Изгой Высшего Ранга VII (СИ) - Молотов Виктор

— Принесите артефакт, — попросил я Басина. — Я попробую разобраться, но не хотелось бы это делать на виду у всей академии.

Начальник охраны вопросительно посмотрел на ректора, и Станислав Никанорович коротко кивнул. Басин вышел и через пару минут вернулся с диском в руках. Отдал его мне.

— Степана Геннадьевича позвать? — тревожным голосом спросил ректор. Было видно, что он всерьёз переживает за студентов.

— Сначала дайте мне минуту. Возможно, смогу справиться сам.

— Хорошо, но поторопитесь, — нервно ответил он.

Я повернул диск в руках и мысленно обратился к Системе: можешь отследить траекторию перемещения?

[Анализ…]

[Защитная вязь артефакта: видоизменена]

[Причина: внешнее энергетическое воздействие, частичное повреждение рунического контура]

[Точка выхода: смещена]

[Определение новых координат…]

Всё это время я старательно делал вид, что изучаю руны. Крутил диск, щурился, водил пальцем по контурам — в общем, изображал сосредоточенного артефактора. На самом деле внешне никаких отличий от того, что мы с Кротовским создали, видно не было.

А вот на энергетическом плане, через Абсолютное восприятие, картина была другой. Микроэнергетические повреждения в нескольких рунах, едва заметные трещинки в структуре. Наверняка это Маша: она не смогла полностью сломать печать, но чуть-чуть изменила её свойства. Достаточно, чтобы сместить точку выхода.

Ну, для А-класса пространственного мага — это даже впечатляет. Печать-то рассчитана на то, чтобы выдерживать взлом.

[Анализ завершён]

[Траектория определена]

[Новые координаты: подвальное помещение корпуса общественного питания, секция холодильного хранения]

Морозильная камера столовой. Ну прекрасно, по крайней мере не женский туалет.

— Я знаю, где они, — сказал я ректору и Басину. — Сейчас всех верну.

Открыл портал. Юрашев и Басин переглянулись, но шагнули следом за мной, не задавая лишних вопросов.

Мы вышли в морозильной камере кухни столовой. Клубы холодного воздуха ударили в лицо, стеллажи с замороженными продуктами уходили вглубь помещения. Лампа под потолком мигала, освещая пространство рваным жёлтым светом.

А на полу между коробками с пельменями и мешками замороженных овощей сидели трое студентов. Маша, парень из стихийного класса и девушка-артефактор. Все бледные, с красными носами и заиндевевшими бровями.

Девушка-артефактор обнимала себя руками и стучала зубами. Парень-стихийник сидел, прислонившись спиной к стеллажу, и пытался согреть руки огнём, но от холода магия шла нестабильно — из пальцев вырывались жалкие искры, которые тут же гасли.

А Маша встала по центру камеры, скрестив руки на груди, и выглядела так, будто это не её заперли в морозилке, а она сама сюда зашла и просто ждала, пока за ней придут.

— Ну наконец-то! — воскликнула она, увидев нас. — Я думала, тут кони двину!

— Да мы сидим здесь всего десять минут, — раздался голос парня-стихийника. — Хотя здесь так холодно, словно маги льда поработали.

— Вообще-то так оно и есть, — подтвердила девушка из класса артефакторики. — Эта камера на заряженных магией льда кристаллах работает.

— Всё равно десять минут при минус двадцати — это уже за гранью! — отрезала Маша. — Холод плохо влияет на мою кожу! И вообще, что у вас за место перемещения такое? Морозильная камера⁈

Вместо ответа я лишь улыбнулся.

Не объяснять же ей, что по плану должна была быть камера. Настоящая. Холодная. С решётками и крысой, которую никто не собирался ловить. Так что морозильник — это ещё гуманный вариант.

— Идём, — я указал на портал, что вёл обратно за кулисы.

Парень-стихийник первым рванул к нему.

— Ну наконец-то тепло! — выдохнул он и исчез в портале.

Студентка из артефакторного класса обернулась на Машу перед выходом. Та стояла неподвижно, скрестив руки на груди. Она помялась секунду и тоже прошла.

— Мария Вячеславовна, — строгим голосом начал ректор. — Прошу вас вернуться в зал. Сейчас не время показывать свой характер.

Маша тяжело вздохнула. Она была неглупа и понимала, что ректор прав. Но всё равно выдержала паузу — секунд пять, не меньше. Принципиальная. Потом всё-таки прошла в портал, гордо подняв подбородок.

Перед тем как выйти самому, я повернулся к ректору:

— Энергетическая вязь печати повреждена. Лучше отложить испытания на пару дней, пока Кротовский не разберётся и не усилит защиту.

— Кротовский? — делано возмутился Юрашев. — А почему не вы?

— Потому что с меня пространственная магия, с него — руны. Так мы договорились, — пожал я плечами.

— Ладно, — вздохнул ректор.

Мы вернулись за кулисы. Потом я закрыл портал и сел на своё место в зале.

— Ну что там было? — с любопытством спросил Саня.

— Да ничего особенного. Студентов переместило не туда, куда надо.

Все обернулись к Маше, которая уже вернулась на своё место позади. Она вздёрнула нос и демонстративно отвернулась, показывая, как обиделась.

Но я-то уже хорошо её знал. Через пару часов отойдёт. Это не как с тем случаем с «лампочкой», где обида вышла серьёзная.

Ректор тем временем снова поднялся на помост. Одёрнул пиджак, пригладил волосы. Весь его вид говорил: «развлечение закончилось, начинается серьёзная часть».

— Внимание! — его голос перекрыл гул зала. — Испытания временно приостанавливаются. Дата возобновления будет объявлена в общем чате академии. У каждого из вас до конца семестра будет не одна возможность испробовать себя на печати. А сейчас — пора на занятия.

Зал недовольно загомонил. Что было ожидаемо. Только разогрелись — и на тебе.

— Но мы же ещё не все попробовали! — крикнула девушка из второго ряда.

— Я даже в очередь не успел встать! — поддержал её кто-то сзади.

— А можно я ещё раз попробую? Прямо сейчас? — выкрикнул тот парень, которого мы только что из морозилки достали.

— Покровский, — ректор даже не повернул головы, — вы попробуете, когда артефакт будет готов. А сейчас — на занятия. Все. И я крайне не рекомендую проверять моё терпение.

Тон был таким, что даже самые смелые заткнулись.

Студенты нехотя поднялись с мест и потянулись к выходам. Кто-то обсуждал увиденное, кто-то строил теории о том, как взломать печать. Ставлю на то, что к вечеру в академическом чате появится десяток «экспертных» разборов с абсолютно неправильными выводами. Люблю такое читать.

Мне тоже предстояло идти на пары. Вообще общеобразовательных предметов у меня осталось немного — большую часть учёбы занимали тренировки, а из теории — в основном физика с высшей математикой.

Раньше я негодовал по этому поводу, не понимая, зачем боевому магу интегралы. А теперь понимал, что для создания Системы нужна математика. И даже стал лучше воспринимать материал. Стал быстрее разбираться и усваивать.

На прошлой паре преподаватель по физике даже похвалил, потому что я решил задачу с первого раза. Впервые на его памяти.

Хотя, возможно, сказался опыт меня самого из будущего, который я частично перенял через Систему. И ведь это только малая часть того, что можно у неё взять. Однако рисковать своим сознанием до девяностого уровня я желанием не горел.

Последними двумя парами как раз была высшая математика. После неё я вышел из корпуса и неспешно направился через парк в столовую, когда заметил у КПП большое столпотворение.

Ну что за день сегодня? Как-то слишком много ярких событий.

Я подошёл поближе, но из-за толпы ничего не было видно. Студенты стояли плотной стеной, вытягивали шеи, некоторые даже на цыпочки поднимались.

— Что происходит? — спросил я у ближайшего парня.

Тот обернулся, и глаза у него стали размером с блюдца.

— Так это… сам Андропов приехал! Второй маг S-класса в России! После… — он замялся, посмотрел на меня, узнал, — после вас, Глеб Викторович. Ну, в смысле… Уже не уверен, кто первый, кто второй, — закончил он совсем тихо.