Пионеры диких земель (СИ) - Блейн Марк

Вечер опустился на наш походный лагерь быстро, окутав холмы синей, прохладной дымкой. Солдаты, разбив палатки и наскоро поужинав, собирались небольшими группами у костров. Их тихие разговоры, смех, а иногда и заунывные походные песни разносились по лагерю, создавая уютную, почти домашнюю атмосферу. После подземного мрака и постоянного напряжения вид живого, трескучего огня и звёздного неба над головой действовал лучше любого лекарства.

Командиры, собрались у моего шатра, вокруг большого костра, который гномы сложили с присущей им основательностью. Урсула сидела на бревне, подперев щёку кулаком, и задумчиво смотрела на огонь. За последние дни орчанка почти вернулась в норму, но в её глазах всё ещё можно было заметить тень пережитого кошмара, которая делала взгляд более глубоким и серьёзным. Рядом с ней, скрестив на груди свои руки, устроилась Брунгильда. Моя жена-гномка, казалось, никогда не уставала, даже сейчас она что-то быстро чертила палкой на земле, явно обдумывая очередную инженерную идею. Лира грациозно расположилась на расстеленном плаще, её хвосты мягко шевелились в свете костра, а в раскосых глазах плясали озорные искорки.

На большом плоском камне, который заменял нам стол, была расстелена карта западного побережья. Та самая, которую я изучал бессонными ночами перед походом в Дикие Земли.

— Мы возвращаемся победителями, — нарушил уютное молчание. — Но расслабляться некогда. У нас еще есть окно возможностей, и я не собираюсь его упускать.

Я ткнул пальцем в точку на побережье.

— Крейгхолл, по данным того пленного эльфа, там находится одно из Обсидиановых Сердец Мортаны. Уничтожив его, мы создадим брешь в магической блокаде. Это наша следующая цель.

— Наконец-то! — Урсула тут же оживилась, в её глазах вспыхнул знакомый боевой азарт. — Хорошая, честная драка! Выйти в поле и раздавить этих ушастых ублюдков! Сколько их там, десять тысяч? Двадцать? Плевать! Мы сметём их!

— Боюсь, Урсула, всё будет не так просто, — вмешалась Лира, её голос был спокоен и мелодичен. — Мои разведчики, которые все это время работают на западном направлении, докладывают, что Крейгхолл, это уже не просто сожженный город, теперь это крепость. Мортана превратила его в свой главный плацдарм на побережье. Глубоко эшелонированная оборона, магические ловушки, гарнизон из отборных войск. И, что самое неприятное, там есть флот. Темные контролируют все подходы с моря, лобовой штурм, даже нашими силами, будет самоубийством.

— Флот, это проблема, — согласился с ней. — Но мы пойдём по суше.

— По суше, это ещё большая проблема, — тут же встряла Брунгильда, отрываясь от своих чертежей. — Дорог там нет, одни старые тракты, реки, болота, горные перевалы. Нам понадобится столько топлива для танков, что его придётся везти вторым обозом. А фураж для лошадей? А провиант? Логистика этого похода будет кошмаром похлеще любого подземного Генерала. Мы можем потерять половину армии ещё до того, как дойдём до цели.

Гномка тоже была права, как всегда. Прагматизм Брунгильды был тем самым холодным душем, который не давал нам утонуть в шапкозакидательских настроениях.

— Люди устали, командующий, — неожиданно подал голос один из офицеров. Он редко участвовал в стратегических спорах, предпочитая выполнять приказы, но сейчас счёл нужным высказаться. — Они герои и победители, но все уже на пределе. Подземная война высосала из них все соки, физические и моральные. Им нужен отдых, хотя бы месяц. Чтобы залечить раны, увидеть семьи, просто напиться и забыться. Если мы бросим войско в новый поход прямо сейчас, они пойдут, потому что верят тебе. Но у них не будет огня в глазах. А без огня такие крепости, как Крейгхолл, не берут.

Наступила тишина, каждый из них был прав. Урсула жаждала боя, Лира требовала осторожности, Брунгильда упирала на логистику, а офицеры думали о людях. И задача лидера не выбрать одну правду, а сложить из них общую победную стратегию.

— Вы все правы, — сказал я после долгой паузы. — Именно поэтому мы сделаем всё по-своему. По возвращении в Каменный Круг армия получает месяц отдыха. Тренировки только для поддержания формы. Все, кто могут, получат увольнительные. Пусть увидят семьи, потратят жалование, наделают нам новых солдат.

Среди офицеров пронеслись смешки, но в глазах было одобрение и облегчение.

— Брунгильда, — повернулся к гномке. — Этот твой месяц. Мне нужна полная инвентаризация всего, что у нас есть. Нужны расчёты по топливу, боеприпасам, провианту. И мне нужна дорога! Ты со своими инженерами должна разработать маршрут и начать подготовку. Используй всех, кого сможешь, пусть строят мосты, гати через болота, расширяют перевалы. Через месяц, когда армия будет готова выступить, логистический коридор должен быть готов хотя бы на треть.

Брунгильда оскалилась в своей фирменной, хищной улыбке.

— Будет сделано, Железный, это задачка по мне.

— Лира, — я посмотрел на кицунэ. — Твоим девочкам отдыхать некогда. Я хочу знать всё о Крейгхолле, раз сведенья морского эльфа серьезно устарели. Расположение всех фортов, батарей, всех магических ловушек. Я хочу знать имена всех командиров гарнизона, их привычки и слабости.

— Нас уже маловато, дорогой барон — картинно вздохнув, ответила лисица. — скоро начнем пробуксовывать, не успевая везде и всюду.

— Одну орчанку ты взяла в оборот, уверен таких у тебя много.

— Всё так, но на обучение надо время — Лира грациозно склонила голову в знак согласия.

— Найми тех, кому доверяешь, в чем проблема? — удивленно спросил у хвостатой.

— Уже работаю над этим, командующий. — уже без притвор вздохнула Лира — но дело в деньгах. Слишком тонкая игра, даже среди, кхм, своих не могу выбрать массово тех, кому можно доверить наши секреты.

— Могу чем-то помочь? — уточнил на всякий случай. Ох, как мне не понравился взгляд Лиры.

— Можешь — загадочно ответила кицуне — Но всему свое время, пока работаем с тем, что есть.

— Как скажешь — кивнул ей в ответ. — А ты, Урсула, — я повернулся к орчанке, — займёшься самым главным, тренировкой новых штурмовых отрядов. Никакого поля и честной драки не будет. Штурм укреплений, бои в городских условиях. Ты должна превратить своих берсерков в универсальных солдат, которые могут не только махать топором, но также использовать все новшества современного боя.

— У нас осталось не так много времени, пока Мортана тупит, а остальные дома смотрят — подытожил разговор. — Месяц по прибытию, чтобы отдохнуть, перевооружиться и подготовиться к походу.

Пейзаж постепенно менялся, угрюмые, дикие леса и скалистые холмы уступали место холмистым равнинам, покрытым высокой, сочной травой. Воздух стал теплее, а небо выше и синее. Мы входили в ту часть Диких Земель, которую я когда-то, ещё до похода, отдал первым беженцам. Тогда это был акт отчаяния и надежды одновременно. Я просто дал людям землю и шанс, не зная, смогут ли они им воспользоваться. И вот теперь я видел плоды этого решения.

Первое, что мы заметили, это дымки. Десятки тонких, белых струек дыма, поднимающихся к небу там, где по всем картам должен был быть лишь дикий, необитаемый лес. А потом мы вышли на первую деревню.

Вернее, это была ещё не деревня, а скорее, большое, хаотично разросшееся поселение. Десятки наскоро срубленных, но уже обжитых домов. Кривые, но прочные заборы, огораживающие поля, на которых зеленели всходы. Мычание коров, кудахтанье кур, звонкий лай собак. Запах свежеиспечённого хлеба и парного молока, запах мирной жизни.

Наше появление вызвало переполох. Люди, работавшие в полях, побросали свои инструменты. Дети, игравшие на улице, с криками попрятались по домам. Навстречу нам выбежали несколько мужчин с топорами и копьями в руках. Их лица были настороженными и суровыми, но затем увидели знамёна и мой греб. И страх на их лицах сменился недоверием, а затем оглушительной, всепоглощающей радостью.

— Наши! — закричал кто-то, и этот крик подхватили десятки голосов. — Вернулись!