Старый, но крепкий 9 (СИ) - Крынов Макс

Седой, показывая и рассказывая о здешних ценностях, двинулся дальше. Команда разбрелась — Шустрый скользнул влево, забираясь все выше по камням, близнецы отстали, вместе с Молчуном пытаясь перевернуть лежащий на дороге плоский валун.

Следующие пятнадцать минут прошли, как на прогулке. Седой осторожно срезал странные грибы, выковыривал из трещин и прятал в мешочек крошечные мерцающие кристаллики. Именно в этот момент сверху, со скального карниза, посыпались камешки.

Я насторожился. Да что там — мы все замерли, глядя наверх. Шустрый вжался в скалу, Седой взялся за клинок, я принялся наращивать на ледяной доспех еще один слой.

Это был не первый шорох за прогулку, но сейчас тревога оказалась не ложной. Сперва за камнями сверху что-то мелькнуло, а потом на тропу с легким шуршанием спрыгнул духовный зверь, похожий на помесь скорпиона и богомола. Размером с крупную собаку, с хитиновым панцирем цвета запекшейся крови и длинными серповидными клешнями.

Близнецы сработали синхронно. Едва тварь приземлилась, два меча мелькнули в воздухе и с глухим стуком вонзились в стыки панциря. Тварь взвыла, затрепыхалась, но сделать ничего не успела — один из близнецов рванул меч, вскрывая панцирь. Существо затрепыхалось, обливаясь кровью.

Мы перевели дух, но ненадолго. Через пару секунд из-за соседнего выступа выползла вторая тварь, чуть крупнее. Ее взял на себя Седой: его клинок, вспыхнув багровым светом, рассек тварь пополам.

— Они ходят группой? — спросил я, но мой вопрос пропустили мимо ушей.

— Слушаем! — скомандовал практик, стряхивая кровь с меча.

В наступившей тишине мы услышали шелест, затем — скрежет. Потом — топот множества лап. А потом показались и твари. Из-за всех утесов, из всех расщелин, из-под земли выползали десятки мелких духовных зверей разной степени уродства. С клешнями, щелкающие хелицерами, сверкающие глазами-бусинами. Они не были огромными, не были сильными, но их было действительно много.

— Мы напоролись на волну! — заорал Седой. — Отступаем к последней пещере!

Одна из волн. Духовные звери всегда идут к крепости по холмам, но, похоже, какие-то твари, часть от той самой волны, что движется к стене, решили поползти по скалам. Вряд ли здесь даже десятая часть от всей волны, но для нашей пятерки тварей хватит за глаза.

Я еще не восстановился. Ци в ядре треть, может, чуть больше. Этого хватит, чтобы телепортироваться самому, но утянуть с собой кого-то я не смогу. Я пуст.

— В пещеру, мля! Алхимик!

И мы побежали, гонимые полчищами тварей. Шустрый, словно выпущенная из лука стрела, метнулся вперед, прокладывая путь. Его кинжалы свистели в воздухе, вонзаясь в выпуклые глаза и стыки хитиновых панцирей у тех тварей, что пытались преградить дорогу. Он убивал, он калечил и расчищал коридор.

Близнецы шли по флангам. Братья двигались в жутковатой синхронности, их топоры работали, как лопасти мясорубки. Один делал широкий замах, отрубая клешню, второй в тот же миг всаживал лезвие в незащищенное брюшко. Они не кричали, не рвались вперед — они методично, с убийственной эффективностью, выкашивали все, что подбиралось с боков.

Седой координировал отход. Его клинок, окутанный багровой аурой, выписывал короткие, точные дуги, отсекая головы и рассекая надвое тех, кто прорывался сквозь заслон близнецов. Мы с Молчуном замыкали. Мое копье с хрустом пробивало хитин. Одна из тварей, проскочив под топором левого близнеца, рванулась ко мне. Я отбросил ее коротким тычком, а Молчун тут же добил, с силой вогнав клинок между головой и туловищем.

Бежали, спотыкаясь о камни и трупы, залитые липкой кровью, и наконец добрались до пещеры, из которой ушли всего несколько минут назад. Седой отстает, раздает команды — не прислушиваюсь, все мое внимание на преследующих тварях. Стою метрах в пятнадцати от входа в пещеру. В руке уже зажат пузатенький флакон — старое доброе взрывное драконье.

— Уводи ребят в пещеру! — ору я, но кто бы меня слушал. Я еще не заработал репутацию в этой команде, еще не впутывался с ними в передряги. Да, они доверяют мне — легли на операционный стол, позволили себя телепортировать, но это было в мирной обстановке. Подчиняться или прислушиваться в бою? Я не показывал, что я в бою чего-то стою. И на их месте я бы тоже слушать малознакомого парнишку не стал — только время терял бы.

Я никогда с такой скоростью не выращивал лед. Плачу за скорость по утроенному курсу, я досуха опустошаю ядро, но это работает — позади меня вверх взмывает стена, заслоняя практиков от духовных зверей.

Ладонь описывает дугу. Флакон, словно крохотная комета, летит вперед, разбивается о валун. Я же перемещаюсь к входу в пещеру, куда семь секунд назад закинул печать телепортации.

Взрыв распарывает воздух. Волна жара бьёт в спину, я слышу оглушающий хлопок, и больше не слышу ничего. Из ушей течет горячее, рядом мотают головой близнецы, Седой неловко барахтается на карачках, пытаясь встать.

Ледяная стена останавливает град осколков, но не выдерживает — рушится, и я вижу, как тягучее пламя разливается по шкурам, по панцирям и хитиновым чешуйкам тварей, как перепрыгивает дальше, с одного на другого, как жадно расползается по стае. Твари орут, визжат — пусть я их и не слышу, но воздух вибрирует от криков. Самых рослых, в которых я и целил, смело взрывом — твари падают и уже не поднимаются. Те, которые находились дальше, обезумели от страха и боли и бросаются в стороны, разнося на своих телах липкий огонь. Зато самые крайние — звери, что шли в хвосте, уцелели и ничуть не испугались. От осколков их защитили валуны и тела других тварей. Монстры выждали, пока мимо пронесутся сородичи, а потом продолжили карабкаться по склону к нашей пещере, перебирая когтями, щупальцами и лапками по камням.

Шатаясь, иду в пещеру мимо Седого и близнецов. Молчун пришел в себя первым: встал рядом с товарищами, перехватил меч и настороженно шарит глазами по сторонам. Шустрого нигде не вижу… А, вон он, в пещере.

Молчун что-то говорит, но не слышу. Показываю пальцем на ухо, и тот кивает.

Бой не окончен, вне пещеры еще масса врагов. Более того — взрыв может привлечь новых зверей. Но без него нам точно была бы крышка, так что выбор использовать взрывное зелье или нет, не стоял.

От недостатка Ци меня ведет — слишком много потерял силы за раз, слишком сильно напрягался за эти сутки. Без техник и духовной энергии я не боец. Зато есть пятерка практиков, каждый из которых куда сильнее меня в сражении со зверями. И каждый умеет сражаться с тварями. Я им буду только мешать.

Вместо этого я развожу костер в глубине пещеры; мужики скинули рюкзаки, в том числе и тот, в котором были поленья.

Ставлю котелок прямо в огонь. Ворошу деревяшки, подкидываю щепу. Понемногу возвращается слух — снаружи хрипят и рычат, но у меня нет времени посмотреть, как там дела. Пальцы перебирают собранные недавно травы, разнообразные кристаллики, жучки, камешки и веточки, напитанные разнообразной Ци — собрал по дороге сюда. Большую часть из этого можно просто выкинуть, но мои запасы в лаборатории, ничего лучше у меня при себе нет. Сейчас мне предстоит проверить, смогу ли я создать что-то не в чистенькой уютной лаборатории, а посреди грязной пещеры, без каких-либо инструментов, рассчитывая пропорции исключительно на глаз.

Глава 20

Я часто готовлю эликсиры и, пожалуй, могу давно назвать себя мастером этого сложного дела. Для меня не проблема сварить эликсир по требуемым параметрам, даже если я раньше подобного не готовил, и рецепта не знаю. Например, на прошлой неделе я интереса ради попробовал составить рецепт зелья от пепельной лихорадки, и за полчаса не слишком интенсивных раздумий сообразил пять вариантов приготовления, причем один из них был без побочных эффектов, травы для двух других можно было купить за пару серебряков, а еще один усиливал иммунитет до такой степени, что выпить эликсир не побрезговал бы даже высокоранговый практик. В сравнении с тем, каким я был в начале этого пути — небо и земля.