Меня всю изнутри распирает. Выгибаюсь, поцелуй прерываю, голову выше задираю и воздухом давлюсь. Слепо корябаю по литым мышцам. Его катастрофически много. Помню ведь булаву здоровенную.
Гор даёт мне привыкнуть к себе, целует шею, ласкает языком кожу, слизывая капельки пота. Плавно отстраняется. Впиваюсь ногтями в плечи. Не желая его отпускать. И вскрикиваю от нового толчка.
Муж постепенно задаёт свой темп и теряет голову. Вбивается безжалостно, оставляет на нежной коже поцелуи-укусы. Сильнее смыкает пальцы, отпечатками клеймит.
Я, как настоящий зверь, рычу, бёдра навстречу вскидываю. С неменьшим пылом отвечаю. Вся горю и мечусь под ним. Кусаю в ответ прямо в шею. Совершенно необузданно, до металлического вкуса на губах.
Гор, рыкнув, отстраняется на вытянутых руках. Смотрит ошалело и возбуждённо.
— Пометила меня, моя лисица, — выдыхает сквозь зубы.
Улыбаюсь и тянусь сама. Наши губы сталкиваются в новом ошеломляющем поцелуе. Муж стон выпивает и грубо, с громким шлепком толкается.
Вокруг нас кружится серебристо-белая дымка. Магия ведьмака искрит, трещит и льётся в меня. Гор продолжает двигаться. Дико, необузданно.
— Зараза, — хрипит в губы, тараня на пределе сил.
Не успеваю хоть слово вымолвить. Очередной толчок лавой накрывает каждую клеточку тела и разрывает в безумном освобождении. С губ срываются стоны. Меня колотит в руках мужа.
Гор не даёт окончательно раствориться, двигается снова и снова. Разгоняет жар по венам, растягивая моё наслаждение и приходя к своему финишу.
Всем своим немаленьким весом падает, вдавливая в постель. Обнимаю его крепко. Оплетаю конечностями. Сама вжимаю в себя и дышу надрывно.
— Не раздавил? — чуть приподнявшись, в глаза мои шальные заглядывает. С пьяной улыбкой мотаю головой. Гор перекатывается на бок, сгребает в свои медвежьи объятья, в висок целует. — Люблю, Зараза.
— Знаю, — шепчу, прикрыв глаза.
Немного полежав и отдышавшись, муж соскакивает, подхватывает на руки и несёт куда-то. Не уточняю, просто прижимаюсь к груди неандертальца и отдыхаю.
Князь заносит в мыльню. И опускает возле бочки с водой.
— Это тоже какой-то ритуал? — вяло бурчу, цепляясь за его торс. Сил стоять на ногах нет. В теле нега и желание поспать.
— Твой ритуал. Ты же вечно моешься, — хмыкает Гор и льёт на нас воду. Хихикаю и скольжу ладонями по горячей груди.
Ополоснувшись, Гор вновь несёт меня обратно в спальню. А там нас уже ждут двое мужей. И, кажется, эту брачную ночь я запомню навсегда.
Эпилог. Лазарь.
Оставлять молодую жену так скоро совершенно не хочется. Но нужно помочь побратиму разобраться раз и навсегда с ведьмой. Заодно выяснить, что случилось с младшим. Молчание Миро мне не нравится. Инстинкты бунтуют, и зверь мечется. Мы, оборотни, крепко связаны со своей стаей, с роднёй.
— Лазарь, — зовёт князь, заглядывая в комнату.
Киваю, обнимая крепче спящую в моих руках красавицу. Мою истинную. Мой свет. Я ведь её сразу учуял. По следу пошёл, хотел забрать до того, как медведь явится. У нас с князем долгая история противостояния. Не раз я пытался убить его и снять проклятье с острова. Но у богов то ещё чувство юмора.
Осторожно перекладываю жену на подушки. В губы, чуть приоткрытые, целую. Шумно дышу ею, насыщаюсь впрок. Зверь урчит, ластится. Тоже транслирует свою привязанность к паре.
Нехотя отстранившись, выхожу из дома. Гор с Азуром нетерпеливо кружат у крыльца. Меня ждут.
— Что, если она улетела с острова? — спрашиваю, разминая плечи.
— Она не добилась своего. Значит, ещё здесь, — замечает Белогор. — Не тяни, Лазарь. Быстро закончим, вернёмся до пробуждения Заразы.
Вытягиваю вперёд ладонь, выпуская магическую клятву ведьмы. Красный огонёк вспыхивает. Ведьмаки ближе подходят. Гор магию свою выпускает, в серебристый кокон закрывает и поднимает в воздух. Прочтя заклинание, выпускает.
Пламя, вспыхнув, теряется меж деревьев, ищет хозяйку. Князь с братом на оленя прыгает и устремляется вслед за магическим маяком. Мы с Азуром перекидываемся в ипостаси и догоняем.
На окраине острова, среди чащобы лесной находим ведьмину избу. Прав был Гор — не улетела, не отказалась от своей мести. И за это поплатится.
— Выходи, Яга. Встреть кару достойно! — гремит голос князя.
Белогор вскидывает руки, плетя магию. Рядом конунг проделывает то же самое. Возвратив себе ноги, укрываю шкурой бёдра и подхожу ближе.
Дверь избушки со скрипом распахивается, и ведьма выглядывает. Осматривает нас высокомерно и гордо спускается.
— Думаешь, я страшусь смерти? — усмехается Яга. — Я давно с ней дружу, великий князь.
— Лукерия не заслуживала такой участи. Я сожалею о твоей утрате и в полной мере был наказан за свою глупую спесь, — Гор подходит ближе к ведьме.
— Оставь своё сожаление при себе! — выплёвывает женщина. — Я заставлю тебя страдать вечность. Любимую уберег, детей не убережёшь. Расслабишься, князь, и я нанесу удар. Лучше убей и покончим с этим сейчас.
— Я пришёл не убивать тебя. Но вреда ты моей семье больше не причинишь.
— Подожди! — останавливаю побратимов. — Ты слово нарушила. Не хочешь получить откат от своей же магии — расскажи про Миро.
Ведьма губы поджимает. Раздумывает недолго над ответом. Всё же кивает. Достаёт из-за пазухи зеркальце, заклинание читает и усмехается неприятно.
— Жив твой брат, но я бы никому такой жизни не пожелала.
— Покажи! — требую, сжимая кулаки.
— Сначала ты, — торгуется женщина.
Кивнув, вытягиваю ладонь, её клятва вновь вспыхивает красным пламенем. Возвращаю магическое слово хозяйке. Развеяв пламя, она протягивает зеркальце.
— Ну что ж, прощай, Яга, — Гор голову вскидывает, огнянника высматривает. Женщина тоже замечает дракона.
— Ты не посмеешь! — шипит, вмиг преображаясь.
Под ногами ведьмы клубится тёмная магия. Разрастается вширь, бросается на нас, словно голодный зверь. Конунг закрывает нас от заклятья Яги белоснежным куполом.
— Сейчас, Азур! — приказывает князь, набрасывая на женщину магическую сеть.
— Я найду способ вернуться, Белогор! — верещит Яга.
— Не найдёшь, — качает головой побратим. — Там, куда ты отправишься, нет магии.
— Проклинаю!.. — выкрикивает женщина.
Дракон с яркой вспышкой молнии пикирует, пролетает между нами, разверзая пространство. Гор вместе с братом бьют по ведьме светлой магией, вышвыривая её в иномирный лес. В мир моей пары. Азур вновь летит обратно и захлопывает брешь между мирами.
Шумно выдохнув, осматриваю опустевший лес. Вместе с Ягой пропали её избушка на курьих ножках и ступа. Ничего не осталось. Всё с собой забрала.
— Неужели покончили с ней? — неверяще басит Гор, отряхивая ладони.
Я же в зеркальце смотрю. На деревянную статуэтку волка, стоящую на тумбочке у кровати в незнакомой комнате.
— Миро в беде…
— Яга могла набрехать, Лазарь, — хлопает по плечу побратим. — Пойдём домой, пока Зараза не проснулась.
Киваю и, передав зеркальце, перекидываюсь в ипостась. Полностью передаю сознание зверю. Волк, не жалея лап, несётся к своей паре. Влетает первым в дом. Шумно взбирается на развороченную постель и кладёт морду на грудь.
— Привет, — сонно улыбается Вика, зарываясь пальцами в густой мех между ушей. — Ты, как всегда, уже на ногах.
Лизнув в нос, отстраняюсь. Зверь отступает. Обернувшись, притягиваю малышку к груди, вдыхаю неповторимый запах моей женщины. Вика оплетает руками шею. С улыбкой потирается и целует в губы.
— Чем вы там со сранья занимались? — шепчет, корябая ноготками плечи и возбуждая незамысловатой лаской.
— Ягу наказывали, — бурчу. Жена дёргается. Резко садится и испуганно смотрит. — Всё хорошо. Она больше не причинит нам вреда. Отправили её в твой мир. Пусть доживает свой век и ищет счастье подальше от нас.
— А так можно было? — хмурится Вика, подтягивая сползающее одеяло. — В смысле, можно попасть на Землю?
