Вторая жена господина Нордена (СИ) - Лакруа Катя

Глава 18

Адриэн

Ящик поддался, правда, как я и предполагал, передняя планка вылетела вместе с зачарованным замком. Заклятие явно накладывал неумелый маг. Хотя чему удивляться? Наверняка работа Дарриена, а он никогда не учился и, соответственно, не инициирован. Но если на дневнике девчонки заклятие было совсем простим и слабеньким, то тут доморощенному магу явно пришлось потрудиться. На пол посыпались какие-то клочки бумаги.

Элианна сзади вдруг схватилась за меня. Я резко развернулся и выругался, еле успев подхватить девчонку, начавшую оседать на пол. Демоны раздери дурацких женщин с их неуёмным любопытством! Конечно, разве можно хоть раз послушаться мужа? Нет, это, пожалуй, слишком ущемляет гордость. Хотя я тоже виноват: не нужно было поддаваться на уговоры. Стоило проявить твёрдость и выставить девчонку вон из комнаты. Но она смотрела так жалобно и, кажется, снова была готова заплакать, что я понял: проще дать ей защитный кристалл, чем потом с ней возиться, утешая. Хотя повозиться, похоже, всё равно придётся.

Перехватив Элианну поудобнее, я отнёс её на кровать, уложил поудобнее и присел рядом. Судя по трепещущим векам, девчонка всё-таки в сознании. И, словно в подтверждение моих мыслей, она застонала, подняла руку и прижала к груди в том месте, где висел амулет.

— Что случилось? — спросил я, осторожно убирая её ладонь. Элианна снова попыталась прикрыться, а я уставился на покрасневшую кожу, очень стараясь смотреть только на обожжённое место и не пялиться снова на декольте, демоны его раздери. По телу разлилась знакомая волна, и я постарался встряхнуться. Хватит уже капать слюной на прелести девчонки, в самом деле. Женился ведь совсем не ради них!

— Элианна, вы меня слышите? — повторил я, убрал руку и выпрямился, переведя взгляд на её лицо. Девчонка снова застонала, открыла глаза и, увидев меня, попыталась слабо улыбнуться. От этой попытки стало тепло на душе, но я постарался нацепить на лицо своё обычное выражение.

— Как вы? — строго спросил я.

— Уши… заложило, — пробормотала девчонка. — И ещё амулет… он, кажется, обжёг меня.

— Я видел. Сейчас принесу вам мазь. Такое бывает, когда заклятие наложено неумелым магом без нужных знаний. Мне не следовало разрешать вам оставаться. Впрочем, временные проблемы со слухом можете считать последним подарком от вашего драгоценного Дарриена.

Признаться, я тут же пожалел о своих жёстких словах. Надо быть выше этого. Да, девчонка и её друг нарушили закон, но, возможно, она его в самом деле любила, и если бы не потеря памяти, до сих пор хотела бы с ним быть…

Однако Элианна, кажется, то ли не расслышала меня, то ли решила не углубляться в тему. Осторожно приподнялась на локтях и посмотрела на учинённый мной беспорядок.

— Но вам всё-таки удалось сбить заклятие?

— Да, как видите.

— И что в ящике?

— Пока вижу только бумаги. Рискну предположить, что это письма. Дальше в ящик не заглядывал.

Элианна кивнула, снова прикоснулась к ушам и откинулась обратно на подушку.

— Уверены, что нормально себя чувствуете? — уточнил я, снова нечаянно наткнувшись глазами на амулет и оставленный им ожог.

— Да, всё хорошо. Просто немного устала, и уши ещё заложены.

Я взял Элианну за руку и, сосредоточившись, влил в неё немного силы. Ей не помешает, а я сегодня, пожалуй, снова приму демонское зелье Эксерса, раз уж брачная ночь отменяется.

— Спасибо, — тихо сказала девчонка, снова мне улыбнувшись. Смотреть на эту добрую улыбку всё-таки очень больно… Надо чаще напоминать себе, что это всего лишь потерявшая память или ведущая безумную игру взбалмошная девица Азерис.

Я быстро наклонился и поднял отлетевшую дальше других бумажку. Надо же, помяни демона… Это явно письмо от Дарриена. Я не стал таиться и развернул его. В конце концов, Элианна — моя жена, я имею право читать её переписку, даже личную. Тем более личную.

В дневник я заглянул только краем глаза, однако позже, наверное, всё-таки придётся забрать его у девчонки и изучить. Меня привлекла фраза, которую успел прочитать, пока стоял у Элианны за спиной: «Главное, что у меня есть план! Женишок меня ни за что не получит». План. Вряд ли план заключался в том, чтобы потерять на болотах память. И ещё сомнительнее, что Элианна писала в дневнике подробности, но и пропускать такую важную улику нельзя. Ладно, для начала надо это письмо просмотреть. Я взглянул на неаккуратные, кривые буквы и поморщился. Демонская любовная ерунда, от которой так и тянет засунуть два пальца в рот.

«Милая моя девочка», «целую твои нежные пальчики», «вспоминаю твои грудки, они так трогательно смотрятся в моих ладонях». Гадость какая! Я искоса глянул на Элианну: она уже сидела и внимательно наблюдала за мной.

— Что это? — спросила она.

— Не узнаёте? — Я сунул ей под нос бумажку, чтобы лишний раз понаблюдать за замешательством. В душе неприятной волной поднялось раздражение, и голову сдавило от разрушающей, но не находящей выхода силы. Если Дарриен когда-нибудь всё же попадёт в руки правосудия, вести его дело точно буду с особым удовольствием.

— Н-нет, — пробормотала девчонка.

— Письмо от вашего… возлюбленного, — сухо бросил я, встал с кровати и подошёл к куче других бумаг.

Так и есть, всё это — письма от мальчишки. Вон валяется ленточка, которой они явно были перевязаны. Я обернулся: Элианна уже свесила ноги с кровати, но выражение лица осталось безмятежным. Ей не интересно узнать, что в письмах?

— Я уже не помню, что он мне писал, — тихо сказала она.

— Лучше и не вспоминайте, всё равно вы с ним больше не увидитесь. — Я присел на корточки и принялся сгребать бумаги в кучу. — Я их заберу, вам они теперь ни к чему.

Я сознательно пробовал спровоцировать девчонку. Вдруг в памяти всё-таки что-то щёлкнет? На какой-то миг показалось, что на её лице промелькнула грусть, но она сразу же взяла себя в руки и пожала плечами.

— Мне жаль беднягу Максимилиуса. Если он попадёт к вам руки, ничего хорошего его не ждёт, но ведь он не виноват, что влюбился в меня. Сердцу не прикажешь.

Элианна встала с кровати и подошла к развороченному ящику.

— Ещё вопрос, по-настоящему ли он вас любил, — скривился я. — Если бы любил, не стал бы вас подставлять. А теперь вообще сбежал, отдав вас в руки другому.

— Но ведь он не… — начала девчонка и осеклась. — Наверняка у него была причина сбежать. Может, это я сама сказала ему так сделать, чтобы спастись…

— Защищаете его, хотя не помните ни одного обстоятельства и основываетесь лишь на собственных предположениях. Очень интересно. — Я редко поднялся на ноги, зажав в кулаке листки. Девчонка, стоявшая рядом, посмотрела испуганно и отступила на два шага, но я придержал её за плечо.

— И с чего вы решили, что его не ждёт ничего хорошего, если попадёт ко мне в руки?

— Про ваши методы ведения допросов ходят… не очень лестные слухи, — ответила Элианна, посмотрев с вызовом.

— И какие же? — Я притянул девчонку ближе, и она вздрогнула, но не отвела взгляд и выпалила:

— Вы применяете запрещённую магию на допросах!

— Допустим, и что дальше?

Девчонка уже оказалась крепко прижатой к моему боку, и мысли снова против воли поползли в другую сторону.

— Ну, это… это… неправильно! Есть же законные методы и всё такое… — Элианна продолжала храбриться, но голос всё-таки дрогнул.

— Вы как-то слишком хорошо осведомлены о ведении следствия, — поддел я: игра начинала даже нравиться. — Изучали на будущее, когда связались с Дарриеном?

— А вас так задевает, что я с ним связалась?

Теперь голос Элианны зазвучал выше обычного. Всё, победа почти за мной.

— Меня вообще мало что может задеть, Элианна. Думаю, позавчера вы уже уяснили, каких тем лучше не касаться, на остальное мне плевать. Я добросовестно выполняю свою работу, мной довольны, и мои методы никого касаться не должны. А теперь, с вашего позволения, я отойду за инструментами, чтобы приколотить обратно планку от ящика. Вы же очень меня обяжете, если вынете оттуда оставшееся содержимое.