнечной рощицы. Тоненькие деревца приветствуют нас шелестом изумрудно-зелёных листьев. Их цвет столь похож на цвет глаз любимой моей.

Я говорю ей об этом тихонько, она улыбается мне, глаза её сверкают ярче звёзд, что поселились отныне на небосводе нашем. Но матушка с шоршиком жестоко намерены прервать наше относительное уединение.