Егерь. Черная Луна. Часть 2 (СИ) - Скиба Николай

— Что? — выдавил он хриплым голосом. — Что ты узнал там, в Расколе?

Тигр развернулся к нему всем телом — движение огромного огненного хищника, от которого воздух наполнился искрами.

— Я не знал, что происходит на самом деле. Если моя сестра — Альфа жизни — почувствовала именно Сайрака, а не Тадиуса… То она могла спрятаться гораздо глубже. Туда, куда я бы и подумать не мог… Нам срочно нужно в Оплот Ветров.

— Мы успеем? — взволнованно спросил отшельник.

— Нет, — прорычал Альфа. — Боюсь мы уже опоздали.

Григор бросил последний взгляд на тело Романа. Всё внутри него кричало — нельзя так, нельзя оставлять. Но там, в Оплоте, многим людям срочно нужна помощь.

Роман бы понял. Роман бы сам так сделал.

Спустя несколько секунд они исчезли. А здесь, под Расколом, осталась только маленькая суховатая фигура на сером камне.

Под чужим небом.

Вдали ото всех.

Глава 16

Всё получилось. Вальнор помог нам пробраться внутрь.

Я оглядел каменную арену и невольно напрягся.

Десятки тысяч людей на трибунах — море лиц, голосов, движения. Обычный праздник для них. Они пришли посмотреть на красивое зрелище, поставить на фаворитов, выпить с друзьями.

Чёртовы политики. Всё ещё — политики.

Чтобы поймать матёрого хищника, который прячется годами, его нужно выманить на открытое место. Дать наживку, от которой он не сможет отказаться.

Короли не собирались никого спасать. Они сознательно загнали свой же народ и вольные народы в эту бетонную банку, превратив десятки тысяч мирных граждан в кусок кровоточащего мяса на дне капкана.

Они уверены, что захлопнут мышеловку, как только «Семёрка» покажет зубы. Допустимые потери ради уничтожения главной угрозы.

Политики. Ничего не меняется ни в одном из миров.

Вот только они, как и любые зажравшиеся охотники, совершили главную ошибку — недооценили размер твари, которая придёт на запах крови.

Пожалуй, хватит. Может быть, моё отречение от короны было правильным решением. Нужно изменить этот мир и заставить его жить по иным законам.

Может я зря не стал проходить эволюцию? Тут же отмахнулся — глупо. Это был тот риск, который я никак не мог принять.

Мы с Ланой прижались к восточной трибуне и растворились в толпе. Тёмные капюшоны, серые плащи — ещё одна семья торговцев, пришедшая поглазеть на финал. Я автоматически сканировал лица вокруг, как делал это всегда. Ищешь угрозу, пока она тебя не нашла.

Стёпа стоял поблизости, опираясь на древко копья. Внешне расслабленный, но его взгляд тоже скользит по толпе.

Барут притворялся, что рассматривает песок арены, но пальцы его правой руки постукивали по бедру. Нервная привычка.

Вальнор держался в десяти шагах от нас. Я чувствовал исходящую от него опасность — как чувствуешь волка, даже когда он молчит в кустах.

Поднял взгляд на королевскую ложу. Напротив, через всю арену Оплота Ветров. Четыре короля в первом ряду на бархатных креслах.

Валдрис выглядел спокойнее, чем вчера — паразит больше не контролировал его разум. Рядом сидел Аларих, ледяной, как всегда. Короли Юга и Альметы рядом по центру.

Чуть позади трона Алариха стоял Арий. Без советнических регалий, в простом тёмном плаще, но я узнал его фигуру. Драконоборец замыкал группу — с копьём за спиной, взгляд которого постоянно сканировал толпу.

Несколько личных звероловов охраны возле королей.

Хорошо. Все на местах.

Но напряжение не уходило.

Я начал считать звероловов. Арий не обманул — около сотни людей в форме обычной стражи были разбросаны по всем трибунам. Их выдавала посадка, поворот головы, то, как они держали руки. Люди, готовые к бою. Если друиды попытаются устроить резню, встретят отпор.

Режиссёр в ядре беспокоился. Не мог объяснить конкретную угрозу — просто тревога нарастала, как перед грозой. Воздух становился плотнее, хотя небо оставалось ясным.

Песок арены пока пустовал. Только следы от вчерашних боёв да тёмные пятна засохшей крови.

Сквозь толпу к нам пробирались две фигуры. Мика тащил за руку бледную девушку в потёртом плаще — Нику. Я сразу узнал её.

Кровь прилила к лицу. Какого чёрта?

Лекарь подошёл ближе, и я развернулся к нему всем корпусом:

— Почему она здесь?

Парнишка вскинул подбородок с тем упрямством, которое я уже знал:

— В городе небезопасно. Я не мог её оставить.

— Ты привёл беззащитную девочку на арену, где может начаться бойня, Мика. О чём ты думал?

— Она моя сестра. И… Она сама хотела, Макс.

Я стиснул зубы. В другое время объяснил бы этому мальчишке, что такое ответственность за чужие жизни. Показал бы на пальцах, но времени не было.

Спорить сейчас — всё равно что выяснять, кто виноват в пожаре, пока огонь пожирает дом.

— Стёпа, — я повернулся к копейщику. — Отведи их к восточному выходу. Там служебные коридоры. Если начнётся — выведи.

Он кивнул без лишних слов и положил тяжёлую ладонь на плечо Мики:

— Пошли.

Лекарь дёрнулся было, готовый огрызнуться, но мой взгляд остановил его.

Он неохотно кивнул.

Ника подняла на меня глаза. Она знала, что я прав.

Они скрылись в толпе, направляясь к восточным трибунам. Красавчик за пазухой недовольно фыркнул, и я по привычке погладил его по голове.

— Так правильно, ещё увидитесь.

Рёв арены накатывал волнами. Десятки тысяч голосов сливались в единый гул. Толпа жаждала крови. Всегда жаждала, когда собиралась в таком количестве.

— ФИНАЛИСТЫ! — прогремел голос распорядителя, усиленный питомцем. — ВСТРЕЧАЙТЕ ДОСТОЙНЕЙШИХ!

Первые железные ворота на противоположной стороне арены со скрежетом открылись.

На песок вышел молодой мужчина. Лет двадцать пять, может тридцать, с той особой грацией, которая говорит о годах тренировок. Каменное лицо, размеренная походка и уверенность в собственной силе.

Нойс.

Рядом с ним шла Мантикора. Тело льва, но крупнее любого зверя. Грива обрамляла морду. Хвост скорпиона изгибался над спиной, жало на конце блестело влажным ядом.

Толпа одобрительно ревела. Они любили зрелище. Не понимали, что смотрят на машину для убийства.

Второй боец появился из северных ворот.

Раннера я узнал сразу, хотя что-то изменилось. Исчезла показная развязность, наигранная небрежность. Двигался он теперь как профессионал — каждый шаг выверен, плечи развёрнуты, взгляд сканирует арену. Лицо жёсткое, сосредоточенное.

За последние дни в нём что-то сломалось и переплавилось заново. Он стал другим.

Инферно шёл рядом. Каждый шаг исполинского льва оставлял на песке подплавленные следы. Грива колыхалась, словно языки костра на ветру, а глаза пылали как две жаровни.

— РАННЕР! РАННЕР! РАННЕР! — скандировала толпа.

Их любимчик. Герой Железного королевства, который дерётся красиво и не задаёт лишних вопросов.

Третьи ворота — с восточной стороны — открылись почти бесшумно.

Оттуда вышел человек в тёмном плаще. Капюшон скрывал лицо, но мы знали кто это.

Моран.

Питомца он не призвал.

Три бойца остановились в центре арены, образовав треугольник. Каждый изучал противников и ждал сигнала.

С края арены медленно шёл человек в церемониальном белом облачении. В руках он нёс небольшую кристаллическую клетку.

Внутри сидело существо.

Я впервые видел солнечную саламандру вживую.

Размером с кошку, но не было в ней ничего домашнего или безобидного. Кожа переливалась всеми оттенками золота.

Глаза — два крошечных солнца. Смотреть на них было больно, но невозможно было отвести взгляд. В этих глазах жила такая концентрированная жизненная сила, что воздух вокруг клетки дрожал маревом.

Длинный изящный хвост оставлял за собой след из искорок, которые медленно угасали.

Лекарство для Ники. Единственный шанс спасти девочку от медленной смерти.

Приз, за который сейчас трое людей будут пытаться убить друг друга. То, что объявят зрителям — мы знали заранее.