Магическая уборка и прочие неприятности (СИ) - Эймс Глория

Гротер коротко кивает и убирает сложенный листок во внутренний карман пиджака:

— Через неделю приготовлю первый отчет. Мой человек принесет всю информацию на адрес, который вы укажете.

— Благодарю, но я приду сама, — отвечаю и быстро покидаю бюро.

И когда за мной захлопывается дверь, внезапно обрушивается шквал странных ощущений, похожих на обрывки воспоминаний. Образы крутятся перед глазами, но никак не хотят складываться в единую картину.

Лицо Гротера, дверная ручка, стеллаж с папками, где в каком-то необычном порядке расставлены дела. Точно не в алфавитном, я знаю. А еще — скрипучее кресло возле стола. Я сидела на том, что поновее. Но теперь почему-то я более чем уверена, что на другом кресле, на правом его подлокотнике есть продольная трещина, хотя во время разговора ни разу не прикоснулась к нему.

Неужели это снова мое чутье на магические следы так внезапно обострилось?

Вдруг понимаю, что мне жизненно важно проверить мои ощущения. Разворачиваюсь и возвращаюсь.

Гротер по-прежнему за столом. Он поднимает на меня пристальный взгляд:

— Что-то еще?

— Да, — сажусь в кресло и судорожно цепляюсь пальцами за подлокотник, ведя по изгибу деревяшки. И забываю, что хотела сказать. Потому что трещина есть! Именно такая, какая предстала в моем воображении только что!

— Так что? — прерывает затянувшуюся паузу Гротер.

— Интересно, — произношу я, не отрывая взгляда от трещины. — Это кресло, похоже, многое повидало.

Гротер поднимает бровь, и на лице появляется легкая ухмылка:

— Кажется, у вас есть свои соображения на этот счет.

— Возможно, — уклончиво отвечаю, скользя пальцами по отполированной древесине. Скажите, вы верите в связи прошлого и настоящего? — задаю вопрос, не отрываясь от подлокотника.

Гротер, словно задумавшись, наклоняет голову.

— Все люди хранят что-то в себе. Иногда то, что кажется незначительным, оказывается ключом к пониманию. Так что вы хотели спросить?

— Сможете ли вы установить самые важные моменты из биографии ее матери? Иветта Ландлей. Умерла около года назад.

— Что же, это дополнительная ветвь расследования, — Гротер чуть усмехается, указывая взглядом на столбики цифр в документе у него на столе.

— Стоимость не так важна, как результат. Я на вас очень надеюсь. Всего хорошего.

А на выходе в этот раз меня останавливают не странные видения, а вполне реальное прикосновение к локтю. И следом возглас:

— Тесса, добрый день! Как я рад вас видеть!

Глава 63. Давнее знакомство

— Корнан, — с облегчением выдыхаю, увидев знакомое лицо. — Давно вернулись?

— Вчера. Как раз хотел навестить вас, думал заехать в вашу контору, а тут такое везение, — на его загорелом лице искренняя радость.

— Как ваши дела? Все уладили?

— Да, и смог вернуться раньше, чем предполагал, — Дорт предлагает мне локоть. — Позвольте пригласить вас в кафе.

— А я не отвлекаю вас от дел? Вы, кажется, шли в бюро?

— Это пустяки, — отмахивается он. — Просто хотел заглянуть к старому приятелю. Но предпочту провести это время с вами. Вы прекрасно выглядите!

— Благодарю, — с улыбкой киваю. Я и сама знаю, что после двух дней любви и отдыха на природе выгляжу замечательно. Но не спешу рассказывать Дорту свои новости.

— Фирма развивается? Видел интервью с вами, очень интересная статья.

— Вы следите за моей биографией?

— Не мог же я просто уехать и забыть вас! Предлагаю посетить вон то заведение, — указывает на вывеску в конце улицы. — Там великолепные пирожные и отличное обслуживание.

— Не сомневаюсь в вашем выборе, — улыбаюсь ему, и мы идем, весело разговаривая и делясь новостями.

В кафе действительно чудесная обстановка и очень вкусные пирожные. Корнан заказывает для нас бисквитные пирожные с кремом и прослойкой из ягодного желе.

— Вы ведь все еще любите такие?

— Вы помните, — чувствую, как розовеют щеки.

— Мне нравится подмечать интересные мелочи в людях, — он будто невзначай касается моей руки. — Мы ведь с вами собирались как-нибудь выехать в мой загородный филиал?

— Ох… — растерянно смотрю на него. — Боюсь, это будет невозможно в нынешних обстоятельствах.

— Что-то случилось? — Корнан внимательно смотрит на меня, будто хочет догадаться сам, быстрее, чем я отвечу.

— Дело в том… — вздыхаю, пытаясь подобрать правильные слова. — За то время, что мы не виделись, многое произошло. В общем, я теперь помолвлена. Боюсь, жених не одобрит, если я поеду с вами вдвоем.

— Рад за вас. Поздравляю с помолвкой, — оставив мою руку, Корнан отпивает из чашки. По лицу видно, что он не особо рад, но ради соблюдения приличий произносит шаблонные фразы. — Позвольте узнать имя счастливчика, что завоевал вашу руку и сердце?

— Лорд Вилард, — произношу с легким смущением.

Повисает пауза. Пытаюсь скрыть смятение, возникшее в душе. Мои мысли устремляются к моментам, когда Хэйвен говорил о будущем, обещая счастье и безопасность.

— Он… — медлю, собирая всю смелость, — он видит во мне больше, чем просто украшение для своего дома. Это не совсем то, что я ожидала, когда встретила его.

Корнан смеется, но в его смехе нет радости.

— Иногда мы видим то, что хотим увидеть, — говорит он, и в его голосе звучит такая грусть, что мне становится не по себе. — Надеюсь, вы не разочаруетесь в своих мечтах.

Мы снова молчим, и тишина наполняется недосказанностью, как будто слова зависли в воздухе, не находя отклика.

— Чудесные пирожные, — не зная, что еще сказать, хвалю десерт и отправляю в рот очередной кусочек. Неловкость не отпускает меня.

— Их любила одна моя знакомая, — задумчиво говорит Корнан. — Вы мне ее очень напоминаете. Не внешне, но характер похож. Она была сильной и целеустремленной.

— Почему «была»? — настораживаюсь я.

— К сожалению, она недавно погибла, — Корнан сжимает челюсти и выдыхает сквозь зубы. — Опасная работа.

В комнате повисает напряженное молчание, нарушаемое лишь шорохом стуком ложечек о блюдца. Вдыхая сладкий аромат, я пытаюсь обдумать его слова. Опасная работа… Представляю лицо той женщины, силу и решительность в ее глазах. Не хотелось бы разделить ее участь. Мысли о смерти стягивают сердце железным обручем, но я стараюсь не показывать тревоги.

— Чем же она занималась? — осторожно спрашиваю, чтобы вернуть разговор в более безопасное русло.

— Она была журналистом, — отвечает Корнан, и в его голосе звучит горечь. — Открывала правду, где бы она ни пряталась. Это требовало мужества.

— А о чем писала ваша знакомая?

— Она как раз вела журналистское расследование. Злоупотребление служебным положением среди некоторых чиновников. Это я узнал совсем недавно — Гротер нашел в своих бумагах листок с ее записями, который появился непонятно откуда. Подозревали, что сиротский приют используют для отмывания преступных денег.

— Приют Амари? — я даже вздрагиваю.

— Да, он самый. Когда мы с вами впервые встретились, я как раз собирался зайти туда и узнать, не была ли в нем моя знакомая перед исчезновением. Просто расспросить невзначай, вдруг что-то открылось бы.

— А в детективное бюро вы ведь тоже неспроста хотели заглянуть?

— Гротер и вправду мой старый приятель, — слегка улыбается Корнан. — Но да, я хотел узнать, не обнаружил ли он чего нового. Он ведь и познакомил нас. Жаль, что ее жизнь так оборвалась…

— Как выяснилось, моя работа тоже может быть опасной, — отодвигаю пустое блюдце и отпиваю глоток чая. — Утром сгорели склады, а мои девочки чуть не погибли. Как раз были на выезде по заказу.

— Надеюсь, все обошлось? У владельца к вам нет претензий?

— Да, мы все решили, — киваю, не вдаваясь в подробности. — Благодарю за угощение, но мне нужно торопиться.

— Все понимаю, — Корнан встает вместе со мной и галантно провожает до двери. — Надеюсь, у вас все будет хорошо. Искренне желаю вам счастья, Тесса.

Иду по улице, а внутри зреет решимость. Вот-вот придут деньги, вырученные за продажу дома. Их хватит как раз на то, чтобы нанять отличных адвокатов и выдвинуть иск против приюта.