— Получается, всё легко решается отсюда, — Аяка дружелюбно улыбалась знакомому своего подчинённого.
Кто бы мог подумать, что у годами прозябавшего в низах Решетникова может быть такой нетривиальный друг. Атташе посольства в Пекине, дипломатический ранг, какое-то очень непростое образование, причём не одно…
Плюс он не женат.
Этот мужчина новую хозяйку стеклянного стакана Абэ заинтересовал. Опять же, и возрастом Огихара ей подходил — если резко с места рвануть мечтать, а сами мечты планировать стратегически.
— Да я уже созвонился с Уэки-сан, — вздохнул Огихара. — Всё равно топать вверх.
— Вам же нужна Миёси Моэко? Она сюда приедет к Такидзиро-куну, — бросила пробный шар Андо. — Причём тут этаж IT?
На самом деле, конечно, якудза могла явиться в здание ещё и ради собственной подруги — Хьюги Хину (которую новая начальник сектора искренне недолюбливала и опасалась). Но Аяка решила проявить нетрадиционную для Японии инициативу в мужской адрес — поскольку категорически не возражала, чтоб бывший сослуживец собственного сотрудника попил чай в этом кабинете ещё какое-то время (ролл-шторы снова предусмотрительно опущены минуту тому).
— Куда твой армейский товарищ засобрался? — в шутку возмутилась она. — В IT нет твоего адвоката, — о Хьюге вслух упоминать не стала.
— Мы в Пекине втроём пересекались, — доверительно сообщил в ответ Огихара. — Такой замес был, Уэки-сан себя с лучшей стороны показала. Если драматизировать по полной — она теперь всё равно что боевой товарищ. Неудобно будет не зайти. К тому же, я предварительно ей звонил, — напомнил он.
— Ты туда тоже пойдёшь? — Андо обратилась к Такидзиро неформально. — Или Огихара-сан один?
— Пойду. — Решетников, кажется, оценил степень её нетипичной инициативы и сейчас что-то усердно соображал, не сводя с шефини глаз.
— Пошли тогда вместе. Я вам не помешаю? — вроде бы и в шутку, но вопрос не предполагает отрицательного ответа.
— Пойдём, если хочешь, — равнодушно пожал плечами ИО начальника снабжения.
Огихара на недосказанный подстрочник работников Йокогамы не обратил внимания.
Всю дорогу к этажу IT Аяка старательно выведывала подробности китайского вояжа у нового знакомого. Хоть многого выяснить не удалось, даже упомянутые детали в сочетании с китайцем, подавшимся на беженство и зависающим сейчас в здании, внушали.
Сюда же следовало прибавить прокатившийся накануне по новостным каналам скандал в аэропорту — когда Миёси-старший, кумитё Эдогава-кай, шёл в наручниках через весь аэропорт Ханэда (показали на всех экранах) вместе с офицером иммиграционного контроля и чиновником Управления Двора. Большинству японцев подоплёка была неизвестна, но Аяка-то теперь знала — и тут прямо замешан собственный подчинённый, загадочный Решетников.
Последний возле лифтов улучил момент и тихонько поиронизировал на ухо:
— Ты же всегда стремилась от политики оставаться подальше. Как и от людей, с ней пересекающихся. Что изменилось?
Андо задумчиво посмотрела в спину отвечающему на неожиданный звонок дипломату:
— А я к политике и сейчас равнодушна.
Такидзиро энергично сверкнул глазами, собираясь ещё что-то выдать, но она лаконично, по-японски, повела подбородком слева направо:
— Тс-с-с-с-с.
Решетников не стал упорствовать.
* * *
— Вон то здание. — Водитель передвинул рычаг в положение паркинга, отстегнул ремень безопасности и сладко потянулся. — Если вы искали на Кюсю действительно «глухую дыру» среди портов — лучшего места не придумаешь.
Мая проснулся на заднем сидении, встряхнулся и заозирался:
— Спасибо! Где мы? — мазнул взглядом по счётчику, затем по закреплённому на панели навигатору.
Накрутило немало, если для обычного человека: мало того, что такси в Японии по определению весьма дорогие, так ещё и в приложении он не поставил конечную точку, вызывая машину — выбрал опцию «скажу водителю». Поскольку, несмотря на советы Харуки Годзё, правильнее было посмотреть всё своими глазами и сравнить хотя бы два-три варианта.
— Порт Шибуши, префектура Кагосима. Один из самых тихих и малолюдных международных портов, хотя точнее будет сказать, портов с международной возможностью, — охотно ответил таксист. — Суда, подлежащие досмотру и бортовому контролю, сюда заходят не то что не каждую неделю, а даже и не каждый месяц.
— Предварительно то, что надо, — кивнул борёкудан. — Пожалуйста, дайте терминал — оплачу картой. Такие кучи налички с собой банально не ношу.
В данный момент это было не совсем так, но буквально через пять минут, если повезёт, придётся договариваться. Если, в свою очередь, и это получится — «благодарить» чиновников придётся никак не электронным платежом, потому бумажные деньги на таксиста тратить нельзя.
— Вы сюда ненадолго? Поговорите с кем-нибудь в администрации порта — затем поедете обратно в Кагосиму? — мужчина примерно одного с ним возраста смотрел в зеркало заднего вида доброжелательно и без вызова.
Мая не любил в принципе озвучивать свои планы, однако нехотя отступил от правила:
— Как пойдёт. Может, сразу в аэропорт Фукуока двинусь. Боюсь загадывать наперёд.
— Давайте, я вас подожду? Обратно всё равно порожняком ехать — пассажиров точно не будет. Да и вы отсюда такси заказывать можете не один час — пока-а-а кто-то из местных на подработке куда-то соберётся.
— Сколько?
— Обратно ничего платить не нужно, — серьёзно покачал головой водитель. — Чек и так-то вышел не маленький, мне по-любому возвращаться. Обратно подброшу вас просто так. — Оценив мимолётные колебания пассажира, он добавил. — Миёси-сама, не думайте ничего такого. Шибуши — крайне небольшой порт, по классификации — вообще «small harbour». Население — двадцать девять тысяч. У местных даже приложения такси не бывает, ха-ха-ха; ни пассажирской версии, ни водительской! Я знаю, о чём говорю.
— Мы с вами знакомы? — Мая вошёл в параноидальный режим ещё с утра, поэтому в ответ на собственное имя вопросительно вскинул подбородок.
— Вы со мной — нет, — вероятный ровесник безмятежно покачал головой. — А вас кто же нынче не знает. Я, например, ещё ваши бои по кабельному три десятка лет назад смотрел! А сейчас на ваш аккаунт «теневого кабинета» подписался.
— Извините, — якудза коротко очнулся вперёд-назад, имея в виду свои подозрительные (по делу и без) мысли.
Таксист всё истолковал верно:
— Ничего страшного. У вас и раньше-то жизнь была интересной, а уж сейчас…
Он явно имел ввиду что-то типа «Если так противопоставлять себя кое-кому во власти, то и за собственной спиной следует приглядывать внимательно».
— В моём поколении с вами многие согласны, — продолжил неожиданный поклонник обоих ипостасей оябуна, и бывшей спортивной, и нынешней политической.
Впрочем, о последней говорить пока рано. Мая в предстоящие выборы рвался не сильно, всеми фибрами души надеясь, что от этого ещё как-то удастся увернуться — либо всё образуется само по себе, либо то пресловутое гражданское общество, о котором постоянно талдычит новый ультраправый друг, что-нибудь придумает без него.
Оставит в покое отставного выпускника института физкультуры.
— Давайте терминал, — приняв решение, якудза полез в бумажник за банковской карточкой. — Поездка-то по-любому закончена, давайте за неё рассчитаемся. А если подождёте — буду благодарен.
«Иммиграционный офис» оказался не то что не отдельно стоящим зданием, совмещённым с таможней (как было бы в крупном порту), а вообще. Здесь это было просто скромное помещение — комната в здании управления гавани.
Вывеска потёрта, изготовлена явно раньше рождения дочери.
Мая постучался и открыл дверь. Внутри — ровно один стол, несколько стульев, похожая на барную стойка для проверок (зачем?).
На столе — в солидном футляре печать, не новый компьютер, переносное устройство для сканирования паспортов и снятия отпечатков.
