— Рано утром чернавки идут на базар. Их много, они часто меняются, и никто их не запоминает, — подсказал Венцеслав путь в царские покои. — Гляди, удача подвернется.
Как говорится, и на том спасибо.
Венцеслав и Злата ушли, а я вернулась к Варваре, которая все слышала.
— Надо переодеться в крестьянскую одежду: лапти и старый сарафан найти. Служанки неприметные, не то что ты, красавица черноокая!
— Наведу морок, — отмахнулась я. — Это просто. Одежду тоже достану.
Я села на лавку и задумалась. В таком виде я легко проникну в царские покои и подброшу первую ягоду в еду королевича. Главное — положить начало…
Когда из избушки вышла Варвара, было уже темно. Она отдала мне свернутый кушак и миску, которую Златоцвета обернула платком, чтобы я не рассыпала ягоды по дороге.
Я тепло попрощалась с Ягиней и вместе с Варварой отправилась через островок на болотах. Варвара умчалась на избушке на курьих ножках, а я дождалась Сивку-бурку и вскоре добралась до дома.
Умяв остывший ужин, приготовленный домовым, легла в кровать. Подъем меня ждал ранний, задолго до рассвета…
— Есть ли у нас старые сарафаны? Ненужная одежда? — вспомнила я перед тем, как провалиться в сон.
— Сундук на чердаке, там вещи предыдущей хранительницы, — зашуршал под печкой домовой.
— Мне нужна одежда чернавки: чистое, но старенькое платье, какие-нибудь лапти, — зевнула я, потирая глаза.
— К утру все будет готово. Косынку и фартук еще нужно раздобыть, — сказал домовой.
Поблагодарив его, я быстро уснула. Даже голос Кощея в голове не мешал спать — я так устала от непривычного труда.
Каждому по плечу свое дело и место в жизни!
Во сне я держала на руках годовалого мальчика, очень похожего на Елисея.
Утром встала рано, быстро поела и, облачившись в непривычный наряд, выехала в Царьград. Под фартуком был кушак, а в корзинке ждали своего часа ягоды морошки.
С коня я слезла прямо у стен города. Присоединилась к людям, входящим в ворота. Одни — везли продукты, другие — чем-то закупались. Добравшись до базара, я прошла через торговые ряды. Здесь уже гудела своя, особенная жизнь. Пахло копченостями, свежей выпечкой. Чуть поодаль располагались ряды с живностью — там блеяли козы, мычали коровы, вели перекличку птицы.
Не задерживаясь на базаре, я направилась ко дворцу, но не к парадному входу, а к черному, для прислуги, около которого вот-вот должны были появиться чернавки.
И все-таки красивый дворец царский! Большой, весь расписной внутри, с позолоченной кровлей и башенками, сверкающими на солнце! Строился он много лет, а потому рос не только ввысь, но и в ширину. На всех наличниках были нарисованы цветы, листья, птицы и звери, от каждой детали аж дух захватывало. Внизу располагалась Боярская палата — там Царь-батюшка созывал совет. Второй этаж был жилым — на нем находились царские хоромы и жили нянюшки царицы. Третий этаж занимали библиотека, приемная зала и много других комнат, где царская семья проводила время.
Парадное крыльцо, конечно, было закрыто — с него спускался лишь Царь с семейством во время гульбищ. В остальные дни пользовались другим ходом, а челядь сновала по боковой лестнице и заднему двору, чтобы не беспокоить Царя.
Когда я прокралась туда, чернавки уже входили в распахнутую дверцу, гомоня и толкаясь. Я не спешила следовать за ними — решила дождаться, пока они разберут задания ключницы и приказчиков. Вошла последней, натянув на лицо платок и мазнув по щекам пылью, а также наложив морок, чтобы меня не запомнили.
На меня никто не обратил внимания, и я тоже получила задание: покормить птицу, собрать яйца и отнести их на кухню, забрать помои и накормить свиней.
Такое занятие не подобает Марье Моревне!
Сжав зубы, поспешила на скотный двор. Там поставила корзинку с ягодами в темный угол и накрыла мешком. Ягоды морошки нельзя было оставлять на виду, чтобы ненароком никого не приворожить.
Зерно нашла в больших бочках и насыпала в кормушки. Принесла воды из колодца и налила в чаны. Их не мешало помыть — они были забиты пылью и мусором.
Собрав яйца, направилась на кухню. Одна из чернавок подсказала мне, как туда попасть. Кухарка выдала мне два ведра помоев и очисток и отправила обратно на скотный двор. Потом я должна была вернуться, чтобы помыть чугунки и почистить овощи для обеда.
Краем глаза я заметила, что в печи варилась каша и пеклись пироги. Значит, царской семье еще не подавали завтрак… Нельзя упустить этот момент!
Нужно незаметно пронести миску с ягодами на кухню! Иначе ее отберут и накормят всех.
Глава 6
Я уже устала от рутинной работы, когда слуга сообщил, что пора подавать завтрак. Увидев, как он уносит первый поднос для Царя-батюшки, поняла, что могу и не успеть подложить ягоду Елисею. Слишком много было глаз вокруг — не ровен час, засекут.
Мой план выглядел провальным… А тут еще начали собирать поднос для королевича! Подхватив одну ягоду, незаметно спрятала ее под закатанный рукав и стала выжидать подходящий момент.
— Эй, неси сюда все, что уже готово! — прикрикнула на меня кухарка.
Почистила овощи и отнесла их ей. Рядом слуги готовили еще несколько подносов, но разобрать, какой из них предназначен Елисею, я не смогла. Уж было решила, что нужно попробовать пробраться в покои, чтобы убедиться, что ягода попадет ему в тарелку, но тут меня резко дернули и толкнули в направлении выхода.
— Что встала? Иди полы помой, где скажет ключница!
Едва я вышла из кухни, меня перехватила грубая женщина. На поясе у нее висело несколько десятков ключей.
— Так, иди помой балкон. Скоро праздник, батюшка наш должен будет выступить перед народом, а там — пыль и грязь! И шевелись, а то жалованья не получишь!
Она дотащила меня до какой-то каморки, ткнула пальцем в ведра и ушла.
Меня, Марью Моревну, никто еще так не унижал!
Убирать здесь я, естественно, не собиралась. Оглядевшись, подхватила ведро и тряпку и пошла вверх по лестнице. Я знала, где примерно располагались царские покои, — бывала здесь по делам богатырским, когда на совет созывали всех защитников мира.
Делая вид, что спешу на уборку, нашла нужную дверь. Правда, пришлось воспользоваться магией, чтобы увидеть ауру Елисея. Прислушавшись, поняла, что королевич проснулся, — его уже одевали к завтраку. Пристроила ведро за занавеской, сама спряталась за другой. Пока ждала их, обдумывала, как буду отводить слуге взгляд, когда ему принесут поднос.
Но вот куда ягоду подкинуть, чтобы Елисей ее точно проглотил?
Спустя несколько минут слуга вышел из покоев и оставил дверь приоткрытой. Секунда — и я юркнула внутрь. Мне не привыкать становиться тенью, чтобы скрыться от врагов. Но сейчас был не тот случай — я находилась рядом с любимым и была бы рада показаться…
Большая комната пустовала. Шаги раздавались в дальней светлице.
Он отверг меня, когда увидел на совете. Окинул холодным, равнодушным взглядом. Тогда я стояла перед ним в боевых доспехах… Хотя когда я потом приходила на царский двор к воеводе, но уже в сарафане, Елисей проходил мимо меня и даже голову в мою сторону не поворачивал. Зато не выпускал из рук карманное зеркальце, поглядывая в него и поправляя прическу.
Я остановилась у стола, за которым королевич собирался завтракать. Спрятаться было негде, кроме штор… А вернее, окна. Шторы слишком близко прилегали к стене, и меня можно было заметить, несмотря на морок.
Забралась с ногами на подоконник и замерла, боясь издать лишний звук. И опять я сожалела, что ради достижения цели приходится так унижаться!
Надеюсь, я сниму с Елисея это проклятие и он взглянет на меня совсем иначе…
Дверь в комнату тихонько открылась. Слуга начал расставлять приборы и тарелки на столе. Каша, чай, выпечка…
Я наблюдала за всем через небольшую щель. Внезапно я поняла, что проголодалась. Как бы не выдать себя! Но когда из спальни вышел Елисей, я даже дышать перестала…
