— Лорд Виктор, — прогудел бронированный гигант, вооружённый двуручным мечом.
— Виктор Игнатьевич, — склонился в поклоне его спутник в старомодном костюме.
— Сэр Мордред. Бенедикт. Анна не с вами?
— Увы, я перестарался, — учтиво сказал Бенедикт, вновь кланяясь. — Мои силы достигли той точки, когда стал бо́льшим, чем половина целого, и кошмар воспринял меня за целое. Но госпожа неподалёку — полагаю, там же…
Очередной призрачный вопль прозвучал совсем близко — можно сказать, над ухом, и на разговоры резко не осталось времени. Теперь за нами троими проходил след, по которому можно было проложить ещё одно шоссе. Я в очередной раз поразился могуществу рыцаря Авалона — похоже, за те тысячи лет, что он блуждал по измерению кошмаров, то не смогло найти ни одного надёжного способа, чтобы от него избавиться. Все чудовища неизменно оказывались слабее или глупее, раны его не беспокоили, равно как и голод с жаждой. А уж что касалось мощи разума, способного сохранять здравый смысл спустя бесконечное путешествие сквозь натуральный ад…
Хорошо хоть наш текущий забег оказался сравнительно коротким. Спустя минут пять мы с разбегу вылетели на обширную прогалину посреди леса, с небольшим холмом в центре. На холме возвышалось здание — но не жилое, а что-то вроде старой научной станции с длинной металлической мачтой, уходящей выше вершин самых высоких сосен. Я отвесил себе мысленный пинок за невнимательность — мог бы и заметить, когда летел над лесом.
А вокруг станции разворачивалась эпическая картина: Анна и Кас методично уничтожали целый культ во главе с древним богом.
Сектанты представляли собой разношёрстую толпу, объединённую лишь одной деталью — выжженной на лбу загогулиной, символом принадлежности к культу. В остальном — среди них мелькали бомжи в обносках и бизнесмены в дорогих костюмах, а оружие разнилось от «розочек» из бутылок до современного вида дробовиков.
Надо заметить, ни то, ни другое им не особо помогало.
Зато позади разъярённой толпы возвышалось что-то неописуемое — то ли оживший пень столетнего дуба, то ли сухопутный спрут с оленьими рогами, то ли просто скопление хтонической энергии, не имеющее определённой формы. Оно не вмешивалось в сражение напрямую, но медленно перемещалось от одного трупа сектанта к другому, возвращая их к жизни одним касанием.
А новые трупы прибавлялись с завидной скоростью.
Вокруг научной станции носилось размытое белое пятно, оглашающее округу знакомыми призрачными воплями. Каждый вопль отправлял на тот свет от двух до пяти фанатиков, заставляя тела скатываться к подножию холма. Те, кому удавалось-таки забраться, вдруг выгибались и застывали в неестественных позах, выворачивая шеи и ломая позвоночники. У других попросту отрывались конечности, а иногда и лопались головы — Анна трудилась, не покладая рук. Временами сектанты начинали палить наверх из огнестрела, но без малейшего результата. Кас в форме баньши была неуязвима для физического урона, а Анна, видимо, хорошо пряталась. Если бы не рогатый спрут, нападающие бы кончились ещё с полчаса назад.
Мне не требовалось заново поедать плоть обитателей кошмара, чтобы понять — и сектанты, и их безумный бог являлись скорее одним целым, чем набором разных тварей. Эдакий «ивент» в ключевой точке, который, возможно, вовсе не подразумевал окончательной победы. Накатило лёгкое чувство дежавю — когда Анна и Кас уже сражались вместе против ржавых дуллаханов. Но там на нашей стороне была сама Полночь, а здесь…
— Цель в текущем кластере? — спросил я, прикидывая в уме расстояние до толпы у подножия холма.
— Изъять ядро из нужной зоны, — без запинки откликнулся Бенедикт. — Поместить ядро в нужную зону.
Помощник Анны склонился и вдруг снял свою вечную шляпу — впервые на моей памяти. Внутри неё пульсировало и вращалось что-то неопределённое, но странным образом имеющее смысл. Похоже, пока я отбивался от науськанных Гримёром тварей, Бенедикт с Мордредом не теряли времени зря.
— Не прикасайтесь к плоти Несущего скверну, — прогудел Мордред с другой стороны. — Он обладает силой послать вас в иной кластер в одиночестве. Я проложу к вам дорогу, но на это уйдут недели.
В этот момент кто-то из сектантов заметил, что к девушкам пришло подкрепление, и решил, что из нас получатся лучшие мишени. Но я уже летел вперёд, слишком быстрый, чтобы в меня могла попасть любая пуля, и каждый мой удар обращал нового врага в кровавую кашу. А следом уже наступали Мордред и Бенедикт, каждый обладающий собственной формой неуязвимости. С древним богом или нет, дни культа во втором кластере кошмара были сочтены.
Если Князь в Жёлтом в самом деле хотел на меня надавить, ему нужно было явиться лично. Никто из его приспешников не способен меня остановить — даже посреди измерения, послушного его мрачной воле. Даже когда я один, а не окружён верными союзниками.
К несчастью, между нами и Авалоном всё ещё лежал третий кластер кошмара. И владыка Йхтилла вполне мог прийти к тому же самому выводу.
Глава девятнадцатая
На этот раз убежище между кластерами выглядело, как несколько связанных помещений в той самой научной станции — судя по всему, метеорологической. Как и в случае с «нормальной» версией жилой квартиры, здесь можно было выглянуть из окна и насладиться видом сонного утреннего леса. Чисто, спокойно, без монстров, маньяков, ошмётков сектантов и их отвратного божества.
Я так и не смог как следует его разглядеть, но ничуть об этом не сожалел.
После побоища оно передумало воскрешать своих поклонников и медленно втянулось в землю, оставив за собой булькающую смоляную яму. По словам Мордреда, Несущий скверну некогда входил в число низших Знающих, но слишком увлёкся изучением кошмара и оказался поглощён им без остатка. Нам повезло — версия, которую мы наблюдали в конце второго кластера, была одной из самых пассивных. «Сытых», если точнее.
— Давайте задержимся тут подольше, — сонно пробормотала Анна, крепко обхватывая мою левую руку. — Авалон никуда от нас не уйдёт.
— Не дольше пары недель, — так же сонно откликнулась Кас с другой стороны, симметрично взяв в заложники мою правую руку. — Иначе может не хватить припасов…
Мне не дали даже времени подумать над ответом — спустя секунд пять верхний этаж метеостанции обратился в сонное царство. Мордред и Бенедикт во сне не нуждались и дежурили где-то снизу, а вот мы с девушками вымотались до предела. Пока я разбирал на запчасти «минибоссов» в доме посреди полей, Кас и Анна прогрызались через лес с другого конца. Станция, окружённая сектантами, была лишь последней их остановкой — до этого пришлось зачищать старое кладбище и закрытый детский лагерь у озера. Согласно синхронному мнению обеих девушек, лагерь оказался в разы хуже.
Это был уже второй раз, когда я мог только молча поражаться, насколько «спелись» кастелян и эмиссар Полуночи. Раньше их отношения можно было назвать в лучшем случае натянутыми — Анна и Кас знали о существовании друг друга и здорово ревновали. Но измерение кошмаров показало себя как великий уравнитель, заставляя забыть о вчерашних дрязгах, хотя бы и на время. Вместо того, чтобы ломать голову, как удержать от взаимного смертоубийства двух моих любимых женщин, я мог сосредоточиться на вопросах выживания всего отряда.
И я был за это бесконечно благодарен.
К несчастью, оставаться в убежище две недели мы не могли себе позволить. Даже неделя не годилась, хотя припасов у нас оставалось с головой. И причина, по сути, была прежней — опередить Князя. Теперь он не только знал, где я нахожусь, но и заново на меня обозлился. Недостаток его пристального, личного внимания мог объясняться только важными делами где-нибудь на окраине великой паутины, иначе бы незачем было посылать Гримёра. А вот теперь, после очередного моего наглого отказа заключать союз, приоритеты владыки Йхтилла могли резко поменяться.
