Старый, но крепкий 9 (СИ) - Крынов Макс

Со стола я беру не только страницы, но и кольцо, подтверждающее мой статус члена Дома. Провожу острием копья по кончику пальца, надрезая подушечку, касаюсь окровавленным пальцем артефакта и надеваю его на средний палец левой руки. Чувствую, как артефакт оплетает палец, врастает в него десятками крохотных духовных отростков.

Именно этот артефакт дает власть Крайслерам, и именно по нему они узнают друг друга. Не по крови (потому что в Доме множество самых разных семей и родов с отличающейся кровью), не по умению готовить зелья, а по таким вот кольцам. И теперь я даже без клятв стал для Крайслеров «своим».

Превратились не все. Того самого старичка, который обратился ко мне с порога, распыленное в воздухе зелье почему-то не взяло. То ли дедушка каждое утро пьет комплекс зелий на все случаи жизни, и имеет укрепленный организм, раз его распыленным в воздухе оборотным зельем не проняло, то ли носит с собой специфические амулеты, то ли вовсе достаточно слаб, чтобы зелье не сработало — не суть.

Я активировал заклятье кражи памяти, просканировал воспоминания и эмоции старика, и, поняв, что вредить он мне не станет, потому что до ужаса меня боится, убивать его не стал. Ко мне и так будет слишком много вопросов, и если я буду отвечать на них не один, это сыграет только в плюс.

Когда люди в зале начали превращаться, старик запаниковал и залез под стол, а когда я принялся крошить этих монстров, попробовал выпрыгнуть в окно. Похоже, заработал психологическую травму — слишком уж случившееся шло вразрез с его обычным бытом. Либо наоборот — мыслил более чем здраво, полностью осознавал происходящее, оттого и попытался сбежать. Сейчас он выглядел не лучшим образом — испуганный, побледневший, с трясущимися руками. На меня он смотрел, как на змею, заползшую ночью ему на грудь.

— Перевертыши, — объяснил я старику. — Такие же, как недзуми в секте Тьмы — там одна тварь едва не захватила власть в целом городе. Если вы спросите, любой более-менее сведущий человек в секте подтвердит эту историю.

Дедушку я придерживал за локоть. Несмотря на решение пощадить старика, от его ответов сейчас зависит очень многое.

— Я-а… я слышал про эликсиры, которые действуют ровно так же, — просипел чудом выживший старик. — Превращают людей в зверей.

— Вряд ли это были они, — качаю головой. — Да и зачем распылять эликсир в помещении? Вы думаете, среди нас двоих есть человек, способный убрать неугодных таким дьявольским способом? — я натужно рассмеялся. — Да вы шутите! Однако, если на секунду предположить, что вы правы, и сейчас произошла не расправа над жуткими недзуми, а чье-то зверское преступление, думаю, преступник бы не обрадовался вашим рассуждениям. Возможно, настаивай вы на подобном, стали бы следующим.

Старик посмотрел на меня с натуральным ужасом.

— Прошу прощения, не хотел вас пугать, — соврал я. — Давайте наконец выйдем отсюда и кликнем стражу. А потом… Думаю, потом вам лучше покинуть город и не распространяться о произошедшем, чтобы не подрывать репутацию Крайслеров. Наверняка у вас есть семья, которая ждет вас. Вот к ней и езжайте. Или, если хотите, вместе съездим? Как-никак, я теперь тоже Крайслер. Считай, пусть и дальний, но родственник.

После этого я снова использовал заклинание кражи памяти, посмотрел на себя глазами старика и окончательно уверился, что распространяться о произошедшем мужчина не будет. Возможно, позже, когда придет в себя, доберется до столицы, у него и возникнут подобные мысли. Но к тому времени все уже будет разрешено. Тем или иным способом.

Дедушку я вывел из кабинета под руку, и остановился перед лестницей.

На ступенях, в двадцати шагах от двери в кабинет, замерла пятерка стражников в латах. Их оружие — четыре меча и заряженный артефактной стрелой арбалет — было направлено на меня. Смотрели они на меня ровно так, как и стоит глядеть на залитого кровью человека, который вышел из зала, откуда только что доносились душераздирающие вопли и грохот ломаемой мебели.

Удивительно, что превентивно не ударили. Я бы сам на их месте сразу бы швырнул какую-нибудь обезоруживающую или сковывающую технику в залитого кровью человека.

— Руки прочь от оружия! — срывая голос, заорал мужчина с арбалетом. — Руки, сука! Копье убрал!

Я медленно, демонстративно разжал пальцы правой руки. Ледяное копье с глухим стуком упало на красивую шкуру, пятная ее алым.

— А теперь отпусти деда! — снова истерично заорал служивый, пуча глаза. — Деда отпусти, мля!

— Страж! — повысил я голос. — Посмотри на меня и попытайся осознать, что я тебе скажу. Ты сейчас находишься в филиале Дома Крайслеров. Тут не твоя вотчина, и я вообще с тобой разговариваю только потому, что я должен поскорее сообщить о случившемся твоему начальству, и через тебя это будет быстрее. Осознал?

Я смотрел на побледневший палец, лежащий на спусковом крючке арбалета. На покрытый испариной лоб. На глаза всех пятерых, смотрящие на меня со страхом и бешенством.

— Ну, говори, что там случилось, — процедил стражник.

— Сперва скажу, что перед тобой Крайслер. Выстрелишь в меня — и твое начальство тебя на воротах повесит. А теперь о произошедшем: я раскрыл гнездо перевертышей. Недзуми. Твари были… или притворялись высшим руководством филиала Дома. За моей спиной находится зал, в котором мне чудом удалось выжить и обезвредить чудовищ. — Я кивнул на старика, которого все еще придерживал за локоть. — Обратились все, кроме мастера.

Один из стражников скептически хмыкнул. Я же медленно вытащил из сумки (бутыльки я телепортировал прочь, пока старик не видел) документы и бросил перед стражниками. Один из них, молодой парень с мечом, споро подхватил документы и быстро отступил назад, под прикрытие товарищей.

Он развернул бумаги, пробежался глазами.

— Китт… — пробормотал он, поднимая на меня взгляд. — Кажется, я слышал о вас. Не вы ли устроили переполох на стене Крепости?

— Сейчас важно не это. А теперь, когда вы удостоверились в моем статусе, полагаю, вам нужно заглянуть в зал и убедиться, что моя история правдива.

Старик, которого я слегка сдавил, вздрогнул и закивал, как болванчик:

— Да-да! — его голос едва не срывался на пугливый писк. — Всё… всё так и было! Они все обратились в чудовищ!

Его слова, полные неподдельного ужаса, подействовали на стражу сильнее доводов незнакомца. Они снова переглянулись. Тот, что знакомился с бумагами, негромко буркнул своим:

— Этого на прицеле держим. Стулган, проверь.

Стулган проверил. Парень прошел мимо нас, осмотрел в кабинет через приоткрытую дверь, после чего бледный деревянными шагами вернулся к стражникам и подтвердил, что там действительно находятся мертвые чудовища.

Стражники сразу засобирались. Как я понимаю, им нужно донести начальству о происшествии.

— Меня тоже больше поддерживать, — выделил это слово старик, — не нужно.

Я выпустил локоть старика, и дедушка споро поспешил вниз. Я же выждал несколько секунд, прикидывая, что мне делать сначала, а что — потом, и тоже неспешно потопал на первый этаж, в торговый зал. Спускаясь по лестнице, избавился от ледяного доспеха и умыл лицо водой от растопленного льда. Но все, похоже, не смыл — увидевший меня на втором этаже слуга шарахнулся в сторону.

Магазин на первом этаже был полон людей. Сотрудники филиала Дома — клерки, зельевары рангом поменьше, слуги и прочие, прочие — все толпились у лестницы.

Я кивнул стоящему за прилавком молодому Вэю, глаза которого были размером с медяк. Рядом с ним отирался низенький клерк, который выписал мне документы, разрешающие выход за стену. Как же его… Мастер Дориан.

За пять минут я продемонстрировал собравшимся кольцо, документы и рассказал ту же версию произошедшего, что и стражникам. Закончил я рассказ словами, что хочу я того, или нет, но я остался единственным Крайслером в городе и теперь обязан взять контроль над филиалом Дома.

— Я только что видел мастера Генра, — прищурился Дориан. — Он выскочил прямо перед вами. Давно ли он перестал быть Крайслером… господин?