Рептилия радостно урчит, влетает в пушистые облака, разгоняя их и заставляя меня жмуриться. Или пикирует вниз, прямо в потоки бурной реки, задевая брюхом водную гладь. Я громко хохочу, вскрикиваю на виражах и, раскинув руки, наслаждаюсь полётом, фонтанируя на весь мир свою радость. Летим, к слову, недолго. Всего лишь полдня.
Первое, что бросается в глаза при подлёте к столице, — это огромное количество драконов в небе. Они кружат над городом, садятся на огромные каменные площадки, накрывая всю улицу тенью.
Все крыши зданий и замков имеют посадочные площадки для драконов. С этих площадок между башнями тянутся мосты. Вообще весь город состоит из нескольких уровней, разделённых лестницами, мостами, арками.
Город построен прямо возле действующего вулкана. И лава, что кипит в недрах горы, течёт по специальным канавкам по всей столице. Так красиво ещё никогда не подсвечивали землю. За счёт этого природного явления в городе даже зимой не бывает снега и очень тепло даже ночью.
Мы пролетаем почти всю столицу и добираемся до огромного дворца. На площадке размером с футбольное поле по одному садятся драконы. Никлаус тоже спускает меня и, вернув свои ноги, приобнимает. Пока я верчу головой от восхищения и желания рассмотреть каждый уголок, открывшийся мне, мужчины обсуждают свои планы с правителем.
Император хочет незамедлительно приступить к работе. Отпуск закончился для всех и нужно вернуться в строй. Братья не разделяют энтузиазма главного дракона. Они хотят полететь в их родовое гнездо, чтобы показать мне всю прелесть совместного проживания. И начать подготовку к свадьбе.
— Что мешает вам заниматься торжеством здесь?! — рявкает правитель, раздражаясь на этих двух несговорчивых Калверасов. Чувствую, терпения у него почти не осталось. Как бы он тут их не прибил за непослушание.
— Алисе будет некомфортно, — замечает Никлаус.
— Если вам нужно, я могу потерпеть. Тем более у меня были свои планы, — тихо вклиниваюсь.
— Какие это у тебя планы? — прищуривается брюнет, ревниво притягивая к себе.
— Академия, — напоминаю я, мысленно готовясь к новому спору. — Я могу взять с собой Барроуза и прогуляться по столице. А вы пока займётесь делами государственной важности.
— Я согласен с моей леди, — встревает дворецкий. — Ей не стоит сейчас появляться в высшем обществе рядом с вами.
— Это ещё что значит? — хмурится Радгар.
— Увидев вас исцелённым, враги правителя могут напасть на вашу пару, чтобы отвлечь. Не просто же так вас вывели из строя.
— Ты прав. И в родовое гнездо лететь не будем. Поживём в том коттедже, который ты передал Алисе, — решает муж.
Император, удовлетворённый решившимся вопросом, зовёт дворецкого и приказывает подготовить карету для леди де Калверас. Созывает собрание совета и удаляется.
Радгар вручает мне кошель с монетами, просит быть осмотрительной и не отходить от Барроуза. Никлаус рвётся ещё двух стражников ко мне приставить, но я замечаю, что так мы ещё больше привлечём ненужного внимания. И он сдаётся опять.
— Вертишь мной как хочешь, — бурчит мужчина, целуя в губы.
— Вот неправда, — хихикаю, поправляя ворот камзола.
— Вертишь нами обоими, — хмыкает Радгар. — Поезжайте, прогуляйтесь, посмотрите город и в первую очередь купите артефакт связи.
И мы едем в императорской карете в самый центр кипящей жизнью столицы. Здесь среди людей и драконов встречаю эльфов. Высоких, статных, остроухих и высокомерных. Орков — здоровых, зелёных, клыкастых и грубых. Никто, кроме меня, не тычет в них пальцем и не разглядывает с открытым ртом, словно увидели необычное явление.
Столица огромная, густонаселённая и безумно красивая в плане архитектуры. Мне не хватит одного дня осмотреть даже один квартал. Не говоря уже о посещении каких-то достопримечательностей. На больших площадях установлены памятники древним драконам, прошлым императорам и прочим знаменитым деятелям. Открыты всевозможные пёстрые лавки. Единственное, очень мало карет с лошадьми. Жители предпочитают ходить пешком или… летать, драконы же.
В первую очередь мы добираемся до академии, что расположена ближе к окраине города. Центральное здание представляет собой огромный замок из тёмного камня с четырьмя главными башнями. Отдельно от него находится общежитие. Есть загоны для животных, пастбище и безумной красоты поле с деревьями, искусственное озеро с водопадом и розарий.
— Не похоже на академию благородных девиц, — замечаю я, оглядываясь на пробегающих парней.
— Потому что это Академия «Пламени и закона», — говорит Барроуз, шагая рядом с высоко поднятой головой и ровной спиной. Вот сейчас он вообще не похож на обычного дворецкого.
— Не поняла, и чему тут учат? Во мне ведь нет магии, и я не дракон.
— Необязательно иметь магию, чтобы преуспеть в чём-то. Возможно, ты захочешь не просто быть «благородной леди рода де Калверас». А, например, стать успешным законником, летописцем или, чем бес не шутит, чтецом родов.
Задумавшись, вспоминаю, что законники — это юристы. Прокуроры, адвокаты, судьи и так далее. Летописцы — это историки. А вот чтец родов — это что ещё за зверь?
— Расскажи про последнего, я не совсем поняла, — прошу я, пока мы поднимаемся по ступеням в башню.
— Будешь изучать слои общества, сословия, рода.
— Ясно, социолог, — хмыкаю я, быстро переведя на свой земной вид занятий. В прошлом я была менеджером по закупкам.
Мы доходим до приёмной. Барроуз представляет меня секретарю. Молодая драконица удивлённо бровь выгибает, осматривает с ног до головы и уходит в кабинет докладывать. Нас сразу же приглашают к ректору.
— Светлого дня, леди де Калверас, проходите, — встречает нас статный мужчина. Честно говоря, ректоров представляла совершенно по-другому. Этот словно сошёл с обложки модного журнала, к тому же слишком молод для столь высокой должности.
— Светлого, — отвечаю тихо, заходя в просторное светлое помещение, заставленное мебелью.
— Я получил от лорда де Калвераса письмо и ждал вас. Учебный год уже начался, но при должном усердии вы сможете нагнать пройденный материал. Давайте определимся с факультетом для начала…
Глава 41
Ректор перечисляет все факультеты Академии «Пламени и закона». Это учебное заведение отличается тем, что здесь могут учиться все расы, населяющие этот мир, как магически одарённые, так и без магии.
Пока я выбираю, а точнее смотрю на Барроуза, как на своего Фея-крёстного, ожидая подсказки, куда мне двигаться, мужчина отходит к стеллажу. Долго там копается и достаёт небольшую чёрную чашу с выбитыми рунами по всей поверхности. Он ставит её рядом со мной и возвращается в своё кресло. Непонимающе кошусь на этот предмет.
— Я хочу определить, есть ли в вас магия, — объясняет ректор. — Возьмите артефакт двумя ладонями и подождите.
— Во мне нет магии, — качаю головой, но охотно беру чашу в обе ладони.
— Многие так думают, но это самый точный и тонко настроенный на магические потоки артефакт.
Не спорю. Начну доказывать что-то — придётся признаться, что я из другого мира. И там нет магии. Лучше просто подержать пару секунд чашу.
— Как я и говорила, — отвечаю, когда в чаше никаких изменений не произошло. Хочу отложить обратно на стол, но отвлекаюсь на золотое свечение одной из рун.
— Держи! — вскакивает Барроуз.
Сжимаю сильнее артефакт, удивлённо рассматривая, как все руны плавно зажигаются, а после внутри чаши вспыхивает огонь. Настоящий, почти живой.
— Как это возможно? — бормочу я, загипнотизированная пляшущими язычками пламени.
— У вас довольно сильный уровень магии, — уважительно замечает ректор. — Вам определённо нужно развивать её.
— Но я не чувствую эту магию, как такое может быть? — оторопело бормочу, переводя взгляд с дворецкого на ректора.
— В редких случаях такое бывает. Возможно, на вас повлияло заклятье мужа. Я слышал, его дракон погиб.
