Ищу няню для папы, или Как согреть Стража Севера (СИ) - Рысенок Леся

Так что скажу гномам, чтобы ехали уже в замок князя и присматривали за ним. Пусть в костюмы братьев артефакты хотя бы зашьют. Постараюсь насколько могу защитить Вормусов от коварства Лапидуса, а больше ни во что вмешиваться не стану. Все, так и поступлю!

Вот только понять бы, куда дальше ехать… Разве тут была развилка? Так, а где замок князя? Черт, а лес-то откуда?

Я попыталась развернуть коня, но поняла, что сделать этого не могу: и животное не хотело идти куда я его направляла, и рука, которая после купания в реке и встречи с волховицей как будто бы прошла, внезапно вспомнила, что она вообще-то больная. В итоге мы крутились-крутились, а потом конь встал на дыбы и отказался вообще куда-либо идти.

Я спустилась на землю, чтобы, взять коня в удила и вывести его из леса, который я, честно сказать, вообще не поняла, как оказался на моем пути. Но стоило слезть с седла, как и нога решила напомнить, что с ней так нельзя. Причем напомнила очень своеобразно, так что я взвыла от боли, когда наступила на нее.

И тут же в лесу кто-то завыл, отвечая мне.

У меня все волосы на теле дыбом встали в ужасе, и я решила, что пора мне с путешествиями завязывать. Взяла лошадь и, как мне казалось, двинулась на выход из леса, ориентируясь на просвет между деревьев.

Но то ли солнце светило так странно, то ли еще что, но спустя какое то время я поняла, что никуда я не вышла, а окончательно заблудилась, забредя куда-то в глушь. Дорога пропала, а чаща окружила меня со всех сторон. Остановилась и попыталась сообразить, что делать дальше.

Я помнила: если заблудился в лесу, главное не паниковать, оставаться на месте и развести костер, чтобы спасатели могли быстрее найти тебя. Костер развести я не смогу, я на прогулку в лесу вообще не рассчитывала, искать меня еще неизвестно когда начнут, а вой опять раздался на этот раз ближе. Ну и как тут не паниковать?!

С другой стороны со мной лошадь, и она по идее должна выйти к дому. Я так думаю. То есть надеюсь на то, что животное умнее меня и знает, куда ему идти.

Попыталась забраться обратно. Ага, со сломанной рукой и неправильно сросшейся ногой, которые так не к месту начали болеть… Лошади мои манипуляции не понравились, она взбрыкнула, вырвалась и ускакала в чащу.

Но она ведь домой побежала, так? Ну не дура же она в пасть к волкам нестись? Похромала в ту же сторону. Хотела позвать ее, но в конюшне я не озадачилась тем, чтобы узнать ни пол, ни имя животинки. А идти и на манер ежика из мультфильма кричать: “Лошадка! Лошадка!” было как-то глупо. Хотя куда уж глупее сбиться с единственной дороги и угодить в лес?

Пройдя немного, поняла, что вышла к оврагу и не знаю, куда делась разумная скотина, которая оставаться со мной дурой не пожелала. Пока всматривалась в землю, надеясь отыскать следы от копыт и внимательно разглядывала местность, чтобы запомнить, за спиной раздался треск.

“Ну все конец тебе, Агата!”— была первая мысль.

“Ага, сейчас!” — вторая. Прикинула, есть ли дерево, на которое я смогу забраться и поняла, что в моем положении это маловероятно.

Треск раздался ближе. Вглядываясь в просветы между деревьями принялась выламывать небольшое засохшее деревце. Буду им отбиваться! Или лучше упасть и притвориться мертвой? Или этот способ миф и на самом деле так не прокатит?

С отчаяньем, преодолевая боль в руке, я изо всех сил дернула на себя деревце, оно неожиданно поддалось и я вместе с потенциальной дубинкой полетела в овраг.

По дороге ударилась о землю больной рукой и плечом, там что-то хрустнуло, катясь вниз, перевернулась еще раз, взвизгнула от пронизывающей боли, еще один неудачный поворот и наконец-то совсем невыносимая боль погрузила меня в темноту.

Глава 34. Старик

Очнулась я оттого, что лицо мне обтирали чем-то влажным. Сначала я подумала, что это медведь, и замерла, притворяясь мертвой. Только сердце бешено колотилось. Потом только сообразила, что больше похоже на тряпку, и открыла глаза.

Передо мной сидел старик и смотрел внимательно и строго.

— Очнулась?

— Да. Кто вы и где я?

— Медведь я, не видно что ли? А ты, стало быть, у меня в берлоге.

Ага, шутит. Ладно.

— Спасибо, что помогли и унесли меня из леса. Я, кажется, заблудилась.

— Случается, — сказал старик, помогая мне приподняться. Плечо тут же пронзило болью, и я невольно застонала.

Старик покачал головой и поднес к моим губам кружку. Отпила осторожно, но напиток был похож на тот, что давала мне Даная, поэтому допила его до конца.

— Спасибо, — сказала, оглядываясь. — Могу ли я как-то отблагодарить вас?

— Но коли сама спросила… Работать ты не можешь, калечная, так что сказкой старика потешь. Скучно мне тут одному. А я пока на стол соберу.

Осмотрелась еще раз.

“Берлога” больше напоминала избу, сложенную из толстых бревен с печью, возле которой присел на корточки хозяин, подкидывая дрова.

Топчан, на котором, опираясь на подушки, полулежала я, стоял в углу, рядом был стол с лавкой у перегородки, за печью были полки с посудой. Все остальное скрывалось за занавеской, натянутой от печи, но она была неплотно прикрыта, и мне показалось, что часть помещения за ней действительно чем-то похоже на берлогу. Как будто бы стены сплетены из корней, а на полу ковер из мха. Глупости, конечно, просто отделка нестандартная для избы, но, может, в избах северян это сени такие или мы в землянке под сосной в лесу. Жаль, окна тут не было, чтобы узнать точнее, а свет был от огня в печи и лучин.

Но раз я якобы у медведя… Значит, будет сказка про Машеньку и медведя. И я принялась за рассказ.

— Ну знаешь, если медведь решил девочку себе оставить, значит, она его истинная. Так что ее бегство ни к чему не приведет, — сказал старик, поставив на стол нехитрую снедь. — Поэтому никак не возьму в толк, в чем соль твоей сказки.

— В том, что нельзя ограничивать свободу людей? — неуверенно спросила я.

— Да кто же их ограничивает? Просто у оборотней-медведей так природой заложено — пару свою оберегать и заботиться о ней. Девочка-то ведь не к родителям побежала, а к бабке с дедом. Стало быть, сирота. Так почему ты думаешь, что у медведя ей было бы хуже?

— Вообще-то сказка — это не более чем метафора. Просто образ, намек на какую-то проблему, — я не придумала, что возразить старику, который откуда-то углядел в истории оборотней.

— А! Ну так это другое дело, — старик подвинул мне миску и сам присел за стол. — Тогда выкладывай, какая у тебя проблема. Кто тебя в неволе держит, Машенька?

— Агата меня зовут, — призналась я. — А в неволе меня какой-то злой рок держит. Я не в своем мире и не в своем теле оказалась. И теперь не знаю, что делать, как вернуться, да и есть ли еще, куда возвращаться. Машенька хотя бы цель имела, а у меня и того нет.

— Что же тебе без цели плохо живется? Так поставь себе ее — вернуться в свой мир. А там уже и пути найдутся.

— Думаете, это возможно?

— А чего нет-то? К богам обратись с просьбой, они тебе помогут. Плату, правда, назначат, но если есть цель, то надо к ней идти, так ведь?

— Так-то так, — согласилась я. — Но не так. Не на всякую плату я согласится готова.

— Тю, и что тебя смущает? Дома-то завсегда лучше, так ведь? Хочешь, как Машенька, от судьбы сбежать, ну так за то заплатить придется.

— Вы хотите сказать, что очутиться здесь, на месте Айны, это моя судьба? И если я не хочу ее принимать, то есть выход, но он требует платы?

Старик неопределенно пожал плечами, но так, что я восприняла это как согласие.

— Какой? — в волнении я закусила губу.

— Умереть здесь, — сказал старик. — Пожертвовать собой или тем, что тебе дорого. Север любит жертвы, принесешь ее ему, и он поможет.

— А как?

— А это если я тебе скажу, то дороги назад уже не будет, — прищурился старик. — Придется до конца идти. Ты к этому готова?

Я молчала, старик не торопил меня. И дело было совершенно не в том, готова ли принести жертву Северу, разумеется нет, я же не варвар какой. Просто так ли уж я хочу назад? Пусть даже я там выжила и лежу сейчас в коме. Ну вернусь я, выкарабкаюсь, и что меня ждет? Вернуться к родителям? Я люблю их, но давно живу самостоятельно и привыкла к этому. Мне думалось, что у меня налаженная, выстроенная жизнь, в которой я счастлива и довольна, тогда откуда взялись сомнения? Но это не мой мир, это мир Айны, и наверняка девушке тоже хочется вернуться в него. Имею ли я право занимать ее место?