Тактик 11 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar"

Я поставил кубок на стол. Звук гулко отозвался в наступившей тишине.

— Я ценю умных игроков, герцог. Ваша комбинация была рискованной, но элегантной. Вы сохранили своих людей и своё имя. Вы всё верно рассчитали, я никого не пытаю и не измываюсь, а большую часть пленных так или иначе распустил, если не сказать, что разогнал.

— Вам не нужны были деньги за их жизнь и свободу. А я не хотел погибать во имя короля.

— А Вейран — хороший король?

— Насколько любой король вообще может быть хорошим? Много лет клан короля был всего лишь первым среди равных. То есть, он монарх, спору нет, но герцоги собирали налоги в свой карман, министры приворовывали, да и назначались они тоже из семей герцогов и графов, таких министров не погоняешь, как и генералов.

— Кумовство и кланы.

— Да. Сотни и сотни лет традиций. Но отец Вейрана сделал две очень важные вещи. Первое, что он сделал…

Эссин замолк, потому что солдат из роты Зойда принёс нам две миски каши. Герцог снова заговорил, только когда солдат вышел из кабинета.

Пока дверь была полуоткрыта, Эссин увидел, что в коридоре, на стульях сидят Иртык, мой телохранитель и ещё парочка мордоворотов — его «конвоиров».

— Каша?

— Вы брезгуете? Скажите, я попрошу приготовить для Вас что-то на заказ.

— Пожалуй, что нет. Выглядит весьма аппетитно. До меня доходили слухи, что Вы едите буквально из того же котла что и остальные солдаты?

— Щи да каша — пища наша… Да, это правда. Какое-то время я буквально приучал себя к такому питанию, чтобы упростить жизнь в походе. Так что там отец Вейрана?

— Вейран — это династия Анхальтов. Клан. Отец Вейрана, Глоссон Носатый, как и прочие Анхальды, был в состоянии перманентной борьбы с некоторыми кланами, которые тоже претендовали на престол. Но он имел мудрость прислушиваться к своей супруге, из обедневшего, но весьма достойного рода, а она предложила Глоссону не воевать бесконечно внутри Бруосакса, а напротив, договориться с кланами.

— Брак?

— Да, с герцогами Ласси из Эбилога они заключили династический брак. Хотя на роль невесты Вейрана претендовали принцессы из королевских домов со всего Гинн. Потому что юношей он был красив и неглуп, отличался смелостью и красноречием. В общем, Глоссон посватал сына за Мийей Ласси, наследной герцогиней Эбилога. Ну, то есть, она не наследница, а младшая и любимая всей семьёй сестра следующего герцога Ласси. И Ласси, которые сотни лет враждовали с королевским троном, внезапно сделались самыми яростными их союзниками. Ещё бы, их патриарх плясал от счастья. Теперь Ласси, хотя и наполовину Ласси, когда-нибудь вступят на престол. Их древняя мечта сбылась. И теперь они желали укрепления власти Анхальдов больше, чем сами Анхальды.

— Но ведь были и другие кланы. У старины Глоссона было много детей?

— Нет, тут всё сложнее. Ласси стали давать неглупые советы по укреплению власти. Они не ссорились с другими кланами, хотя и показали пару раз зубы, сжигая замки неугодных вельмож, подсылая убийц и сажая в тюрьму по явно надуманным обвинениям. Ласси при поддержке Анхальдов покончили с коррупцией, они разогнали старых генералов и ввели правило личных заслуг. Теперь высшим чиновником мог стать умный и порядочный человек, но не обязательно член древнего клана. Мог даже просто образованный горожанин, сын судьи, купца или учёного стать министром. К тому моменту, когда Вейран вошёл на престол после того, как его отец умер от лихорадки, королевство изрядно приросло землями. Бруосакс захватил и подчинил кучу мелких республик, вольных герцогств и прочих земель, сравнявшись по площади с Маэном. А Маэн никак на это не влиял и не понимал, что среди человеческих королевств для него вырос конкурент.

— А что же сделали остальные кланы? Они же остались ни у дел?

— Не совсем так. Укрепив власть, Глоссон очень многим городам дал статус вольных.

— И они платили налоги напрямую королю?

— Именно. Он разрешил Ласси и другим кланам основать торговые компании, заниматься морской торговлей, добычей полезных ископаемых, дал вольницу гномам, на новых землях расставлял представителей кланов. Хотя при всём при этом сразу обозначал, что Анхальды превыше всех. И всех это устраивало. Вейран по сути продолжает политику отца. Сильное государство, деньги, армия, верные вассалы. Не так давно стало понятно, что его амбициям тесно в пределах Бруосакса.

— Он решил захватить и Маэн?

— Ну да. Тут всё дело в языке. У людей после падения империи времён Эпохи богов сформировался единый язык. Люди верят в одних и тех же богов. Один язык, одни боги — сама собой приходит в голову мысль что ими мог бы руководить единый император. И Анхальды, которые за счёт сотен лет династических браков несут в себе кровь большинства королевских домов, плюс амбициозные Ласси, хотели бы стать родом императоров людей. А для этого первым делом надо раздавить Маэн. А тут ещё, знаете, момент выпал исторически удобный… Вернее, удобный правитель Маэна.

— Назир? У вас его тоже считают слабым правителем? — спросил я Эссина.

— Да, считают. Ну, то есть, его власть строится на традициях, на вельможах, но никак не на личных качествах. Он самодовольный. Не считаете? Вы видели его лично?

— Видел и спорить про его характер не буду. Но вообще Анхальды в своих расчётах забыли про богов. Что, если богам не понравится идея единого императора? Вы помните, чем закончилась Эпоха Богов?

— Войной между богами, — ответил Эссин. — А это здесь при чём?

— А Эпоха Магов закончилась войной величайших магов. А сейчас Эпоха Королей. Не императора, не Короля, а Королей. Боги, когда прикрыли лавочку с могуществом и правлением магов, провозгласили эпоху именно королей. Что будет делать император, когда достигнет величайшего политического могущества? Не захочет ли он ещё и божественный статус? Причём не липовый, перед народом, для красоты, а реальный? На кой богам такой оптимист под ногами? — спросил я Эссина.

Герцог задумался. Он отложил тарелку и пригубил вина.

— Никогда о таком не думал. Ну, чтобы покушаться на богов. Это нечто незыблемое, — наконец, ответил он.

— Так множественность государств людей и не-людей — это тоже нечто незыблемое. Никому не удавалось объединить всех. Но если суммировать Маэн и Бруосакс, потом останутся северные королевства, республики и королевства Озёрного края. Затем поглотить Кайен, который, конечно, без боя не сдастся, а потом выйти в восточные степи к народам Харрат, где соседствуют орки-степняки и люди-степняки. И вот уже основной континент Гинн под одной рукой со столицей в Монте? А понравится ли богам такая консолидация?

— Врать не буду, в богах я не силён и даже со жрецами не особенно дружен, — ответил Эссин. — Но когда Вы так говорите, то да, не уверен, что им это понравится. Либо, Вейран уже имеет с ними какие-то договорённости.

Он замолчал, а я не спешил отвечать. Действительно, Аная никак не вмешивалась в ситуацию вокруг Каптье. Ну, то есть, она не мешала мне отбиться от Альшерио Гроцци, но и не просила за них. Когда в Лесу Шершней я случайно нашёл алтарь Мёртвых богов, она тут же нарисовалась, а вот в ходе моих сражений никак себя не проявляла. Может быть, я зря нагнетаю и богам всё равно? Ну, сможет Вейран победить в этой войне или следующей. Ну, смогут его дети или внуки собрать под своей рукой все человеческие земли, а где это будет удобно, то и нечеловеческие. Может, им плевать?

А что, если Эссин прав и Вейран уже имеет с богами договорённости? И те если и не подыгрывают ему в открытую, то, по крайней мере, позволяют.

Вмешательство богов в эту войну последнее, чего бы мне хотелось.

А если Вейран, склонный к авантюрам и долгосрочным проектам, договорился, но с другими богами? С Мёртвыми? Ну, это меня, пожалуй, заносит.

— Значит, его императорские амбиции известны окружающим, сэр Грегорио?

— Ну, не думаю, что я один такой умный, сэр Рос. Это не афишируется, но это и не большой секрет.

— Хорошо, пусть так. Но, значит и Назир в курсе про них. И какой бы он ни был заносчивый, он им умело противостоит.