С первого раза телепорт не сработал — редкость для меня в последнее время, обычно всё выходило без малейших осечек.
Сработал со второго. И, совсем как в старые добрые времена, я немедленно об этом пожалел.
Глава двадцатая
Перемещение через главный портал Полуночи втроём мало чем отличалось от телепорта в одиночестве. Шаги были те же: коснуться мерцающей поверхности, собрать волю в кулак, представить нужное место для переноса и, что называется, втянуться. Кулине и Асфару не требовалось даже обнимать меня или брать за руки, просто находиться рядом и последовать сквозь портал в нужный момент. Хватило бы моей воли и концентрации, а там магия всё делает почти на автомате.
Поскольку к этому моменту я накопил изрядное количество опыта в искусстве переноса между мирами, проблем с телепортацией на совсем короткое расстояние не должно было возникнуть. Не должно было — но возникло, причём одновременно в типичном и нетипичном для меня ключе.
Гроб или его подобие после телепорта — хорошо изученный этап. Собственно, мои гробовые приключения и начались с первого визита в башню Вечности, продолжившись в других мирах. К гробам, шкафам, кладовкам и прочим замкнутым пространствам я привык, так что в этот раз вселенная преподнесла мне новинку — полное отсутствие воздуха.
Я не мог сделать вдох, погружённый в полупрозрачную жидкость, заполняющую каменный гроб под самую крышку. Жидкость была на удивление неплоха на вкус, а также вызывала смутно знакомые ассоциации. Первые секунды три мозг подумал, не запаниковать ли, так что пришлось ему напомнить, что даже без задержки дыхания я мог обходиться без воздуха вполне комфортные минут пять. Единственный минус — повернуться, чтобы вытолкнуть крышку изнутри стало гораздо сложнее, рука скользила и не находила опоры. Я начал примеряться, как устроиться поудобнее, когда гроб слегка дрогнул, и крышка, издавая знакомый скрежет, поползла вбок сама собой.
Поразительно, но одновременно с этим количество жидкости вокруг меня резко начало убавляться, словно она утекала вверх, сквозь образовавшуюся щель. К тому моменту, как крышка стукнулась об пол, я уже сделал полноценный вдох. Выбраться наружу было секундным делом — и там уже внимательно осмотреть зеленоватую желеобразную жидкость, которой почти не осталось ни на одежде, ни внутри гроба. Так. Так, погодите…
Я повернулся, услышав булькающий звук справа, и уставился на Кулину. Это был первый раз в моей жизни, когда я видел кухарку Полуночи по-настоящему, искренне смущённой. Покраснеть она не могла, но это проявлялось в другом. Леди-слайм пыталась попасть полупрозрачной рукой в рукав нового платья и промахивалась уже в третий раз.
— Отвернитесь! — потребовала она голосом, который звучал даже тоньше обычного. — Неприлично!
Я молча протянул руку, придержав непослушный рукав, и отвернул голову в сторону. То-то ощущение и вкус показались мне знакомыми — мне уже однажды довелось побывать в похожей… скажем так, обстановке. Очень давно, во время очищения кухни.
— Если ты ничего никому не скажешь, я тоже не скажу. — предложил я.
— Знаете, я вообще не против, чтобы вы оказались внутри меня. Но не таким же образом!
Порядок был восстановлен, одежда надета, эмоции утихли. Осталось только найти Асфара, который, по счастью, не оказался заперт в первом же гробу вместе с нами. Он нашёлся во втором — стоящем не по центру подвала, а впритирку к одной из стен, скрытый за обилием каменных геометрических фигур. Господин Высокого дома и новый Князь Йхтилла лежал на спине, закрыв глаза, и на лице его читалось непривычное умиротворение. Можно подумать, я застал его в личной спальне во время послеобеденного отдыха, а не в разгар миссии, от которой зависело будущее мироздания.
— Хорошо здесь, — сказал мой друг, не открывая глаз. — Спокойно.
— Ага, прохладно, и мухи не кусают, — поддакнул я. — Будешь вылезать или поспишь ещё пару часов?
— Есть подозрение, что поспать здесь я ещё успею, — меланхолично сказал Асфар, выбираясь из своего гроба. — Госпожа Кулина, как вы перенесли телепорт?
— Без комментариев!
— Бывало и лучше, — сказал я. — Но вроде все живы и целы. С чего ты взял, что нам понадобится тут ночевать?
— Есть такое подозрение. Или предчувствие — сам выбери, что тебе ближе. Напомни, что нас ждёт сразу после подъёма?
Перед походом я объяснил всем его участникам, с чем нам предстоит иметь дело. Информации о башне Вечности имелось с гулькин нос, и почти вся она проистекала из моего личного опыта. И если Кулина слушала очень внимательно, то Асфар — слегка рассеянно, сказав, что лучше попробует прочувствовать атмосферу на месте. А теперь, когда мы на месте, пошли уточняющие вопросы.
— Библиотека, — терпеливо сказал я. — Основной зал первого этажа. Единственный, который при каждом посещении оставался более-менее одинаковым.
— Если не пересекать границу, разделяющую залы, так?
— Ага, ты всё-таки слушал.
— Слушал, но всё ещё осознал не до конца. Это одно из самых странных мест, что я когда-либо посещал.
Учитывая то, что мы вместе с Асфаром посетили и захватили грёбаный Йхтилл, это звучало весьма смело. Но сложно было с ним не согласиться — у аномальной башни правила менялись с каждым новым этажом.
— Для начала, — сказал я. — Предлагаю не заходить дальше первого зала. Ищем любую информацию о Мастере. Если о нём ничего — о старом знаке Йхтилла.
— Предположим, не найдём ни того, ни другого, — сдержанно сказал Асфар. — Что тогда?
— Заберёмся повыше.
— И тем самым положимся на судьбу?
— У тебя есть предложение получше?
— У меня есть!
Мы синхронно обернулись на Кулину, которая самым внимательным образом слушала наш разговор.
— Надо попробовать «перезапустить» первый зал! — бодро предложила она. — Всё равно что слить грязную воду, сполоснуть, добавить новую — и можно снова готовить! Так мы сэкономим силы и сможем найти нужный текст гораздо быстрее.
Я совсем уже собрался открыть рот, чтобы мягко поинтересоваться — с чего Кулина взяла, что это сработает. Открыл — и захлопнул, поскольку тут же вспомнил — сработает. Сработало как минимум однажды, во время первого посещения, хотя тогда перезапускался конкретный момент во времени. Симуляция момента? Воспоминание о нём?
В любом случае, зал восстанавливался после распада в прах. Не исключено, что если переждать в подвале, его содержимое в самом деле обновится.
— Говоришь, сперва там были свитки, а у стражи — бронзовое оружие? — задумчиво спросил Асфар.
— А? Ну да, выглядело так, будто тогда я сходу угодил на три-четыре тысячи лет назад.
Глиняных табличек, разве что, недоставало, но папируса на полках вполне хватало для приблизительного указания на возраст. Асфар, впрочем, оказался не согласен.
— Полночь, как и любой вечный замок, отталкивается от уровня технологий и культуры окружающих узлов. Но история великой паутины движется по спирали, и свитки с бронзой могли неоднократно повторяться.
— То есть, в какой-то момент в Торвельде, Ноктии и Ноартале забыли про то, как переплетать обложки? Или сопредельные узлы тогда вообще были другими?
— Я знаю не больше тебя, друг мой. А если предполагаю — сознание Князя не даёт конкретики, лишь слегка соглашается, когда у меня возникает верная мысль.
Разумеется, ещё один фильтр. Но лучше уж предположить нечто подобное, чем то, что башня беззастенчиво жонглировала временами на огромном разбросе. В конце концов, любые показанные мне сценки в первый визит оставались тем, чем должны были — сценками. Театром одного актёра, который выступал перед единственным зрителем. Видеоигрой, подбросившей увлекательную головоломку.
Второй визит и стычка с Бертрамом слегка это перечёркивали, но по какой причине — неизвестно. Возможно, исключительно за счёт силы моего далёкого предка, способного воздействовать на свои владения даже во сне. И читальный зал тогда точно так же рассыпался в прах, стоило его покинуть правильным образом…
