Чёрный ратник 3 (СИ) - Гато Макс

Агата стояла спиной ко входу, склонившись над рунным столом. На ней был простой, чистый холщовый халат, поверх которого, немного в обтяжку, сидел кожаный фартук, весь в пятнах и ожогах. Её волосы были туго стянуты в хвост.

Она медленно, с хирургической точностью, капала раствор в небольшую склянку. Казалось, что она даже не дышит. Жидкость внутри, до этого прозрачная, вспыхнула голубым сиянием и зашипела, выпустив наверх струйку пара. В лаборатории запахло мятой. Агата тут же закрыла склянку крышкой, и свечение погасло, оставив после себя лишь тихое потрескивание.

— Я слышала скрип половицы, — сказала она, не оборачиваясь.

Я закрыл за собой дверь.

— Смотрю, — сказал я, обходя рунный стол и окидывая взглядом стеллажи. — Ты успела обжиться.

— Обжиться? — отреагировала Агата с каким-то сдержанным торжеством. — Лучше. Ты только посмотри!

Она порхнула к полке, взяла оттуда небольшой деревянный ларец, поставила на край стола, открыла и достала несколько небольших предметов. Затем аккуратно разложила их перед собой. Первым предметом оказался небольшой кожаный мешочек.

— Это немой пепел, или «немеч», — она развязала мешочек и высыпала на ладонь щепотку серого порошка. — Можно раскидать вокруг себя и заглушить звуки: шаги, скрип доспехов, голоса, даже присутствие ауры. Основной компонент — пепел из перьев мутировавшего ястреба, связанный…

— Верю, верю, — усмехнулся я, прерывая алхимическую инструкцию. — Сильная вещь.

Агата кивнула и осторожно вернула порошок обратно в мешочек.

— Есть еще вот это, — Агата достала небольшой флакон из прозрачного стекла, внутри которого переливалась густая синяя жидкость. — «Стальная жила». Настойка из корней. На вкус, конечно, то ещё дерьмо, зато резко повышает боеспособность. Силу, выносливость и восстановление.

— То есть, — я взял флакон и покрутил его в руках, — всё, что нужно в бою.

— Только есть побочный эффект, — предупредила меня Агата. — Через час-два вырубит. И не стоит принимать больше одного зелья в неделю. Организм начнет разлагаться, ну а дальше…

Агата не закончила. И так было понятно, что дальше воина ждала медленная и мучительная смерть.

Я положил флакон со «стальной жилой» на стол и посмотрел на сосредоточенное лицо Агаты.

Толковый алхимик и вправду был одной из лучших инвестиций.

— Молодец, — сказал я спокойно.

Девушка кивнула и коротко выдохнула, как будто сняв с плеч видимый только ей груз. В этот момент дверь скрипнула. На пороге появилась Ярослава. Зелёные глаза быстро просканировали лабораторию, задержавшись на Агате, её фартуке, а затем и на мне вместе с рунным столом.

— Вот ты где, — бросила она мне, но её взгляд вернулся к Агате. — Пахнет интересно. Надеюсь, не греческим огнем?

— Пока только усыпляющим и усиливающим, — сухо отозвалась Агата. — Огненные зелья, если понадобится, могу сделать к следующему полнолунию.

Ярослава усмехнулась и вошла, оставляя дверь открытой. За ней возник Иван. Он молча оценил обстановку и кивнул Агате. Он посмотрел на большую зачарованную бочку в углу, на которой было орденское клеймо.

— Что там? — спросил он негромким басом.

— Жидкость для очистки металла. Практически кислота, — ответила Агата. — Нужно переставить в кладовую. Не думаю, что наши соседи оценят дыру в стене или на полу.

— Сейчас сделаем, — по простому сказал Иван.

Он подошёл к бочке, обхватил её руками и оторвал от пола, затем перенёс через всю комнату и исчез в проёме в кладовую. Вернулся он довольно быстро.

— Спасибо, — сказала Агата.

Иван лишь кивнул, вытер ладони о штаны и прислонился к стене.

— Что это? — с интересом спросила Ярослава, не теряя времени и тыкая пальцем в мешок с немым пеплом.

— Порошок, заглушающий звуки.

— И как он работает? — с интересом спросила рыжая.

— Проверь сама, — предложила Агата с вызовом.

Ярослава взяла мешочек, развязала, высыпала немножко порошка на ладонь и затем распылила его резким движением прямо перед собой. Она сделала несколько шагов — скрипучая древесина не издала ни звука.

Девушка обернулась и что-то произнесла. Агата улыбнулась и покачала головой, приложив палец к губам. Рыжая поняла, что её не слышно, и вышла из небольшого облачка.

— Чёрт, а это полезно, — усмехнулась Ярослава. — Сделай побольше.

Агата кивнула.

Дверь открылась ещё раз, и внутрь вошёл Громов. Матвей выглядел собранным и восстановившимся после ритуала и бойни в Белоярске. Он нёс в руках небольшой деревянный ящик.

— Велес передал, — спокойно произнёс он. — В благодарность за помощь.

Он поставил ящик на стол. Агата тут же открыла его. Внутри переливались разными землистыми тонами корни и травы.

— Это же… — прошептала Агата, касаясь ингредиентов пальцами. — Отличные компоненты для усиливающих отваров. Редкие.

Громов хмыкнул.

— У нас в роду знают толк в камнях и травах, — он обвёл взглядом лабораторию. — Камни здесь ни к чему. Так что Велес передал то, что могло пригодиться.

Громов не стал задерживаться, кивнул собравшимся и вышел. Ярослава посмотрела на закрывшуюся дверь, потом на меня.

— У нас теперь свой алхимик, склад игрушек и благословение Громовых. Что будем делать дальше?

Я взглянул на Агату, которая уже склонилась над рунным столом и принялась перебирать корни и травы, затем на Ивана, невозмутимо наблюдавшего за происходящим. Где-то в цитадели готовились к новым боям Артём и его соратники, а за стенами ордена пряталась Луна под присмотром Олафа. Отряд выходил интересным и надёжным.

— План есть, — сказал я. — Особенно учитывая появившееся подкрепление.

Раз уж мятежники так хотели перейти Уральские горы и вступить на имперскую землю, то следовало дать им этот шанс. Ведь где-то среди магов должен быть человек, знающий о печати Кошмаров и судьбе Темниковых. И раз уж Ковен сам заявлялся на Урал, встретить их полагалось как следует.

Вот только у цесаревича и командиров были на меня и отряд свои планы.

Потому вечером в глубине штаба состоялось небольшое собрание. Я стоял чуть в стороне от двери, устроившись среди таких же, как я, командиров мелких мобильных отрядов. Двух Волков с каменными лицами и ещё одного Ворона — девчонки, которую я видел на совете до Белоярска. Вот только в небольшом зале мы были скорее декорацией.

В центре небольшого зала у огромной, потёртой временем карты с заметками стоял Георгий. Его тяжёлая стальная аура наполняла пространство вокруг. Девушка-ворон прочистила горло, по её лбу текли капли пота. Было видно, что ей тяжеловато дышать в одном зале с ратником его уровня.

Рядом с цесаревичем стоял Борислав. Чуть в стороне был и Савелий, его внимательные и быстрые глаза изучали карту, выискивая знакомые ущелья и тропы. Были здесь и имперские офицеры, а также несколько графов и князей, которые привели свои дружины по зову императора.

Притом, судя по разговорам, которые спокойно текли вокруг, эти силы были лишь частью имперского авангарда.

Один из дворян, граф Светозаров, в мундире, с чёрной тростью с серебристым навершием в виде льва, заговорил первый.

— Основные силы дружинников займут позиции здесь, — его трость ткнула в точку на равнине перед Ярмутом. — Задача местного гарнизона — обеспечить безопасность периметра на глубину до пятнадцати вёрст и уничтожить разведчиков, следопытов врага в предгорьях. Нужна чистая зона для маневра, Ваше Высочество. Любое столкновение с крупными силами противника до завершения развёртывания крайне нежелательно.

Взгляд князя скользнул по ратникам у двери, даже не пытаясь запомнить лиц, и вернулся к карте.

Надо сказать, что заседание шло уже какое-то время, и здесь успели сказать абсолютно разные идеи и мнения. Георгий же сохранял молчание и внимательно слушал. И только сейчас он заговорил.

— Лишить мятежников глаз и ушей… — произнёс он, делая шаг ближе к карте. Его длинный палец лёг на небольшое ущелье в предгорьях. — Отрадное — ключевой аванпост, через который идёт связь с основными силами в горах. Мне нужен отчёт по численности, вооружению и настроениям. Как это будет сделано — вопрос к вам, командир.