Пока он открывал вино, я успела сбегать к скалам, сбросила под прикрытием чахлого кустарника платье. Оглянулась, нет ли кого, и избавилась от сорочки с панталонами. Махом вбежала в накатывающие волны, присела так, чтобы вода укрыла меня до подбородка, и тут же взвизгнула.
Море и впрямь было почти ледяным, зато каким освежающим!
***
Потом, уже завернувшись в многострадальный плед, я сидела на сюртуке Джастина и пила горячее вино со сладким виноградом и сыром. Ворошила босой ступней гладкие камешки и млела от счастья.
Мы болтали обо всем на свете — о его работе, о моих фамильярах, о глупостях, о серьезном. Солнце плавно садилось, окрашивая все вокруг в багровые и лиловые тона.
— Знаешь, Лисетт, — его голос стал серьезным, Джастин отставил бокал и повернулся ко мне. — За эти недели ты перевернула всю мою жизнь. С твоим появлением в ней все стало... острее. Шумнее, порой опаснее, — он усмехнулся, — и безмерно ярче.
Он взял мою руку в свою. Его пальцы были сухими, горячими.
— Я не хочу, чтобы это закончилось, Лисетт. Я каждый день ловлю себя на том, что желаю, чтобы это длилось вечно.
Сердце у меня заколотилось где-то в горле. Стало понятно, что сейчас произойдет нечто важное. Я не ошиблась.
Джастин достал из кармана брюк маленькую бархатную коробочку и открыл ее. Внутри, на золотистом шелке лежало изящное кольцо — тонкий золотой ободок, украшенный одним прямоугольным сапфиром
— Лисетт, — он произнес мое имя так, словно оно было самым дорогим словом на свете. — Алиса. Я хотел бы стать твоим мужем, твоим защитником, твоим партнером во всем. Согласна ли ты... Разделить со мной жизнь?
Время остановилось. Где-то кричали чайки, шумел прибой, а я видела только его глаза — серьезные, полные надежды и чего-то такого, отчего перехватывало дыхание. Проваливалась в эти глаза, как бездну, и четко понимала, что для Джастина это - не просто внезапный порыв, а обдуманное решение.
Я долго смотрела на кольцо, потом подняла взгляд. И, чувствуя, как по щекам текут светлые слезы счастья, кивнула.
— Да, — прошептала я еле слышно и получила за это нежнейшую улыбку. — Да, Джастин, я согласна.
Он невероятно торжественно подхватил кольцо, мою руку, запечатлел на ней совсем не скромный поцелуй. Пальцы его слегка подрагивали, пока золотой ободок скользил по моей коже. А после осталось только любоваться бликами закатного солнца в глубокой синеве сапфира.
Кольцо пришлось впору, будто было создано специально для меня. Джастин поднял мою руку к губам, поцеловал в самый центр ладони, прошелся горячей дорожкой до запястья, выше. Остановился на миг и притянул меня к себе. Теперь его губы завладели моими губами. Этот поцелуй был долгим, нежным, жарким.
Я вдруг подумала, что никто и никогда еще так меня не целовал. Джастин своим поцелуем словно ставил точку в наших прежних отношениях, открывал новую, самую важную страницу жизни.
Когда мы наконец разомкнули объятия, солнце совсем скрылось за горизонтом, оставив на границе моря яркую багровую полосу.
Я прижалась лбом к мужскому плечу, разглядывая сапфир на своей руке. Он был так же черен, как ночное небо, лишенное звезд.
— Пора возвращаться, — тихо сказал Джастин, все еще не отпуская меня.
Я лишь кивнула, переполненная чувствами, лишенная способности соображать.
Джастин собрал в корзину остатки трапезы, плед, поднял с песка парочку круглых камешков. Улыбнулся:
— На память.
Снова надел на себя браслет, крепко обнял меня. Я закрыла глаза, готовясь к переходу. Знакомое ощущение падения унесло от шума прибоя и морского ветра, обратно, в большой кабинет Департамента Магического Контроля.
***
В питомник мы возвращались довольные и счастливые, как два кота, побывавших в сметанном цеху. Я украдкой поглядывала на руку, любуясь колечком. Джастин же так и норовил сгрести меня в объятия, но тормозил себя, удерживаясь в рамках приличий.
Мир казался невероятно прекрасным.
Эйфория исчезла мгновенно, едва экипаж остановился у ворот. Там выстроилось все семейство Брюс. Тетушка Элла оглядела меня свысока, и лицо ее приобрело брезгливое выражение.
Артур Брюс кивнул устало и чуть смущенно. Крепко пожал Джастину руку.
За спинами родителей, бледный и растерянный, топтался Макс.
— А вот и она, наша милая Лисетт! — взвизгнула тетка, едва мы поравнялись с ней. — Что и следовало ожидать! Не успела сюда переселиться, как уже позорит наш род. Как это понимать, дорогуша? Что это за прогулки с посторонним мужчиной наедине?
Джастин обернулся, сделал быстрый жест, прикладывая палец к губам и не давая мне возразить.
— Добрый вечер, мадам Брюс, — обворожительно улыбнулся он, — смею заверить, вам не о чем беспокоиться. Мы ездили в Департамент по делу, связанному с кражей документов у мадемуазель Озэрро и поддельной продажей питомника. Я опрашивал вашу племянницу в качестве свидетеля.
— Свидетеля? — теткин голос наполнился злобой. — Вам бы лучше выполнять свою работу, месье капитан! И этот «свидетель» давно должен быть на скамье подсудимых. Пока мой бедный, мой доверчивый Максим...
— Мама, — попытался вставить слово Макс, но его тут же осадили убийственным взглядом.
— Молчи! — рявкнула Элла и почти набросилась на меня. — Я требую, чтобы эта распутная девица немедленно оставила моего сына в покое!
— Элла! — решил вмешаться Артур Брюс.
— Что Элла? Эта дрянь вскружила голову нашему мальчику, а сама!
Теткин взгляд скользнул по моему счастливому лицу и задержался на руке, лежавшей на рукаве Джастина. Кажется, она только сейчас заметила, как близко мы друг к другу стоим. Это открытие привело ее в такую ярость, что она, кажется, даже подросла на пару сантиметров.
— Вам бы хоть капельку добродетельной скромности, мадемуазель Озэрро! — прошипела она. — Но да где там! Откуда у такой беспринципной особы взяться скромности? Куда приятнее мужчинам глазки строить.
Мне надоело это выслушивать, я отодвинулась от Джастина и собиралась уже поставить эту змеищу на место, как возле ворот появилась Тони. Увидев собравшихся, она попыталась тут же ретироваться, но было поздно.
— ЭТО ЕЩЕ ЧТО?! — голос Эллы достиг такой высоты, что все мужчины трагически поморщились.
Тетушка указала на горничную дрожащим пальцем.
— Эта... эта воровка здесь работает?! Немедленно вышвырни ее, Лисетт! Сию же минуту! Я приказываю!
Глава 30. Где меня неожиданно арестовывают
Теперь уже нахмурилась я. Какое, простите, право эта женщина имеет указывать мне в моем доме?
— Мадам Брюс, с какой стати? — холодно спросила я. — Это моя прислуга, и я сама разберусь...
— Разберешься?! — фыркнула Элла. — Да ты только и умеешь, что крутить хвостом. Эта воровка и лгунья была изгнана из нашего дома с позором! Я сама лично застала ее, когда она пользовалась моими любимыми духами! Моими!
В воздухе повисла звенящая тишина. Я перевела взгляд на Тони. Та стояла, опустив голову, и нервно крутила в руках край передника. Духи... Те самые духи, что учуял Дейс.
— Дамы, дамы! — примирительно воскликнул Джастин. — Давайте лучше пройдем в дом. Не стоит устраивать сцен на улице. Здесь могут быть посторонние уши.
Элла возмущенно фыркнула:
— В этом доме все уши посторонние, кроме моих и Макса. Питомник должен был достаться мне, а не этой...
Она вновь ожгла меня презрительным взглядом.
— И все же, стоит пройти в дом. И там все спокойно обсудить.
— Извольте!
Тетушка гордо вздернула нос и направилась по желтой дорожке к особняку. Артур Брюс пристроился сбоку от меня, проговорил вполголоса:
— Лисетт, тебе не стоит принимать слова тетушки близко к сердцу. У нее нервы. Она слишком расстроена, что оказалась обделена в завещании. Ты должна ее понять.
Понять? Делать мне нечего. На меня тут льют грязь, а я должна кого-то понимать?
Я отстранилась и ответила, стараясь удержать спокойное лицо:
