— Мы готовы вас выслушать, — наконец произнес лорд Стронгхейм, и голос его звучал уже не так уверенно, как вчера.
Амелия медленно подняла взгляд, она не спешила. Она позволяла им смотреть, сомневаться и бояться.
В зале стало настолько тихо, что я слышала собственное дыхание.
— Меня зовут Роза Бланш. Долгое время считалось, что я умерла, — начала она, опуская взгляд, словно вспоминая то, что действительно пришлось ей пережить. — Что болезнь забрала меня быстро и без следа.
Она чуть сжала пальцы на столе.
— Это не так.
Шепот прошелся по рядам. Я заметила, как Ариэтта едва заметно напряглась.
— Я выжила, — сказала Амелия, и в этих двух словах прозвучала тяжесть, которую невозможно было сыграть. — Но не благодаря милости судьбы.
Она подняла глаза, и впервые ее голос стал холоднее.
— А вопреки.
Мое сердце сжалось. Тарион внимательно слушал ее.
— В ту ночь мне подали отвар, — продолжала она, — привычный. Я не почувствовала ничего странного. Ни вкуса, ни запаха. Только спустя время пришла боль.
Некоторые лорды отвели взгляд.
— Меня спасли случайно, — добавила она. — Человек, который оказался рядом и который не успел задать лишних вопросов.
Я знала, что это не правда, но это была нужная ложь. Та, которую должны услышать.
— После этого мне пришлось исчезнуть, — тихо сказала Амелия. — Уйти, забыть свое имя, забыть прошлое.
Ее взгляд медленно прошелся по залу.
— Потому что меня хотели не просто убрать. Меня хотели стереть из памяти.
Я сглотнула.
— Я бежала, — продолжала она, — скрывалась, жила под чужими именами, меняла лица, пути, судьбы. Я делала все, лишь бы остаться в живых.
Она подняла подбородок.
— И все это время я задавала себе один вопрос.
Тишина натянулась до предела.
— Кто?
Никто не двигался, все затаили дыхание.
— Кто приказал меня убить? — ее голос не повысился, но стал тяжелее.
И в этом зале, полном власти, титулов и лжи, вдруг не осталось ни одного человека, который бы не понял: она сейчас озвучит ответ.
Я не могла отвести глаз. Амелия медленно повернула голову и посмотрела на королеву без страха.
— И я знаю, кто это сделал.
У меня в ушах резко загудело, я почувствовала страх, ползущий по залу. Я ощущала его так четко, как ощущала запах цветов или свежей выпечки.
Мой дар проявлялся сильнее. Я на мгновение прикрыла глаза, запах стал еще резче.
— Это вы, Ваше Величество.
Я резко открыла глаза и поняла от кого исходил этот самый вонючий страх.
— Ложь! — голос Ариэтты взвился резко и истерично, я аж вздрогнула от этой перемены. — Это наглая, чудовищная ложь!
Она резко поднялась, ее кресло заскрипело. Ее лицо изменилось, маска холодной королевы треснула.
Я увидела настоящую ее. Я ощущала ярость, страх, панику.
— Вы смеете обвинять меня? Женщина, которая… которая…
Она запнулась, потому что не нашла слов.
И это было страшнее любого признания.
Я медленно перевела взгляд на Тариона, он не двигался. Но в его ледяных глазах мелькнуло то самое холодное удовлетворение, которое появляется у хищника, когда добыча делает первый неверный шаг.
— Да, — уверенно кивнула Амелия. — Расскажи всем, Ариэтта. Расскажи, что ты сделала со мной! Как ты живешь все эти годы, зная, что забрала жизнь невинной девушки?
Я замерла, Амелия уже не говорила о себе, как о Розе. Она напрямую говорила про свою сестру.
Ариэтта дрожала, ее глаза метались, губы сжались в тонкую линию. Но затем что-то внутри нее треснуло.
— Да, — горько усмехнулась Ариэтта, — я нашла и приказала отравить тебя. Потому что…, — ее голос сорвался на крик, — потому что ты родила ребенка от моего мужа!
В этом признании дрожали ревность, унижение, страх потерять корону.
Я смотрела на нее, и внутри все сжималось.
— Потому что все годы Форвальд смотрел на меня, а видел тебя, Роза! Фовральд делил со мной ложе, но всегда любил тебя, Роза! Я знала, что он нашел тебя, что ты растила вашу общую дочь. Но я не убивала короля! — внезапно вырвалось из Ариэтты. — Я любила Форвальда!
Слова повисли в воздухе, как острые кинжалы. Я видела, как сама Ариэтта сражается с чувством вины и жаждой власти.
Тарион встал, его тень легла на комнату, как плотный плащ.
— Всем покинуть зал! — его голос прозвучал так строго, что никто не смел пошевелиться.
В потом лорды и советники поспешно вышли с опущенными глазами. В комнате остались только я, Тарион, Амелия и королева Ариэтта.
Тарион вышел из-за стола, его ледяной и непреклонный взгляд устремился на Ариэтту.
— Теперь, — сказал он тихо, но с абсолютной властью, — поговорим, как следует.
Глава 54.
Тарион
Я смотрел на Ариэтту и видел, как она ломается. Как ледяная корка на реке весной, сначала появляется едва заметная трещина, потом еще одна и вот уже вся поверхность покрывается сетью изломов, готовых в любой момент разойтись.
Она держалась изо всех сил. Но это уже не была та женщина, что стояла вчера в зале, холодная, надменная и уверенная в своей власти.
Сейчас передо мной была не королева, а уставшая и загнанная женщина.
И мой дракон внутри замер, он прислушивался к дыханию, к биению сердца, к правде.
Я медленно выдохнул.
Она не лгала.
— Вы не убивали Форвальда, — спокойно произнес я.
— Нет, — выдохнула она и покачала головой. — Я не, — ее голос дрогнул. — Я могла ненавидеть, могла желать смерти, но не ему.
Я верил ее словам, дракон никогда не ошибался. Но это не значило, что она чиста.
— Тогда скажите мне, Ваше Величество, — мой голос стал тише, — откуда вы взяли яд для Розы?
Она замерла, ее пальцы сжались, дыхание сбилось. Я наклонил голову, чуть прищурившись.
— Вы ведь не сами его создали.
Аврора стояла рядом, я чувствовал ее напряжение кожей, слышал, как быстро бьется ее сердце. Амелия сидела неподвижно, как тень прошлого.
Ариэтта закрыла глаза на мгновение, а потом прошептала едва слышно:
— Крейн.
Я не шелохнулся, только внутри дракон тихо зарычал.
— Начальник стражи, — добавила она уже громче, срывая с себя последний щит. — Ральтэр Крейн.
Я заметил, как вздрогнула Аврора, как напряглась Амелия.
— У него…, — Ариэтта сглотнула, — у него есть связи на Юге. Дядька или кто-то из родни. Он говорил, что может достать все, что угодно.
Она горько усмехнулась.
— Я не спрашивала, как именно.
Такие, как она, никогда не спрашивают, они приказывают.
В голове все складывалось слишком быстро: Юг, травы, имя Розы, Крейн.
— Значит, — тихо произнес я, — именно он организовал поставки.
Ариэтта молча кивнула, и в этот момент дверь с грохотом распахнулась. В зал ворвался запыхавшийся стражник.
— Лорд Ашерис!
Я резко обернулся.
— Говори.
— Ральтэр Крейн! — он сглотнул. — Он пытается сбежать!
Дракон внутри меня рванулся вперед, и я медленно улыбнулся.
— Поздно.
И в следующий миг я уже разворачивался к выходу, чувствуя, как ледяная магия поднимается по венам.
Я нашел его у западных ворот. Беглецы всегда выбирают самые очевидные пути, надеясь, что именно туда никто не посмотрит.
Смешно.
Он почти добрался до равнины. Стража уже смыкалась вокруг него, но Крейн еще держался. Он был высокий, в плаще, с мечом у бедра, и он выглядел так, будто все еще мог отдать приказ и его послушают.
Но стоило мне шагнуть вперед, как все изменилось.
Он увидел меня, а я увидел настоящий страх. Я не стал ничего говорить, не стал предупреждать.
Я оказался рядом с ним быстрее, чем он успел вдохнуть. Моя рука сомкнулась на его горле с такой силой, что его ноги оторвались от земли.
Камень под моими сапогами треснул.
Я чувствовал, как кожа на руке стягивается, как проступает холодная белая чешуя, как из-под пальцев вырастают когти.
