Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 (СИ) - Афанасьев Семён

— В Японии просто так на улице не стреляют, — Хину принялась анализировать вслух. — Да и «не просто так» тоже не стреляют — тут не Латинская Америка. Если это всё-таки происходит, то что говорят твои планы?

— Понятия не имею, — насупился Решетников. — Это сбой. Неправильно. Этого не должно быть. Баг в программе. Всё, можем выходить: тип понял, что нас ему не достать, и свалил с позиции.

— Ты и это чувствуешь?

— Да. Не спрашивай!.. — в подтверждение метис первым встал из-за каменной конструкции.

Расставил руки как известная статуя в Бразилии, покрутился вокруг своей оси, переступил с одной ноги на другую.

Хину гибко поднялась следом:

— Интересно, без министра Мацуи полицейское следствие будет добросовестным?

— Ещё как. — Во взгляде якудзы мелькнул и исчез лёд, сменившись чем-то, описанию не поддающимся. — Слушай, Такидзиро-кун, а ведь это же джекпот. Третий джокер. Четвёртая семёрка к первым трём на одноруком бандите.

Хину уловила недосказанный подтекст с полуслова:

— Сперва прокуратура открыто угрожала адвокату Миёси Моэко. Есть запись.

Решетников снисходительно прикрыл глаза, поднял над плечом кулак и оттопырил вверх мизинец.

От суда подбегали охрана, полицейский наряд, кто-то из сотрудников юстиции.

Пара человек, не стесняясь, на ходу снимали всё вокруг на камеры смартфонов.

— После ответа, — Хьюга повысила громкость и заговорила отчётливее, — адвокат вместе с двумя помощниками направилась в суд.

К мизинцу логиста присоединился безымянный.

— Суть документооборота не важна, — кивок на злополучный лист бумаги, — однако на выходе из суда по нам открывают огонь из очень непростой винтовки.

Средний палец.

— Решетников-сан, я правильно описываю ситуацию? — как топ-менеджер крупного концерна Хину умела вести себя перед камерами в любой обстановке.

— Боюсь что так, Хьюга-сан, — озабоченность и сочувствие логиста были насквозь фальшивыми, если знать его близко, однако весьма убедительными — если видеть впервые (тем более на видео). — Нам следует немедленно вернуться в Суд! Теперь возникли вопросы уже и к этой организации.

— … выборы. Неудобная партия от Эдогава-кай. Винтовочная стрельба на улице — вон следы попаданий на камне, — Миёси-младшая хмуро бросала фразы паре то ли журналистов, то ли известных блогеров-миллионников на ниве юстиции (лица знакомые, имена нужно вспоминать). — Выстрелы вы и сами слышали. Хорошо, что мы успели укрыться. Извините, на этом пока всё. Хорошего дня.

— Кстати, Такидзиро-кун, — Хину, подхватила Решетникова под руку чуть в стороне. — А как ты почувствовал выстрел с километра до того, как он был сделан? — вопрос она задала шёпотом, чтобы никто не услышал.

— С почти полутора, во-первых, — тихо ответил логист.

— А во-вторых, видимо, так же, как он прочёл планы Mitsubishi после моего визита к Томоко-тян в UFJ, — едва слышно заметила подошедшая борёкудан.

В следующую секунду у неё зазвонил телефон:

— Это отец.

— …

— Да, всё в порядке.

— …

— Мы уже вернулись в здание суда, — якудза переключилась на видео и повела камерой вокруг.

— …

— Хорошо. Останусь здесь, пока ты не пришлёшь усиление. Пожалуйста, не нервничай, поводов больше нет.

Решетников перехватил руку Моэко и чуть довернул, чтобы попасть в кадр:

— Миёси-сан, пожалуйста, не переживайте. У нас всё в порядке, я контролирую ситуацию.

Хину дождалась, пока соединение разорвётся:

— Это называется врать и не краснеть. Сам же сказал — стрельба не ожидалась, рассчёт был на мордобой.

— Ну-у, родителей всегда надо успокаивать в таких ситуациях, — принялся оправдываться стажёр. — Плюс мы по-любому успевали спрятаться до того, как стрелок откроет огонь.

— Точно? — Хину толкнула его плечом.

— Да. Это и произошло.

— Подробнее, пожалуйста, — серьёзная Моэко со своей стороны двинула спутника локтем в бок, требуя дополнительных пояснений.

— Винтовка — тяжёлая болтовая, уровня Accuracy International / Sako, — логист незаметно огляделся по сторонам. — Калибр… Дистанция — примерно полторашка… Начальная скорость пули — восемьсот тридцать… Соответственно, на реакцию у нас было три и две десятых секунды минимум. За это время можно кабана в поле на одной ноге загонять.

— Н-да уж, — Хину ухмыльнулась в сторону.

— Вы обе спортивные и молодые! — Решетников истолковал по-своему. — Думаете быстро, двигаетесь стремительно! Плюс я рядом. Если не выманили б сейчас, потом опаснее! Я чувствую…

— С какого момента отсчитывались эти три секунды? — Моэко зачем-то требовательно выясняла лишние (с точки зрения Хьюги) нюансы вместо того, чтобы выдохнуть.

Пловчиха видела: подруга задним числом испугана. Теперь, когда опасность миновала, адвоката начало осязаемо потряхивать.

— С того, как он принялся выбирать спуск для выстрела, — Такидзиро смотрел прямо в глаза.

— Как ты насчитал три секунды? — Хину вздохнула про себя, но вопрос всё же задала. — У меня математика не сходится: восемьсот — скорость, тысяча пятьсот — до стреляющего.

— Городская среда — не идеальный полигон. На полутора километрах пуля сильно теряет в скорости и летит уже не так быстро, как вначале. В среднем на траектории будет четыреста-пятьсот метров в секунду. Пересчитай из расчёта на четыреста восемьдесят, грубо. Это поправка, надо знать.

Глава 20

В следующее мгновение Моэко неожиданно спросила стажёра, озадачив топ-менеджера Йокогамы:

— Как влияет на твои способности расстояние до реципиента?

— О реципиенте речь в данном случае не идёт — я ж не вмешиваюсь в его мыслительные процессы, — насторожился Решетников. — Ещё и на такой дистанции. Я что, бог?

Хину не думала, что подобные лобовые вопросы сейчас, здесь — правильно. Да и вообще правильно, поскольку у каждого есть свои личные границы.

Такидзиро от них по большому счёту никогда ничего специально не скрывал, но затевать выяснение такого вслух — где-то здорово заступать за грань деликатности.

Вслух Хьюга намекнула:

— Своих от чужих есть смысл дифференцировать.

Она имела в виду их общую молчаливую договорённость не затрагивать деликатную тему кое-чьих специфических талантов (насчёт каковых впору книжки фэнтези вспоминать. Как учит жизнь, подобные вещи лучше не теребить лишний раз — кроме прочего, опыт топ-менеджера Йокогамы).

— Переформулирую. До какого расстояния ты чувствуешь ЭТО? — якудза описала в воздухе эллипс, проигнорировав подругу.

— С какой целью интересуешься? — оживился в ответ логист.

— Такая стрельба — не просто нарушение всего, чего нельзя. Это как кувалдой по сложившемуся миропорядку. Я хотела бы понимать твой ресурс по теме — насколько и на что могу рассчитывать. — Адвокат тягуче смотрела на «помощника». — Огнестрел — табу, исключений нет. А оно уже стало входить в практику, хоть и убитый Танигути не даст соврать.

Бывшего главного разработчика Мацуситы, некуртуазно домогавшегося Хаяси и Уэки на этаже IT, застрелили в собственном подъезде, кивнула самой себе Хину. Причём сразу после воспитательных мероприятий от Эдогава-кай на парковке внизу.

Что интересно, организация отца лучшей подруги к тому выстрелу не имела никакого отношения, поэтому в воздухе не первые сутки висел вопрос «кто?».

— У Моэко есть причины настаивать, — мягко обратилась к товарищу пловчиха. — В итоге твоих головоломных комбинаций (в которых мы обе тебя полностью поддержали, не задавая вопросов) случилась стрельба ПО НАМ. Да, всё окончилось как нельзя лучше — но сам факт. Обстрел на выходе из суда.

Трое дружно помолчали.

— Тот случай, когда правда у каждого своя, — продолжила Хину. — Такидзиро-кун, можно сделать тебе замечание?

— Вам можно всё. Делай.

— Мы очень ценим твою высокую оценку нашей реакции и сообразительности в бою, — Хьюга улыбнулась шире. — Однако будничностью пальбу по нам из слонобоя в центре Токио делать не хотим. И грамотно вслед за тобой, как ни в чём ни бывало, в центре мегаполиса скрываться от выстрелов за клумбами мы тоже не хотим — на регулярной основе. В принципе.