Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 (СИ) - Афанасьев Семён

— Хм. Звучит обескураживающе, как сказала бы Уэки Ута-сан.

— Даже если ты специально стрельбы не планировал, рассчитывая на два микроавтобуса с битами и цепями. — Хину наклонила голову к плечу. — Моэко-тян просто не может сейчас промолчать — по вполне понятным причинам своего рода занятий и клановой принадлежности.

— Я и не собираюсь садиться вам на голову со своими изысканиями! — Её чудесно поняли без дальнейших уточнений. — Извините. — Логист вздохнул.

— Принято. Итак, с какого расстояния ты можешь почувствовать, что в нас собираются стрелять? Дальше нашей пары не уйдёт, не напрягайся.

— То понятно… В данном случае оно не столько от дистанции зависело, — Решетников в ответ на неудобный лобовой вопрос не то чтоб скис, скорее, завис.

— От чего тогда?

— От завершённости адресных намерений в конкретный адрес. Если сравнивать с радиоволнами, я мониторил ну очень узкий диапазон. В цифрах: дистанция, откуда я чувствую состоявшееся, — он поднял в воздух палец, — намерение в таких случаях, обратно пропорциональна ширине диапазона. Как дальше объяснять, не знаю — нет нужных слов и понятий в языке.

— Не нужно ничего объяснять дальше, мы не дуры. Получается, если ты знаешь, на кого будут покушаться — можешь предсказывать вообще мало не до горизонта?..

— Типа того. И это не «предсказывать», а мониторить и обнаруживать. Человеческий мозг — очень интересный инструмент, нужно уметь настраивать свой.

— Окей. Пока вроде ясно. Полтора кэмэ не предел?

— Полтора кэмэ — за пределом, если в условиях городской застройки. В степи или в пустыне смогу дальше, если будет актуально. Тьфу три раза.

— Как тогда сейчас смог? Здесь не степь.

— Прорыв, разовый каскадный рост способности. Пока не понял как с этим работать и насколько оно регулярно.

— Ясно.

— Сюда же: такой фокус идёт за счёт других функций мозга.

— Типа, снижаются сообразительность и память на период? — теперь оживилась Моэко.

— Снижается вообще ВСЁ. Да, на время фокуса и по инерции чуть дальше, пока норадреналин и кортизол весело бегут по венам.

— Ты знаешь, на кого конкретно из нас троих покушались? Не версия для прессы, а реальная информация? — подруга требовательно заглянула в глаза логисту.

— Пожалуй, тут даже я могу ответить и не ошибиться, — Хьюга ухмыльнулась, — хотя я ни разу не Такидзиро-кун. Из нас троих целились явно не в меня и не в него.

— Да ну? — Моэко не обесценивала, не критиковала, она рассуждала. — А мне далеко не самоочевидно. У вас проблем не меньше, не скромничайте — могли и в вас пальнуть.

— Ух ты. Рассказывай, — предложила Хину. — Чего я в своей жизни не разглядела.

— Такидзиро-кун: на него злы китайцы после вывоза из Пекина Вана. К тебе в бассейн именно из-за этого приходили, так? Три трупа без малого в результате.

— Выпустила из виду, — согласилась Хьюга после паузы. — Было дело. Да, на нашего стажёра явно сердятся из-за моря.

— Едем дальше. Вторая кандидатура — ты.

— С чего бы? — Хину добросовестно задумалась. — Кому это может быть нужно и для чего?

— А у тебя есть «любящий» дедушка, который полностью сошёл с ума. — Борёкудан умела быть откровенной в неудобные моменты. — Деньги у него есть, на выстрел по любимой внученьке хватит. Другие ресурсы тоже в наличии. Вывести маршрут по городу — вообще дело техники, пока у тебя в кармане мобильник, а на запястье — никогда не снимаемый смарт-браслет. Согласна?

— Снова да. Хм-м-м.

— И вот тут спрошу как психолог, знающий твою семью с очень короткой дистанции. Ты делала в последние пару недель что-нибудь такое, чего твой деда тебе не готов простить?

— Фамильной указкой по мягкому месту отходила, — Хину нахмурилась, припоминая детали, которые расскажешь далеко не всем. — Потом эту гадость сломала об колено — у нас в семье ею поколениями детей «воспитывали». Для него это был ценный символ ушедшей эпохи, практически наследственный артефакт.

— Он тебя ею, что ли, на НЫНЕШНЕМ жизненном этапе вразумлять собирался⁈ — Решетников предсказуемо и непринуждённо, едва мазнув взглядом по пловчихе, без труда восстановил массив информации, о котором знать заранее не мог по определению.

— Ну да, — Хьюга равнодушно пожала плечами. — С чего бы я ещё так отвязалась на старого больного человека? Мне есть что делать, кроме как его в ответ воспитывать — в его-то годы. Как говорится, исправить уже по определению невозможно, только зря потратишь силы.

— Но и это ещё не всё, Хину-тян, — Моэко была сосредоточенной и целеустремлённой. — Ты же официально с поста в Йокогаме не ушла пока? По-прежнему числишься директором департамента?

— Да, но не потому, что оно нужно мне. У них кворума не хватает — Хаяси-сама своим пакетом заблокировал решение, а я добровольно подыгрывать мудакам не собираюсь. Пусть сами потрудятся, раз им нужно. Ещё я собственную работу своими руками не рушила.

— Вот тебе и вторая причина, почему стрелять могли в тебя, — припечатала якудза. — У Мацуситы и Мицубиси возможностей — не в пример твоему деду, потенциальная мотивация тоже налицо: они Йокогаму поглощать — а ты растопырилась в горлышке бутылки и много чего нарушаешь.

Хьюга немного подумала:

— Не исключено, но всё же маловероятно — мы не Сальвадор и не Африка.

— Маловероятно не равно исключено. Получается, стрелять могли в любого из троих. Такидзиро-кун, возвращаюсь к предыдущему вопросу; ты в этом своём астрале намерений стрелка случайно не разглядел? Не для суда — для нашего внутреннего понимания.

— Разглядел.

—???!!!

— Точкой прицеливания была ты, мы — помеха-дробь-сопутствующие цели.

Подруги переглянулись:

— Это как?

— Допустим, люди под номерами один, два и три стоят тесной группой. Второй и третий закрывают линию прицеливания, а работать нужно первого. Стрелок первыми выстрелами валит третьего и второго — чтобы расчистить сектор. Так-то они не нужны, их убивать не требуется — не было команды и задача по ним не стоит. Но они закрывают нужного.

— Ого.

— Вы спросили — я ответил… Потом, отработав сопутствующие цели, стрелок переключается на основную, ради которой всё затевалось.

— Как говорит Уэки Ута, ни****себе, — впечатлилась пловчиха.

Моэко опять перестала моргать:

— Стрелок вас с Хину тоже хотел…? Чтобы расчистить линию?

— Да. Он и попытался, но обстановка не позволила.

— Тогда логичен вопрос, даже пара. Нас ожидают дальнейшие приключения на эту тему? И кто это мог быть?

— Ничего не исключаю, — проворчал Решетников. — Поэтому смотреть буду в оба. Что-то подсказывает, это армейцы.

— Всё время не набегаешься, — констатировала Хину. — Однажды можно просто не успеть спрятаться за клумбу. Даже с аккуратным планированием маршрута из лимузина до суда по аллее — мы оценили.

— Надо купировать угрозу, — поддержала Моэко. — Для этого требуется установить стрелка, потом заказчика. — Чуть разочарованно добавила, — что есть прямая задача исключительно полицейского следствия.

— Есть подозрение, что речь не о заказе, — мрачно заметил метис. — Был отдан и выполнен приказ, это иное. Не частная лавочка.

— Н-да уж.

— Проблема, — Хьюга задумалась вслух.

Преступление специально натасканного государственного органа ловить труднее, может, вообще невозможно их ресурсами.

— Если это оно, то полицейских компетенций может банально не хватить, — помрачнел Такидзиро.

— Армейские стволы в баллистической базе данных не сохраняются? Ты об этом? — адвокат уже прикидывала, как зацепиться за кончик ниточки.

— Такие кому попало даже отстреливать запрещено, не то что результаты в полицию передавать.

Хину не ориентировалась в теме:

— Причина? Закон разве не один для всех?

— Не для специальных стволов, — покачал головой Решетников. — Мало ли, что когда придётся; можно и агентуру зарубежом спалить к чёртовой матери ненароком.

— А-а-а.

— Кто потом с тобой работать согласится? Поэтому контрольный отстрел проводится исключительно внутри военной системы и наружу ему ходу нет.