Мастер драгоценных артефактов 4 (СИ) - Майерс Александр

Леший усмехнулся.

— Как говорит граф: прежде чем строить крепкую экономику, нужно выстроить крепкое общество. Не переживайте и пейте.

Яр первым решительно направился к тачке. Ему было очень интересно попробовать, что же там за снадобья такие.

Взял положенные три пузырька. Открыл первый, понюхал и сразу понял: штука серьёзная. Он немного разбирался в магических травах, отец научил. И здесь, похоже, сильный сбор разных трав, да ещё и как следует сваренный.

Лесник выпил.

Тепло разлилось по горлу, наполнило грудь, потом ушло в руки и ноги. Остатки вчерашней усталости растворились в этом тепле, дышать стало легче.

Яр замер, потому что на него вдруг нахлынули воспоминания.

Когда ему было лет десять, он сильно заболел. Родители тогда поехали в город, продали все украшения матери и ещё кучу вещей, а потом привезли несколько зелий.

Эффект у них был похожий, и Яр почти сразу выздоровел. Но в тот раз родители отдали почти всё, что у них было, за две скляночки.

А тут ему, обычному разбойнику, давали такие дорогие снадобья лишь за то, что он работает…

Он жадно выпил остальные снадобья, положил пустые бутылочки в подготовленный ящик и хлопнул в ладоши:

— Ну, чего встали, мужики⁈ Пейте и за работу!

За последние несколько дней я что-то реально задолбался.

Нет, не в том смысле, что «ой, много дел». А в нормальном таком смысле, когда утром встал, сделал десять важных вещей, потом ещё двадцать, а вечером внезапно понял, что вообще-то хотел заниматься совсем другим.

Я пробежался по всем своим владениям, со многими поговорил и конкретно усовершенствовал до хрена всего.

Следопытам сделал новые луки, поправил зачарования в амулетах, добавил пару новых сигналов на браслеты.

Бывшим бандитам соорудил душ. Вода пока чуть тёплая, но когда найдём подходящий кристалл с огненным аспектом, водичка станет погорячее.

Ещё я наделал оздоравливающих амулетов для стариков и людей, переживших тяжёлые ранения. Эти амулеты восстанавливали и даже слегка омолаживали организм. На примере Макара и Ильдара я убедился, что средство отличное.

Ну и ещё кучу всяких приблуд сделал.

А всё потому, что с пространственными кольцами у меня пока что ничего не выходило.

Собственно, именно поэтому я решил переключиться. Иногда это полезно. Если слишком долго биться головой об одну стену, можно, конечно, её пробить. Но чаще трескается голова, чем стена.

Пространственные кристаллики, кстати, никуда не делись. С их помощью всё ещё можно перетаскивать блоки. Но количество ограничено, поэтому я решил использовать их только на больших расстояниях. А бывшие бандиты пусть не расслабляются и таскают по старинке. Им полезно.

Вообще, надо бы добить долбаные кольца, чтобы и породу из шахты нормально таскать. Но у меня появилось подозрение, что легче будет сделать какой-нибудь магический конвейер от шахты до деревни.

Учитывая, сколько мне нужно камня, это себя оправдает.

Я уже прикинул, что без каменных стен и башен в этих краях никак. А чем больше людей, тем сильнее защита нужна. И, как ни странно, тем выгоднее её строить.

А то мы же богатеем, и будет обидно, если инсектоиды всё это враз сожрут.

Потому что жуки — это не шутка. Сегодня три твари, завтра тридцать, а однажды может прийти волна в тысячу голов. Или в десять тысяч.

А если сто тысяч? Стотысячная армия инсектоидов — это вполне реально. Они же как бешеные плодятся.

Перед такой ордой даже город не факт что устоит. Тут нужны стены — высокие, крепкие и непростые, чтобы эти сволочи не могли забраться. А для тех, кто всё-таки умеет ползать по стенам, нужно будет соорудить артефактные молотилки, резалки и прочие устройства, превращающие жуков в кашу.

Эх, не помешал бы кто-то из Ордена Архитекторов…

Я мысленно хмыкнул.

Ну да, не помешал бы. Только вот я даже в прошлой жизни не всегда мог себе позволить их услуги, а в этой так тем более.

Хотя, если бы я продал Сердце Галактики, которое меня и убило в прошлом мире, то, наверное, мог бы взять у них годовой абонемент. Особенно если бы продал камень Грегори-торговцу. Он любит скупать всякое, и платит честную цену.

Единственный момент: больше у него не выторгуешь, а вот честную — можно.

Я проверил камневарку, спустился в шахту, убедился, что трубы и все артефакты работают стабильно.

Поговорил в деревне со Степаном, выслушал три жалобы на бывших разбойников и две жалобы от бывших разбойников на местных. В целом все они сводились к тому, что люди, внезапно оказавшиеся рядом, пока не научились не раздражать друг друга.

Нормально, притрутся со временем.

К ночи я вернулся в дом с чувством выполненного долга. Лёг спать и даже успел заснуть.

Ненадолго, разумеется…

Ночь в лесу была тёмная, холодная и очень тихая.

Не мёртвая тишина, конечно. Лес никогда не молчит полностью. Где-то скрипели ветки, где-то шуршала листва, вдалеке ухала какая-то ночная птица. Но всё равно казалось, будто весь мир притих.

Салуян поправил ремень на груди и выдохнул. Изо рта вырвалось белое облачко пара.

— Зима близко, — буркнул он.

— Да ты прям мудрец, — тихо ответил Тимоха, идущий рядом. — Ещё скажи, что ночью темно.

Они работали в паре уже третий месяц. Сначала ругались часто, потом привыкли друг к другу.

За спинами у обоих висели луки, на поясах — колчаны со стрелами короткие мечи. На руках — браслеты с сигнальными камнями.

— Слушай, — вдруг сказал Тимоха. — Ты мог такое раньше представить? Что мы ночью в лесу будем так спокойно себя чувствовать?

— Вряд ли, — ответил Салуян. — Но такая вот у нас работа. И должен сказать, в последнее время она мне полегче даётся. Навыки у нас подросли.

Тимоха тихо хохотнул.

— А ты вспомни, как в начале себя вёл. Чуть не обделался, когда на тебя случайно олень выскочил.

Салуян покосился на него.

— Если ты забыл, у того оленя были красные глаза, и он мне бок пропорол. Он не просто выскочил, он намеренно на нас напал.

— Да-да. Если бы я его не убил, тебе бы хана пришла.

— Ага. Ты его только с третьего выстрела завалил.

— Но завалил же.

— Нужно было мечом рубить, вот в чём нюанс.

— Ну, не додумался, — признал Тимоха. — Тоже испугался, вообще-то. С кем не бывает.

В этот момент где-то впереди раздался громкий хруст. Затем звук повторился, и следом послышалось какое-то щёлканье.

Тимоха сразу перестал улыбаться.

— Опа. Выдвигаемся. Надо посмотреть.

Они достали луки и ускорили шаг, но не побежали. Герман учил, что в лесу бежать можно только тогда, когда уже точно знаешь, от кого бежишь или за кем. Во всех остальных случаях лучше не ломиться как кабан.

Через пару минут они увидели странную картину.

Впереди росло широкое дерева, метра два в ширину. И оно шевелилось — такое ощущение, что ожило и пытается выбраться из земли.

Но деревья не оживают. Наверное… Скорее всего, прямо под его корнями наружу пытаются прокопаться жуки.

— Прорыв, — тихо сказал Салуян.

— Похоже, — кивнул Тимоха.

Они не стали подходить ближе. Заняли позиции за деревьями и наложили стрелы.

Через несколько мгновений дерево с треском накренилось и рухнуло. Из ямы показалась хитиновая спина.

Инсектоид выбрался и растерянно ткнулся башкой в поваленное им же дерево. Видно, ещё не пришёл в себя, оказавшись под открытым небом.

Следопыты этим воспользовались.

Две стрелы ударили почти одновременно. Потом ещё две.

Они выпустили простые стрелы, без зачарованных наконечников. Тварь была не особо крупная, значит, панцирь относительно мягкий. А учитывая, что луки у них были с камнями, били они сильнее обычных.

Ещё парочка попаданий — и жучара затих.

— Легкотня. Как по мишени, — улыбнулся Тимоха.

И тут земля впереди снова зашевелилась.

Второй инсектоид вылез быстрее. Он оказался крупнее первого раза в полтора, с широкими челюстями и толстыми передними лапами.