В болезни и здравии, Дракон (СИ) - Сорго Хель

— У нас, наверное, таких, как вы, назвали бы… Хм. Троллями?

Врачеватель неопределённо повела плечом:

— Уж чего не знаю, так не знаю. Да и какая разница, как кого назвать? Важно лишь, назовёшь кого в итоге другом или врагом.

На этом от нас отстали Таи с понурым Годриком и мы вернулись к Люциару, который мирно спал под тихое чтение Лоры.

Я присела рядом с ней на стул, пока врачеватель удовлетворённо что-то бормотала, узловатыми длинными пальцами перебирая снадобья в своём ящичке.

И вскоре мне были даны инструкции, что и когда принимать Люциару из лекарств и чем я лично могу ему помочь. Была намешана специальная мазь и отдана бутылочка с мутной жидкостью для компресса на глаза.

А потом врачеватель, к моему сожалению, покинула замок, сопровождаемая Лорой, которая в благодарность за отца вызвалась провести её до ворот.

Я же осталась у кровати лорда, внезапно ощущая себя покинутой, а от того с ещё большей надеждой ждала, пока он проснётся.

Но Люциар всё никак не размыкал век. И, в конце концов, мне пришлось его оставить, чтобы пойти проверить оранжерею и прислугу. Пусть больше гостей мы в ближайшее время не ждали, а хорошо бы продолжить приводить замок в порядок.

Так дела пошли своей чередой, дни пролетали стремительно, оставляя после себя странное послевкусие неясной тоски, тревоги и радости от исполняемых дел. Ведь замок лорда преображался на глазах! А в оранжерее становилось всё аккуратнее и зеленее. В один же из дней случилось небольшое чудо: цветы камири всё-таки выросли и распустились алыми огоньками!

Следуя советам Таи, я заварила их с чаем и, очень надеясь, что их целебные свойства не выдумки суеверных местных, отнесла Люциару.

Он сидел, прислонившись к высокой резкой спинке кровати, изогнув заживающее крыло так, чтобы иметь возможность разминать его рукой.

Мне обычно это не доверял, всё ещё опасался, что я могу обжечься от ненароком вырвавшейся наружу силы. Мне доставались лишь его крепкие мышцы. И я не была против, тем более замечая, насколько дракону становилось после этого легче.

— Снова лекарства? — в голосе его уже привычное мне разочарование.

Отчего-то Люциар особенно любил, когда я заходила к нему «просто так».

— Нет, чай. Не простой, но учитывая, что вы подарили мне крылья, думаю, не страшно, что мы обмениваемся атрибутами свадебных обрядов, — нервно пошутила я, протягивая ему кружку.

— Совсем не страшно, — отпил он напиток.

И от бархатного голоса его по моей коже пробежали мурашки.

Я поспешила отвести в сторону взгляд.

— Ты всё красивее, — прошептал вдруг дракон и, поймав меня за запястье, притянул к себе, заставляя присесть совсем близко. — С каждым днём я вижу всё лучше, и всякий раз замечаю в тебе новую деталь. Во внешности, в одежде, в движениях…

— Поправляйтесь скорее, — как-то невпопад ответила я, смутившись.

— Теперь уж точно, — пообещал он. — Таи уже начала украшать зал к празднику? Хочу показать тебе огни.

— Что показать? — не совсем поняла я.

— Увидишь, — заправил Люциар мне за ухо выбившуюся прядь волос.

Таи действительно пуще прежнего суетилась в последние дни, но я не знала, чем именно она занимается.

Годрика же почти не было видно. Жалея Ранэля, он днями напролёт пропадал с ним в подвале и избегал разговоров с Таи, что беспокоилась о его больной пояснице.

Дворецкий ворчал и отмахивался и, признаю, не просто так! Не знаю, каким образом, но у Годрика прекрасно получалось успевать отапливать замок так, что мороз зимы теперь лишь едва-едва касался подвала. Я уже даже начала подумывать о том, что и Годрик не совсем является человеком… Замок большой и какой бы ни была система отопления в нём, а чтобы следить за этим ежедневно, нужно иметь немало сил. Помощь Таи, конюха и моя здесь — как капля в море.

— О чём задумалась? — вывел меня из раздумий тихий голос лорда.

— Ни о чём, просто так, прости, — отчего-то шёпотом ответила я.

И вдруг заметила, как прояснился второй глаз Люциара. Только вот сказать об этом или что-то спросить я не успела.

В коридоре послышались спешные шаги и причитания Таи, которая парой секунд позже ворвалась к нам.

— Ох, лорд, беда!

Каким-то образом он вмиг сбил её панику и суетливость, подняв ладонь.

— Говори спокойно, по делу.

Таи застыла на месте, шумно сглотнула и бледными от перепуга губами произнесла:

— Девочка, Лора… Лошадь понесла, малышка и упала за воротами. Упала и не поднимается! Смотреть боязно. Я сразу к вам.

Лорд на миг будто сделался каменным, от него волнами разошёлся жар.

И он поднялся на ноги, будто забыв, что болен, подчиняясь порыву идти к своей дочери…

И я не стала ему мешать, пусть и понимала, что просто так Лора никуда бы не пыталась уехать, она бы не вышла одна за врата, а значит, ещё до беды с ней что-то произошло.

Глава 22.1

Сначала я испугалась, что там, снаружи, поджидает опасность, быть может, враги, а лорд, ослабленный болезнью, выйдет из замка прямо под удар.

Но по мере того, как он шёл по коридорам, пусть и время от времени хватаясь за стены, чтобы удержаться на ногах. А полы его тёмного, расшитого золотом халата-плаща, что он набросил на себя небрежно, не глядя, что надевает, развевались, будто те самые крылья, которые и скрывали под собой, я понимала — бояться нужно чему и кому угодно, но не дракону.

Лорд Люциар источал силу, что я ощущала самой кожей, на расстоянии, не поспевая за ним. Силу, которая вибрацией проходила сквозь всё вокруг, пробирая до костей. Праведный гнев, что лишь чудом не охватывал драконьим пламенем коридоры, в разноцветные осколки не разбивал витражи. И беспокойство за дочь, что заставляло болезненно и тревожно сжиматься сердце.

Таи даже не посмела идти за нами, её причитания пару секунд ещё звучали позади, а затем и вовсе растворились в отдаляющемся эхе, когда Люциар распахнул двери на улицу, впуская в холл крупные и лёгкие хлопья снега, и вышел на крыльцо.

А там я на пару мгновений потеряла его в морозной белизне, и отыскала взглядом, лишь пробежав по двору к вратам.

Сначала увидела силуэт Стрелы в густом тумане, затем лорда, опустившегося на колени перед лежащей на земле девочкой.

И я запнулась на месте, боясь подойти. Точнее, боясь узнать нечто страшное.

— Дочка, — в снежной тишине голос лорда звучал так инородно тепло и странно… — Лора, открой глаза.

Глубоко вздохнув, забыв о холоде, будто во сне я приблизилась к ним, по пути рассеянно похлопав по шее Стрелу, что беспокойно топтала снег и фыркала.

Лора, бледная, как мел, лежала на земле в своём платье, поверх которого была накинута одна лишь тёплая длинная шаль.

— Лорд! Госпожа Аделин! — раздался издали голос Марципана, спешащего к нам. — О боги! Я не понимаю, как недоглядел, прошу, простите меня! — запыхавшись, он остановился рядом с нами, уперев ладони в колени, пытаясь отдышаться. — Лора… — бросив на малышку взгляд, тут же опустился рядом с ней, не решаясь коснуться. — Лора, пожалуйста…

— Как это произошло? — бесстрастно спросил Люциар, бережно поднимая девочку на руки.

Марципан смотрел на него снизу вверх полными слёз глазами.

— Она хотела проехаться вокруг замка, мой господин. Она и раньше так делала… Как вдруг повернула к вратам, что-то крикнула мне про тени. Лошадь испугалась и встала на дыбы, а затем стрелой помчалась вдаль. Врата были чуть приоткрыты, она и врезалась, видимо… Я сразу побежал в замок, не решился сам проверять. Таи позвала вас. Меня не пускала, боялась, что вы разгневаетесь и… Но я готов понести наказание! Мне нет прощения, я не доглядел, — склонил он голову, крепко сжимая кулаки, коря себя.

Лорд покачал головой:

— Не тебя нужно наказывать, — и погладил по волосам малышку на своих руках.

Которая к всеобщему облегчению вдруг разомкнула веки.

— Папа, — слабо улыбнулась она, едва слышно прошептав: — я лбом ударилась…