— Её тут женихи дожидаются, — хохотнул вредный Руд, — княжна с сюрпризом из древней нечисти! Не девица, а загадка какая-то! Правда, Авдей?.. Всё ещё хочешь получить княжну?
Авдей ответить не успел — его перебил низкий хрипловатый голос.
— Хватит, Руд. Никаких смотрин не будет. Я женюсь на Мариан. Точка.
— Мой царь, язычниц нельзя неволить...
— Можно, — негромкий ответ, как удар в сердце, — твоя дочь слишком заигралась, князь! Я попытался дать ей свободу, но она плохо справилась. Ни логики, ни разумности. Пусть лучше сидит в тереме.
На тереме меня подняло аки Панночку из гроба.
— Нет.
— Я тебя не спрашивал, — живо отозвался он, — как ты себя чувствуешь?
— Как вещь, — честно ответала я, глядя ему в глаза. То же тепло, тот же человек, но бесконечно чужой.
Без бороды и с волосами по шею Микуше было лучше. Лицо становилось моложе и мужественнее. Не без удивления до меня дошло, что он использовал банальности вроде накладных усов. Внешность изменилась не сильно, но поведение... господи, это небо и земля!
— Если ты был в Ладани, то кто был во дворце?..
— Мой неродной отец, — Микаил скрестил руки на груди, опираясь пятой точкой на стол, — старший Лесовской — бывший воевода, он разбирается в делах управления. Как только речь зашла о невесте, он согласился взять на себя империю. Но больше я не могу гулять в Ладани. Ты поедешь со мной.
— Нет, — отвернулась. Прижала к себе колени и уставилась в окно. Слобода Темновских, отцовский кабинет — я даже не узнала его.
— Почему? — он в самом деле не понимал! — Мы же вроде нашли общий язык, или я что-то упустил?..
Я выругалась сквозь зубы. Мерзавец. Боже, Микаил, до мужчины мечты тебе оставался шаг — и ты всё испортил!
— Упустил. Меня спросить ты упустил!
— Ты привыкнешь. В конце концов, языческие смотрины никто не отменял. Если я выбрал невесту, то бросить мне вызов никто не осмелится. Я твой единственный жених. Ты можешь оспорить это только в поединке, но...
— Пусть будет поединок.
В оконном отражении на меня смотрели, как на блаженную. Одна Ясмина села рядом и обняла. Впрочем, понимания от Руда, Авдея и Микаила я не ждала.
Отец поглядывал с укором: он и злился на упрямую дочь, и хотел бы защитить её от Лесовского. Но мой дар стал моей ловушкой.
— У тебя нет шансов против светоча, Мари, — глухо признал Темновский, — а твой отказ отправит нас в немилость императора и Совета.
И почему Руд, скотина, не предупредил меня точнее?! Показательно, что в этом случае я не сбегу без последствий!
— Хорошо. Я принимаю твой вызов. Срок тебе — не больше месяца. Когда будешь готова, сообщи отцу. Я отправлю своих стрельцов, — и не прощаясь, он вышел из кабинета.
...Кажется, в той пентаграмме я всё-таки потеряла одного из близких людей.
