Мастер драгоценных артефактов 4 (СИ) - Майерс Александр

Жаль, не всему научила.

Когда в палатке начали засыпать, Яр ещё долго лежал с открытыми глазами.

Снаружи потрескивали костры. Кто-то храпел, кто-то ворочался во сне.

Потом он услышал шорох снаружи.

Сначала не обратил внимания, но чутьё подсказывало, что здесь что-то нечисто.

Лесник приподнялся. Он уже догадывался, кто это там крадётся и что хочет сделать.

Тихонько выбрался из палатки и выглянул из-за угла. В темноте пять человек проскользнули к сараю, где хранилась общая еда. Они вскрыли дверь и начали выносить мешки с припасами, а следом и инструменты.

Всё это грузили в телегу, в которую уже были запряжены лошади.

Яр смотрел и поражался. Вот же идиоты!

Или они настолько прониклись разбойничьей жизнью, что им теперь плевать на всё? Еда есть. Работа есть. Душ, чистая одежда, нормальное отношение. Можно остаться в этом прекрасном месте навсегда, если не творить всякую хрень.

Но нет. Надо украсть общую еду, телегу с лошадьми и свалить.

Лесника здесь всё устраивало. Более того, он уже начал переживать, что, когда стену достроят, граф их прогонит.

Да, обещали, что можно будет остаться. Но кто знает? А если из-за таких уродов граф решит, что бывшие разбойники ему не нужны?

В первые дни Яр об этом особо не думал. А теперь думал постоянно, вспоминая наставления матери. Мол, надо с головой дружить, жить по совести и во всём меру знать. Не хватать всё, что плохо лежит.

Он всегда старался следовать этим правилам. Бывало, что подвернулась возможность трёх-четырёх оленей завалить, но Лесник брал одного, максимум двух. Сколько нужно. Потому что знал — принеси он слишком много, потом, в плохие времена, атаман начал бы орать, почему добычи меньше, чем раньше.

Люди к хорошему быстро привыкают.

Телега с идиотами тронулась.

Яр подождал, пока она отъедет, а потом тихо пошёл в деревню, к большому каменному дому, где жил Леший.

Дом выглядел как целое имение. Красивый, крепкий, со стеклянными окнами. Яр даже замялся немного, прежде чем постучать.

Дверь открыл охранник, смерил его взглядом и впустил.

Внутри за большим столом сидел Леший. Перед ним лежали какие-то бумаги, палочки для счёта, карандаши и даже толстая книга.

Прямо штаб человека, который имеет большие планы и постоянно в работе.

Леший поднял голову.

— Яр, да? Я тебя помню. Чего пришёл?

Лесник неловко переступил с ноги на ногу.

— Там, это… Хочу сообщить кое-что важное.

Леший вздохнул и отложил листок с записями.

— Ладно, подумаем над увеличением скорости стройки попозже. Кстати, не знаешь, как увеличить скорость строительства в три раза?

— Э-э… Людей ещё найти?

Леший снова вздохнул.

— Значит, не знаешь. Ладно, что хотел?

Яр быстро рассказал про пятёрку идиотов, которые вздумали ограбить графа.

— Их нужно остановить, — закончил он. — Из-за них граф ко всем нам доверие растеряет! Я не удивлюсь, если самое мягкое, что он сделает, это нас выгонит. Если не казнит вообще. А я бы хотел здесь остаться, и желательно живым.

Леший прищурился.

— А с чего ты мне вообще пришёл рассказал? Не считаешь это подлостью?

— Нет, — сразу ответил Яр. — Подлость — подставлять своих собратьев.

— А тебе не предлагали с ними отправиться?

— Предлагали, — буркнул Лесник.

— Чего раньше не пришёл?

— Я не был уверен, что они правда пойдут. Это всё на уровне разговоров было.

Он назвал клички: Жук, Рябой, Кислый, Мерзляк и Хват. Все те, кто ещё вчера громче всех клялся работать честно, а на самом деле подговаривал других взять добро и свалить.

— Леший, мы время теряем! — добавил Яр. — Нужно их ловить.

Но тот почему-то не торопился. Спокойно откинулся на стуле и спросил:

— А как тебе сегодня работалось? Всё было хорошо? Никаких происшествий?

Яр даже не сразу понял, что это за вопрос.

Какого хрена Леший тупит? Но он тут на стройке главный. По крайней мере, к нему относились так, будто Леший второй человек после графа. Лесник, если честно, сам бы так хотел.

— Происшествий… — медленно повторил он. — Ничего серьёзного. Три лопаты сломались.

— Это не страшно, — махнул рукой Леший. — Лопату можно переплавить или починить.

Яр ещё рассказал, что один блок чуть не уронили, но успели подхватить. Что у одной телеги колесо слетело, а один работник палец себе молотком размозжил.

Леший слушал внимательно, даже пару пометок сделал. А потом кивнул и сказал:

— Понятно. Спасибо за информацию. Можешь идти.

— А как же эти? Вы что, погоню не будете отправлять? — Яр уставился на него.

Леший усмехнулся.

— Ты думаешь, здесь всё так просто? Об их планах все знали заранее. Граф не так прост, как тебе кажется. Его люди серьёзно тренируются, и здесь повсюду глаза и уши. Так что можешь не переживать, этих людей ты больше никогда не увидишь. Отношение к вам не испортится. Граф изначально знал, кого себе впускает. Не всех можно изменить, увы.

Лесник, помедлив, кивнул и вышел из дома.

Честно говоря, ему показалось, что Леший просто выделывается и пытается показать, какой граф Шахтинский всемогущий, а заодно и он вместе с ним.

Яр вернулся в палатку и лёг спать. Ночью снова проснулся от скрипа колёс — сон у него был чуткий, охотник ведь. Если в лесу будешь спать как убитый, то однажды проснёшься уже в желудке у кого-нибудь очень зубастого.

Яр приподнялся и выглянул наружу.

К сараю подъехала та самая телега, гружёная добром. Только теперь на ней ехали совсем другие люди. В чёрной кожаной броне, с луками за спиной, на которых тускло блестели кристаллы.

Следопыты графа.

Телегу поставили на место. Один из следопытов что-то сказал охраннику, второй проверил мешки, третий спокойно увёл лошадей.

Пятёрки воров с ними не было. Выходит, Леший не врал. Граф и правда на несколько шагов впереди.

Теперь оставалось надеяться, что и остальное правда.

Утром Яр проснулся раньше большинства, умылся, взял чистую рубаху из своей корзины и пошёл к месту работы.

Слухи о ночной попытке ограбления уже поползли, и настроение у людей было хмурое. А когда все увидели, что на площадке их поджидает Леший, то окончательно помрачнели.

Тот забрался на недостроенную стену, хлопнул в ладони и воскликнул:

— Парни, слушайте внимательно! Объясняю один раз.

— Нам теперь всем конец из-за этих дураков, — покачал головой Федот.

— Слушайте меня, говорю! — громче сказал Леший. — Никакой проблемы нет. Ни на кого из вас граф не в обиде, всё нормально. Его милость лично мне сказал: кто хочет, может повторить их подвиг. Единственное, предупреждаю: каждый, кто это сделает, будет убит.

Толпа притихла, а Леший спокойно продолжил:

— Вы ещё не понимаете возможности графа так, как я понимаю. Но я вам обрисую, что к чему. Вот, к примеру, я тоже бывший разбойник. Если бы граф лежал сейчас при смерти, а я находился в его сокровищнице, набитой золотом, и у меня была возможность забрать что угодно и уехать — я бы этого не сделал. Соблазн, возможно, и был бы. Но нет, не со всеми людьми такое прокатывает. И граф именно тот человек, с которым это не прокатывает.

Яр посмотрел по сторонам. Кажется, многие прониклись, особенно учитывая пропажу этих пятерых долбоклюев.

— А теперь другая новость, — добавил Леший. — Граф умеет не только наказывать, но и вознаграждать! Вы за эти дни очень усердно трудились, поэтому вот.

Он дал знак, и один из его охранников сдёрнул брезент с подвезённой тачки. В ней стояли ящики с маленькими бутылочками.

— Каждый сейчас подходит и берёт по три зелья. Выпиваете их сразу же при мне. Это укрепит ваше тело и здоровье. Станете сильнее, выносливее, и спать будете лучше! — объявил Леший. — На минуточку, такие зелья выдаются только подданным графа и стоят каждое не меньше одного золотого, если их продавать.

Люди зашумели, переглядываясь, а кто-то поднял руку и спросил:

— Если они такие дорогие, зачем их тратить на нас?