В ловушке времени (СИ) - Ахминеева Нина

— Тебе меня совсем не жаль? Ну хоть немного? Чисто по-человечески? — спросила я, пристально глядя на отца.

— Что за идиотский вопрос? — вполне искренне удивился тот.

Действительно, чего это я? Знай свое место на придверном коврике… дочь.

— Поступим так, — авторитетно заявил глава моей семьи. — Завтра утром пойдешь к нотариусу и вернешь мне землю. Еще нам не хватало, чтобы твой муж прознал про участок и начал качать права. С него станется, — отец с досадой цокнул языком. — Сегодня же начинаешь искать клинику, где тебе сделают операцию. Сохранение конфиденциальности — непременное условие! Учти, до конца месяца осталось всего двенадцать дней. Кровь из носу, но должна успеть снова стать невинной. Все поняла?

Конечно, поняла. Что ж тут непонятного-то.

Я печально усмехнулась и встала со стула.

— Святая обязанность каждого ребенка — забота о своих престарелых родителях, — мой голос прозвучал негромко, но уверенно. — Свой дочерний долг перед тобой я, безусловно, выполню. И братьев не брошу, можешь в этом быть уверен. Однако распоряжаться своей жизнью больше никогда и никому не позволю. В том числе и тебе.

Накинув ремешок сумочки на плечо, я направилась к двери. Спокойный звук медицинской техники сменился на тревожный. Положив ладонь на дверную ручку, я обернулась. Лицо главы семьи посерело, грудь тяжело вздымалась. И тут меня опять накрыло.

Он же может прямо сейчас умереть! Из-за меня умереть! Что я натворила?!

Острое чувство вины опалило разум. По телу пробежала волна дрожи. Что-то внутри меня корчилось от собственной никчемности, вынуждало привычно опустить голову перед отцом, повиниться.

— Я не дозволял тебе уйти, — его голос прозвучал глухо, но безапелляционно.

Если опять прогнусь — на моей жизни можно ставить жирный крест.

На секунду закрыла глаза. Неимоверным усилием воли взяла себя в руки.

— Знаешь, пап, я устала бояться за твою жизнь. Устала трястись от страха, что малейшее нервное потрясение может стать для тебя последним. Оберегала тебя, сколько могла. Все, с меня хватит. Если ты сегодня уйдешь к предкам — так тому и быть. Похороню, как подобает, и искренне буду скорбеть.

— Мерзавка. Неблагодарная тварь, — с ненавистью процедил отец.

— Как скажешь, — бросила я и вышла в коридор.

Проходя мимо постовой медсестры, сухо предупредила:

— У графа Терехова, возможно, прямо сейчас случится приступ. Проверьте его, пожалуйста.

— Вы же знаете, что ему нервничать нельзя! Любящая дочь называется, — сердито упрекнула меня девушка.

Вскочив из-за стола, она побежала в палату отца. С непроницаемым выражением лица я зашла в лифт. Мелко потряхивало. Хотелось сесть на пол и зареветь белугой.

Потом. Сейчас нельзя. Никак нельзя плакать.

***

Это же время. Пансионат «Жемчужина Черноморья»

Лысый здоровяк Гордеев стоял возле роскошного представительского седана и безотрывно смотрел на только что приземлившийся вертолет. Увидев, как из открывшейся дверцы появился барон Краснов, горделиво улыбнулся.

«Видимо, все сделал», — заметив довольное лицо нового начальника СБ, пришел к выводу Константин.

— Ваш приказ выполнен. В пансионате и на прилегающей территории без происшествий, — бодро отрапортовал Гордеев, предупредительно открывая дверцу автомобиля.

Одобрительно усмехнувшись, Константин устроился на заднем сиденье, машина тронулась с места. Положив руку на подлокотник, он бросил:

— Докладывай.

— Погодный артефакт отключен, находится под наблюдением. Я на всякий случай поставил двух бойцов. Все штатные сотрудники охраны уже на местах. По усилению с агентством договорился. Если от нас не поступит отказ, то к шести вечера будут здесь.

— Молодец, — похвалил барон, глядя на проплывающий мимо забор пансионата. — Князь Бастрыкин приехал?

— Так точно. Пятьдесят минут назад. Вместе с супругой, дочерью и будущим зятем. Разместили их в апартаментах. Я предупредил князя, что вы желаете с ним поговорить с глазу на глаз. Тот пожелал побеседовать на свежем воздухе. Сейчас прогуливается на смотровой площадке.

— Значит, вези туда, — сухо приказал Константин.

Повернув налево, автомобиль остановился у кованного ограждения. Покинув салон, барон уверенно направился к сидящему на лавочке солидному пожилому мужчине. Приблизившись, Костя отметил на его лице умиротворение.

— Добрый день, Владимир Григорьевич, — с достоинством поздоровался Краснов.

— Здравствуйте, Константин Александрович, — князь Бастрыкин искренне улыбнулся. — Присаживайтесь рядышком. Хорошо тут у вас. Тихо, спокойно.

— Затишье временное. Пока ваши гости не приехали, — барон усмехнулся, садясь на лавку. — Владимир Григорьевич, скажите, почему вы мне рекомендовали на должность начальника СБ Смирнова? Уверен, сами его услугами вы не пользовались.

Помолчав, Владимир Григорьевич неохотно признался:

— Супруга попросила помочь трудоустроить брата ее любимого косметолога. Так расхвалила, что я даже не усомнился в его компетенции. Неужто плохо справляется? Создал вам какие-то проблемы? — влиятельный аристократ нахмурился.

— Не только мне, но и вам. Олег Смирнов — редкостный болван. В моем пансионате его больше нет. Несколько часов назад я его уволил с волчьим билетом. Халатность этого идиота едва не обернулась жуткой трагедией. Завтра, во время свадебной церемонии, погодный артефакт должен был уничтожить всех членов вашей семьи, — заметив, как мгновенно напрягся князь, Константин ледяным тоном продолжил: — Разумеется, в настоящий момент это техномагическое устройство отключено. Проведена тщательная проверка всех сотрудников пансионата на причастность к организации покушения. Все чисты, как слеза младенца. Человека, поработавшего с настройками артефакта, пока не установили. Но нам удалось вычислить заказчика.

— Кто он? — напрягшись спросил Бастрыкин.

— Ваш будущий зять.

Глава княжеского рода добела сжал кулаки, не сдержался и с чувством выругался.

«Голову даю на отсечение, его безопасники давным-давно выяснили, что кандидат в мужья княжны совсем не тот, за кого себя выдает. Почему же Бастрыкин дал согласие на этот брак?» — Краснов не сводил изучающего взгляда со взбешенного князя.

Подождав, когда собеседник подуспокоится, Константин сказал вслух то, что они оба понимали:

— Если дам делу официальный ход, имидж пансионата не пострадает. А вот доброе имя вашего рода изрядно потреплют. Что будем делать, Владимир Григорьевич?

Гневно раздувая ноздри, тот угрожающе прищурился:

— Свадьбу праздновать, — процедил он сквозь зубы.

«Логичное и ожидаемое решение, — Краснов про себя понимающе хмыкнул. — Спустя несколько дней новобрачный, скорее всего, трагически погибнет. Его молодая жена оденется в траур, родители и все остальные станут ее утешать. При таком раскладе злодей будет наказан, а репутация княжеской семьи останется незапятнанной».

— Спасибо, барон. Насчет подельника этого ублюдка не волнуйся. Мои спецы его вычислят и из-под земли достанут. Знай, с этой секунды я перед тобой в неоплатном долгу. Если понадобится помощь, в чем угодно, — князь сделал красноречивую паузу, — обращайся.

— Приму к сведению, — не стал отказываться Константин.

— Понимаю, о чем ты тактично молчишь, — Владимир Григорьевич кривовато улыбнулся. — Что ж, от тебя скрывать не стану. Если б не ты, то завтра этот ублюдок истребил бы мой род под корень, — желваки заиграли на скулах мужчины. Совладав с эмоциями, он глухо сказал: — Марусе тридцать два. Она толста, некрасива, да и умом не блещет. Без денег абсолютно никому не нужна. Но даже при моих капиталах малочисленные женихи разбегались от нее, как тараканы от дуста. Ты знаешь, какая особенность у женщин со спящим даром земли?

— Специфический запах пота, — Константин посмотрел на собеседника с сочувствием.

— От моей дочери исходит не запах, а вонь. Такая, что до рвоты. Самое сильное средство действует максимум три часа. На улице с ней рядом еще можно находиться, а в помещении лишь со спецсредствами на лице. Не только по обонянию бьет, но и глаза режет до слез, — Бастрыкин помолчал, потер левую сторону груди. — С этим нищебродом дочка познакомилась в парфюмерном магазине. Общаться начала. Вначале по телефону, потом в живую. Тот соловьем заливался, сидел с ней в гостиной по шесть часов кряду и даже не морщился!