— Вы не знали, что Аврора заменила бочку? — строгим тоном спросил Тарион.
— Нет. Нам пришлось действовать по наитию. Я отправился на кухню под предлогом проверки, и хотел понять, куда делась бочка. Я нашел ее, но она была заперта на замок. Ключ я нашел позже на полу в кухне. И уже после смерти короля я понял, что Аврора его невинно обронила, пока на кухне творилась рабочая суета. После пира я отозвал стражу от покоев короля, а Эсмонд отнес отцу кубок с отравленным вином.
Он сделал это сам!
Он убил моего отца!
А потом как ни в чем не бывало пошел со мной на тайную встречу.
В этот момент я почувствовала, как что-то в зале изменилось. Я сделала глубокий вдох и ощутила знакомый запах. Чистый, с легкой горьковатой ноткой травяного мыла, того самого, которым он всегда пользовался. Я знала его. Узнала бы среди сотен других.
Я чувствовала его раньше.
Крейн продолжал что-то говорить, я видела, как двигаются его губы, но не слышала слов, потому что теперь я слышала только одно.
Его.
Он был здесь.
Я провела взглядом по залу, запах стал сильнее. Я повернула голову, и мой взгляд устремился к дверям.
Он стоял за ней, я знала.
Как тогда, когда чувствовала присутствие Магдара Тариона, не понимая, что это. Только сейчас это было не магическое существо, это был опасный человек.
— Тарион, — позвала я тихо.
Он мгновенно повернулся ко мне, его взгляд стал острым.
— Что такое? — спросил он, наклонившись ко мне. — Тебе плохо? Отвести тебя в покои?
Я покачала головой и прошептала почти неслышно:
— Нет. Эсмонд стоит за дверью.
Глава 56.
Аврора
Тарион сразу же направился к дверям.
Я не отрывала взгляда от его широкой спины. Он резко распахнул двери и все увидели Эсмонда.
Тарион схватил его за шкирку и завел в зал, принц даже не сопротивлялся, гордо шел сам. Как будто его вели не на допрос, не обличали в убийстве, а приглашали на очередной королевский прием со всеми почестями.
Мое сердце болезненно сжалось. Я смотрела на Эсманда и не узнавала. Вроде бы у него сохранился тот же взгляд, те же черты, были те же руки, которые когда-то казались мне надежными.
Но внутри у него царила пустота.
Я встала, опираясь руками о стол, и слова вырвались раньше, чем я успела их остановить:
— За что ты так со мной, Эсмонд?
Мой голос дрогнул, я не просила оправданий, я просила правду. Одну горькую правду. Чтобы о ней рассказал ни Крейн, ни Ариэтта. Чтобы сам принц подтвердил все.
Эсмонд с презрением посмотрел на меня, словно я была назойливой мухой. В его взгляде не было ни раскаяния, ни злости, только холодная ясность.
— Потому что ты была для меня угрозой, — сказал он ровно. — Ты могла разрушить все. Все, что строилось годами. Все, что принадлежит мне и моей матери.
Я не могла дышать.
— Я защищал свое.
Его слова жестко ударили меня в грудь.
— Свое? — прошептала я.
— Да, Аврора, свое. Это трон, власть, будущее. Ты была такой наивной, такой мечтательной, что сразу поверила в то, что принцу нужна кухарка. И мне это было на руку. Мне не пришлось долго тебя окучивать…
Я заметила, как пальцы Тариона удлинились, сверкая острыми когтями.
— Осторожнее со словами, — прорычал он.
— Ты убил собственного отца, — дрожащим голосом произнесла я, стараясь сдержать горькие слезы. — Ты убил моего отца!
— Да, — без сожаления сказал Эсмонд.
Тишина в зале стала тяжелой, как свинец.
— Эсмонд, сынок, — голос Ариэтты сорвался, и я обернулась.
Она смотрела на него так, будто видела впервые.
— Ты мог прийти ко мне, — ее губы дрожали, глаза наполнились болью. — Мы бы что-нибудь придумали, мы всегда находили выход.
Она сделала шаг к нему.
— Но убить собственного отца? — ее плечи дрогнули. — Когда я тебя упустила? Когда все пошло не так?
— Я защищал тебя, — огрызнулся Эсмонд.
Она замотала головой.
— Ты защищал себя, — еле слышно пробормотала она.
И в этот момент мне стало ее жаль. Это чувство было странным и неправильным, но я не могла совладать со своими эмоциями.
В зале стояла не королева, а мать, которая вдруг поняла, кого вырастила. Эсмонд смотрел на нее и ни капли не сожалел о содеянном.
Он сделал выбор и стоял за ним до конца.
Я отвернулась, потому что больше не могла на него смотреть.
— По Священной клятве, — властный голос Тариона разрезал тишину, — будет суд.
Стража шагнула вперед, они взяли Крейна за руки, Эсмонда на глазах у всех заковали в цепи.
Он, как и прежде, не сопротивлялся.
Я не выдержала и сделала шаг назад. Тарион мгновенно оказался рядом. Его рука легла на мою талию.
— Пойдем, — тихо сказал он.
Я кивнула, Амелия поднялась следом. Мы шли к выходу, и я чувствовала, как за спиной рушится мир, в котором я жила.
— Лорд Ашерис! — крик Ариэтты разорвал воздух.
Он остановился и медленно обернулся.
Королева бежала к нам.
— Пощадите его, — ее голос срывался, терял свою силу. — Он… он запутался… он испугался…
Она остановилась перед нами и смотрела на Тариона с надеждой, которая была обречена.
— Он мой сын…
— Приговор неизбежен, Ариэтта. Такова моя клятва.
Она всхлипнула и закрыла рот ладонями, а Тарион взял меня за руку и повел вперед по коридору.
Огонь в камине тихо потрескивал, разбрасывая мягкий золотой свет по комнате.
Я сидела в кресле, подтянув ноги, и смотрела на языки пламени, которые лениво скользили по поленьям.
Рядом сидела Амелия, моя тетушка. Я до сих пор не привыкла к этому слову.
— Спасибо вам, — тихо произнесла я и повернула к ней голову. — За то, что вы осмелились на все это.
Она тепло улыбнулась.
— Это было нужно, — спокойно сказала она. — Во имя доброго имени Розы.
Амелия долго смотрела в огонь.
— Я жалею, что так долго не общалась с ней. Я не была рядом с сестрой, когда ты родилась, не помогала, не поддержала.
Ее пальцы сжались на подлокотнике кресла.
— Обида была сильной, Аврора. Слишком сильной. Я считала, что она совершает ошибку, что любовь не стоит тех последствий, которые за ней последуют.
Женщина горько усмехнулась.
— Я боялась дворца, боялась интриг, боялась потерять ее. И в итоге все равно ее потеряла.
Я не знала, что сказать. Просто слушала ее.
— Только после смерти Розы я поняла, что моя сестра выбрала не глупость. Она выбрала любовь. А я узнала это чувство слишком поздно.
Мы встретились взглядами.
— Когда встретила своего мужа, — продолжила она уже мягче. — Тогда я поняла, что значит идти за сердцем, несмотря ни на что.
Ее губы дрогнули в едва заметной улыбке.
— И тогда мне оставалось просить прощение только у неба, у духов, у всего, что могло меня услышать.
Я протянула руку и осторожно коснулась ее ладони. Она в ответ сжала мои пальцы. И в этот момент я почувствовала, что у меня есть семья. Пусть не та, о которой я мечтала, но настоящая.
— Трон твой по праву, Аврора.
Я резко покачала головой.
— Нет, — выдохнула я. — Куда мне?
Я нервно усмехнулась, но в этом смехе не было ни капли радости.
— Я не смогу.
Это было чистой правдой.
— Я не королева, — добавила я тише. — Я всего лишь обычная кухарка.
— Ты – дочь короля, моя милая, — твердо сказала она. — И в тебе течет кровь драконов.
Я сглотнула. Но это не делало меня сильнее, не делало меня готовой к правлению всем королевством.
— Я не знаю, как…, — прошептала я.
Амелия улыбнулась.
— Тарион будет рядом. Он тебя всему обучит.
Имя любимого отозвалось во мне теплом.
— Лорд Ашерис, — добавила Амелия, чуть прищурившись, — очень хороший.
Я невольно улыбнулась.
— Я рада, что он рядом с тобой.
Глава 57.
Тарион
